Отдай моего сына (СИ) - Вишневская Виктория

Я отходчивая, не держу обид или зла.

— Скоро у тебя родится наследник, — довольно мычит Шадид. — Сын. Тогда шейхом станешь.

Что он только что сказал?

* * *

Поднимаю голову с тарелки и смотрю на мужчину, напротив меня. Я молчу, хотя хочу переспросить тысячу раз. Вдруг послышалось…

— Жаль, Валид, ты решил отказаться занять место своего отца. Автоматом дал дорогу Касиму, даже не попробовав состязаться. А ведь всего лишь нужно родить сына!

Меня словно с грязью смешивают. Втаптывают в нём огромным ботинком. Потом посыпают землёй и прихлопывают ладошкой.

Я не тупая, догадываюсь сразу.

Сжимаю стакан с водой пальцами и смотрю внимательно на Валида.

Стараюсь держать себя в руках. Не воткнуть эту вилку кому-нибудь в глаз. Не уйти. Не психануть. Не показать гнев и ярость, которые сейчас рвутся наружу.

Я знаю, что он приютил беременную нищенку не просто так.

Думала, что у него есть какие-то свои заморочки… одиночество, например. Ребёнка хотел сам. А не потому что… Он обеспечит ему власть.

Касим метит в шейхи?

Валид отказался от этого?

Почему? Денег хватает? По рассказам моего мужа, который живёт в среднем достатке, его брат совсем на другом уровне. У него есть свой бизнес в нескольких странах и во многих городах. Явно не бедствует. Но управлять эмиратом… Разве можно отказаться?

— Он мне не нужен. Я ведь уже говорил. Меня устраивает такая жизнь, какая у меня есть, — огрызается, сидя рядом.

А я пошевелиться до сих пор не могу.

Меня использовали.

Как просто… Инкубатор какой-то.

Сейчас я неожиданно задумываюсь о своём будущем.

На мгновение представляю картину. Касим забирает у меня моего ребёнка.

Тут же прогоняю эту картинку, которая одним взмахом в моей голове превращается в пыль.

Почему Касим мне ничего не рассказал?

Вот что меня заботит больше всего.

Я ненавижу быть использованной. А тут…

— Ладно, жаль, — с досадой проговаривает их дядя.

Я не понимаю к чему этот диалог.

Но эта тема быстро закрывается.

— Почему ты не ешь? — раздаётся голос мужа.

Честно? Лучше бы мне сейчас сказал что-нибудь Валид. Его голос хотя бы не режет меня на живую. — Ты обижаешь хозяйку дома.

— У меня изжога, — отвечаю, не смотря на него. Сжимаю вилку в руках.

— Погорит и перестанет.

Он накладывает мне какое-то неизвестное мне блюдо.

Элиф что-то говорит на арабском, Касим отвечает ей довольно грубо.

— Перестаньте, — Валид грозно бьёт по столу. Я сама чуть не подпрыгиваю. — Касим. Ты в моём доме и правила здесь устанавливаю я. Если Аврора не хочет есть — пусть не ест.

Мне хочется облегчённо выдохнуть. Но понимаю, что рано. После этого, оставшись наедине — могу получить леща.

И как назло после этого время летит слишком быстро.

— Мы пойдём, — вдруг собирается Касим.

Мы собираемся, идём на выход. В гардеробную, где висят наши вещи. Элиф убегает куда-то, а Валид на секунду отлучается. И пока мне не прилетело первой, я, взяв в руки пуховик, поднимаю на него смелый взгляд.

И честно, не понимаю, как делаю то, что сейчас происходит.

Рука в воздух поднимается.

Я бью его изо всех сил по лицу, чувствуя, как горит ладонь.

Обида душит изнутри.

— Почему ты мне ничего не сказал? — слёзы на глаза наворачиваются. Игрушка. Марионетка. Мной крутили семь месяцев, чтобы использовать моего ребёнка.

После этого жуть как хочется сказать всем, что малыш у меня под сердцем принадлежит не Касиму. Не ему… А брату его.

— Что мой ребёнок всего лишь инструмент, который поможет тебе прийти к власти? Ты пел про семью! Домашний очаг! Что тебе просто нужна поддержка и…

Я договорить не успеваю. Он, отойдя от ступора, смотрит на меня волком, готовый броситься на меня и перегрызть глотку. Светлые глаза горят. Так сильно, что, кажется, я сейчас сгорю на месте.

