Соблазн - Аля Алая

– Я не буду отвечать на этот вопрос, – как-то совсем сник он, – еще жениться раздумаешь.

– Так я уже и раздумал, – смотрю ему прямо в глаза, – на Лене так точно.

– То что насчет Лены передумал – это ты молодец, – одобрительно усмехается он и выпивает залпом немного остывший кофе, – что то мне подсказывает, что не последнюю роль тут сыграло эффектное появление одной заморской художницы в нашем замшелом городишке.

– Сейчас у меня дома, – не могу не улыбнуться ему в ответ.

– Так быстро? – Костя нахмурился.

– Нет… к сожалению. Заказал себе оформление квартиры. Так что Ангел пока что там просто работает.

– Но судя по твоим горящим глазам, очень скоро она будет не только работать.

– Можешь не сомневаться, – прикрываю глаза и вспоминаю вчерашний визит Ангелины. Как она храбрилась и пыталась пресечь мои ухаживая. Милая такая и наивная.

– А вот я не уверен, – вдруг оживился Костя, на которого кофеин подействовал.

– Почему?

– Узнал кое-что интересное из официальных источников, – щелкнул он пальцами и вытащил из шкафчика стола планшет, – замужем твоя Ангелина была. И что примечательно, ты с ее бывшим мужем почти одно лицо, – сунул он мне фотографии под нос.

– Не похож, – я быстро пробежался по парню на фото.

– Да брось, смуглый брюнет с карими глазами и главное, – он заулыбался как идиот, – такой же ужасный характер.

– И как ты характер по фото определил, вангуешь? – бросил я планшет обратно на стол и весь замер в ожидании.

– Не по фото, – Костя откашлялся, – он у нее тоже художник был, очень неплохой, судя по информации в сети, а если почитать его блог, то вообще становится понятно, что гениальный. Короче, там есть пара интервью этого Стефана, я все посмотрел и скажу тебе та еще наглая самовлюбленная сволочь. И причина развода у них красивая – роман с натурщицей. Сам понимаешь, не у Ангелины он случился.

– Ясно, – жмурюсь и сжимаю переносицу пальцами. И тут я весь такой обрученный и пытающийся соблазнить ее такую же.

– А вот будущий муж полная противоположность. Айтишник, домосед, собаколюб, блондин.

– Любит она крайности.

– Художница, что с нее возьмешь, – Костя пожимает плечами, – все эти творческие личности те еще странные люди. Ты просто пока не понял еще.

– Что-нибудь еще? – я прервал своего персонального эксперта по творческим людям.

– Семен умер два года назад, как раз в момент развода.

– То, что он умер я уже в курсе, Ангелина сама проговорилась. Черт и проблемы с мужем и смерть отца, даже поддержать было некому.

– У Семена судя по тому, что я нашел, не было ни жены ни подруги. Никаких длительных отношений вообще.

– Он Олю любил безумно, так отец говорил. Ревновал, скандалил, тяжело с ним было, но любил, – задумчиво поднимаюсь на ноги, – не мог забыть и наказывал тем, что сам растил дочь?

– Чужая душа – темный лес, Демид. Не думаю, что когда-нибудь мы узнаем, о чем на самом деле думал этот человек.

– Да, ты прав…

– Когда собираешься ей все рассказать?

– Хочу познакомиться поближе и узнать, что она о матери думает и обо мне. Не хочу, чтобы на эмоциях послала меня и собрала чемоданы. Если уедет, в Штатах ее не так просто достать будет.

– Ты прав, – он отводит глаза, – только может не стоит спать с Ангелиной, пока она не в курсе? Не боишься, что потом хуже будет? Она может почувствовать себя обманутой.

– Или мы станем близки и ей будет проще меня простить и принять правду.

– Смотри сам, – он тяжело вздохнул, – и дверь прикрой, посплю немного, а то этот кофе как снотворное.

– Давай, – с жалостью бросил последний взгляд на друга и поехал домой, захватив по дороге в кофейне для Ангела коробочку синнабонов.

Малышка обнаружилась в гостиной, которая на данный момент стала напоминать собой студию. Вдоль стен стояли разноразмерные рамы, коробки, даже лестница-стремянка. В центре на стуле перед мольбертом застыла Ангелина. Сейчас на ней были простые серые брючки и майка на бретельках. Волосы стянуты на затылке. Она даже не вздрогнула, когда я вошел в гостиную, сосредоточенно и размашисто рисовала по холсту.

Застыл у входа, любуясь ее хрупкой фигуркой, полностью поглощённой работой. Никогда не думал, что мне будет интересно вот так стоять и наблюдать за женщиной.

Оставил на кухне синнабоны, сам поднялся по лестнице, получив от Ангелины лишь дежурный вежливый кивок и скрылся в кабинете.

Работа вообще не шла. Цифры не хотели плясать, мысли утекали в сторону первого этажа. От этого на меня накатывало раздражение.

В конце концов я собрал все и отправился вниз, где расположился на одном из диванов рядом с Ангелиной.

– Не помешаю? – забравшись с ногами, я обложился бумагами, планшетом и телефоном.

– Нет, – она слегка растерянно осмотрела меня и документы вокруг.

– На кухне пирожные и обед заказан на три часа, – уткнулся я в бумаги, – будешь делать себе кофе – про меня не забудь.

– Хорошо, – Ангелина улыбнулась чуть шире и вернулась к работе. Однако я замечал, что она периодически на меня посматривает.

– Точно не мешаю? – в один из таких разов я переловил ее взгляд и щеки малышки порозовели.

– Не мешаешь, – Ангелина быстро вернулась к работе.

Некстати позвонила Лена. Бросив хмурый взгляд на телефон, я отправился с ним на кухню.

– Привет, – раздался в трубке веселый голосок.

– Привет, Лена.

– Как там Питер? Скучаешь?

– Очень, как Москва?

– Супер, показы прошли отлично. Устала жуть, – послышался в трубке тяжелый вздох, – сейчас еду домой отмокать в ванной и отдыхать. Завтра все заново.

– Ммм, – засыпаю в кофемашину зерна и ставлю чашки.

– Ты хотя бы немного скучаешь? – Лена понизила голос.

– Очень, – я нажал на эспрессо и отошел к окну, чтобы в трубке не шумело, – нам нужно будет поговорить, как приедешь.

– Хорошо, о чем-то важном?

– Да.