Русская рулетка. Ты только моя - Зоя Анишкина

Неяркий свет пробивался сквозь задернутые шторы. Свет. Значит, ночь закончилась. Но тогда где я? Где Матвей?

Дернулась, и пищание вокруг стало совсем громким. Глаза привыкали и фокусировались. Я находилась в больничной палате или вроде того, явно очень дорогой больничной палате.

А еще те части тела, что могла видеть, напоминали один сплошной синяк. Отлично дамочки поработали надо мной. Застонала. За прогул точно уволят, но сейчас не это главное.

Где Матвей? Что с ним? И где я…

Дверь в палату открылась, и размашистым шагом вошел мужчина в белом халате, небрежно накинутом на темный деловой костюм. Он удивленно посмотрел на меня и пробубнил:

– Все-таки ошибся с дозой обезболивающих. Надо было побольше вколоть.

Потом он еще раз меня осмотрел, ввел что-то в катетер в руке и ласково спросил:

– Милочка, как чувствуете себя? Вообще, странно, что у вас после такого избиения хватило сил проснуться через пару часов. Рад сообщить, что жизненно важные органы не задеты, через недельку-другую будете как новенькая.

Недельку? Нет у меня столько времени! Мне надо домой. Попыталась встать, к явному возмущению врача.

– Вы что творите! Состояние тяжелое, и требуется постельный режим!

– Мне надо идти, спасибо за помощь. Я не могу здесь оставаться, это очень дорого.

Неимоверным усилием воли села. Голова кружилась, а к горлу подкатывала тошнота. Наверняка сотрясение. Но ничего, потерплю. И похуже бывало.

Попыталась освободиться от проводов и встать. Доктор с ошарашенными глазами скакал рядом и едва не кричал на меня, прося остановиться. Даже странно было наблюдать, когда тебя просят по-хорошему, а не приказывают.

– Лиза, ляг обратно в постель.

А вот и приказ подъехал. Вздернула голову, от чего перед глазами все моментально покачнулось, и уперлась взглядом в Марка. Так вот кому я теперь должна. И, кажется, этот долг может оказаться непосильным.

Но это потом, а сейчас Матвей. Покрутила головой и продолжила попытки. При мысли, что придется самостоятельно достать катетер из вены, затошнило так, что зажмурилась.

В этот момент на плечи опустились мужские ладони. От прикосновения вздрогнула и, не разжимая век, прошептала:

– Мне правда надо идти. Меня ждут.

– Никуда ты не пойдешь, пока не поправишься. В конце концов, считай, заглаживаю свою вину. Ведь именно я стал причиной этих побоев.

Его пальцы нежно коснулись запястий и прошлись по всей длине руки. Невесомо и ласково, словно шелковая ткань…

– Марк Алексеевич, мне надо домой. Поверьте, это не может ждать.

Открыла глаза и посмотрела прямо в черные зрачки. В них застыли угроза и бешенство. Но чувства были направлены не на меня.

– Мои люди уже поехали за твоим братом, скоро они привезут его сюда, не переживай, а теперь ляг обратно в постель.

Глаза, должно быть, стали размером с блюдца. Он заберет Матвея? Но… Нет, Марк не понимает! Судорожно вцепилась ему в рукав:

– Пожалуйста, нет! Отзовите их! Он все равно не откроет никому, кроме меня, они напугают его! Не станут слушать. Ему нельзя сильно нервничать, иначе приступы вернутся.

Мужчина нахмурился. Обернулся куда-то назад и из дверного проема вышла тень.

– Сергей. Тормозни парней.

А потом он обернулся ко мне:

– В досье ничего не сказано про проблемы со здоровьем.

Ну конечно, досье. Наверняка где-то на большом столе лежит пухлая папочка про мою жизнь. Почему-то даже не сомневалась. Только вот бывает, что не всю информацию можно собрать из доступных источников.

– Когда пропали родители, к нам сначала частенько ломились коллекторы. Потом, слава богу, отстали, но Матвей сильно боялся их. У него случались жуткие истерики, до заикания. Бывало, что он начинал задыхаться. Но мы справились с этим.

Марк внимательно рассматривал меня. Сбоку голос подал врач:

– Неудивительно. Наверняка мальчик был еще маленький, и так его организм пытался бороться со стрессом.

Кивнула. Голова раскалывалась. Но это подождет. Я несколько лет боролась с этими приступами, и мы победили их. Не хочу, что все вернулось обратно. Не знаю, как отреагирует его едва окрепший организм.

– Марк Алексеевич, пожалуйста, просто отпустите меня домой. Обещаю, что там сразу же лягу.

А потом начну искать новую работу. Все равно кем, лишь бы взяли, ведь понятия не имею, сколько продлится щедрость моего благодетеля.

Но Марк, естественно, решил все по-своему. Он посмотрел на меня, затем на доктора, кивнул Сергею.

– Соберите ее, поехали заберем мальчишку.

Глава 17. Лиза

Еще никогда не чувствовала себя так странно. Словно на мгновенье мне вернули жизнь, в которой были мама и папа, а я оставалась беззаботным ребенком.

Словно обо мне заботились, искренне и без всяких условий, просто потому, что я есть, просто потому, что любят. Но это лишь мгновение. Правда, и его хватило для того, чтобы вздохнуть полной грудью, разворошить давно забытую надежду, похороненную под грудой пепла обид и реальности.

Сначала мне принесли одежду. Огромный мягкий бордовый халат, в который аккуратно завернули синюшное тело. Смотреть на себя было страшно, словно это не я, а сплошная гематома.

Наверняка если бы барышни больше уделяли времени тренировкам и не было вооружены лишь неудобными шпильками, то Матвей остался бы один. Хотя…

Покосилась на мужчину рядом. Я же не знаю всех обстоятельств вчерашнего спасения. Вижу лишь, что меня посадили в салон крутого огромного внедорожника и сам Дьявол сопровождает для встречи с братом.

Слишком странно, чтобы быть правдой, но так и было. Он отдавал приказы направо и налево и лично закутал меня в мягкое бордовое облако. А потом аккуратно взял на руки и понес в автомобиль. Словно для меня началась личная сказка.

– Благодарю за помощь, – робко сказала я, смущенно теребя полы халата. Не знала, что еще добавить. Если только…

– Марк Алексеевич, как вы меня нашли?

Он повернул голову, и мы встретились взглядами. Мой – неуверенный и смущенный, его – возмущенный и недоумевающий.

– Лиза, учитывая нашу историю и мой