Он поднимает руку в ответ. Замахивается, и я жмурюсь, понимая, что сейчас будет больно.

Я сама виновата. Не надо было его провоцировать.

Но удара не следует.

Открываю глаза и вижу руку. Буквально перед моим лицом. А её держат чьи-то сильные пальцы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Перевожу взгляд — вижу Валида. Смотрит только на брата.

— А вот это лишнее, — цедит сквозь зубы.

Глава 9

Мы приходим домой, и я вся сжимаюсь от страха.

Тогда, в доме, мне помог Валид. Касим демонстративно сделал вид, что всё нормально. Поутих. Извинился (очень неискренне) и сказал одеваться.

А сейчас… Никто не поможет. Но я надеюсь, что Касим не настолько ублюдок, чтобы бить девушку с его «сыном», который принесёт ему немалую власть.

Сегодня мне везёт. Муж тут же скрывается в спальне.

В один момент мне кажется, что он пошёл за ремнём.

Но нет.

Он не вернулся ни через десять минут, ни через двадцать.

Всё это время я сижу на кухне, пью чай с ромашкой. Пытаюсь успокоиться.

И до сих пор не верю, что меня используют. Как и моего сына.

Такой бред…

Нет, это я наивная дурочка. Попалась снова. Хотела как лучше, а получилось как всегда.

Встаю со стула, аккуратно иду в спальню. Нет. Я должна выяснить, что станет с нами потом, когда я рожу, а муж станет шейхом.

На цыпочках дохожу до спальни, но не решаюсь войти внутрь.

Слышу почти шёпот Касима.

— Мне начинает это надоедать, Шадид. Я не могу терпеть две недели.

Сглатываю, боясь что-то не услышать. Вновь прислушиваюсь.

С кем он говорит?

— Давай подкупим врача. Пусть завтра же ей сделает кесарево.

Что?..

— А потом разберёмся. Как и хотели. И с ней, и с пацаном.

Кровь стынет в жилах.

Он сейчас серьёзно это сказал?

Делаю шаг назад.

Пол скрипит.

Сглатываю, боясь пошевелиться.

Не верю.

Не могу этого сделать.

Я так же тихо, пока не попалась, иду обратно. В ванную. Специально включаю воду, чтобы сделать вид, что мою руки. А сама сажусь на крышку унитаза и корчусь.

Живот режет. Так сильно, что чуть не кричу.

Тянет. Как иглой огромной пронзают.

Не выдерживаю. Постанываю, чуть ли не скрючиваясь в три погибели. Живот только сделать это не даёт.

Но была бы у меня такая возможность — я точно свернулась бы калачиком здесь на полу и прорыдалась.

— Аврора? — слышится отдалённо. Так обеспокоенно, будто я реально важна этому человеку. Нет. Ничего подобного. — Ты кричала?

Шаги становятся громче, отчётливее. Как и голос.

Который уже раздаётся над головой.

— Ты в порядке?

Его рука на плечо опускается.

И именно там током бьёт.

Дёргаюсь и шиплю сквозь зубы:

— Уйди.

Ему явно не нравится мой тон. Хоть лица и не вижу — знаю.

— Я хочу искупаться. Это всего лишь ложные схватки.

— Ты уверена?

— Да.

С неохотой, но уходит. А я закрываюсь изнутри.

И понимаю, что мужчина был серьёзен в своих словах.

Меня трясёт от одной мысли, что он избавится от меня.

А потом… от моего малыша, который даст ему всё. Власть, титул, деньги.

И так просто…

Слёзы по подбородку катятся. На грудь падают. И плохо становится.

Какая же ты мразь, Касим…

Но нет. Я не позволю тебе лишить моего ребёнка жизни.

Даже если мне придётся встретиться лицом к лицу с человеком, который однажды уже выкинул меня на улицу.

Я не знаю, к кому идти. У кого просить помощи.

Только его.

И если мне надо унизиться, чтобы спасти своего мальчика…

Я согласна. На всё.

* * *

Я узнаю, где работает Валид, благодаря телефону спящего мужа (а оказывается, у моего прошлого кошмара даже тут, в Москве, есть свой бизнес), и еду к нему в офис. Охранник никого не пропускал, но завидев мой большущий живот, сделал исключение, пропустив меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я кивнула, отблагодарила его улыбкой и узнала, где находится кабинет Валида.

У него тут самый настоящий муравейник. Офисное здание в десяток этажей. Не всё, наверное, принадлежит ему, но…