Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

- О чём задумалась? - Крис протянул ей чашку.

- Да так, - Марго быстро отвела взгляд и изобразила легкомысленную улыбку. - Ничего существенного.

- Странно, - он посмотрел на часы, - куда же мог запропаститься твой братец…

- А что у вас за дела?

- Да ничего особенного, - пожал плечами Крис и подмигнул Маргарите. - Сугубо мужские, женщин не касающиеся.

- Стра-а-анно, - она выразительно посмотрела на него, - обычно сугубо мужские дела, как раз про женщин.

Кристиан хотел было что-то сказать в ответ, но слова застряли в горле, когда Марго ласково дотронулась до его груди. Он хотел отстраниться, спросить, что на неё нашло, но… Глаза его встретились с её, похожими на глубокий омут, в котором он моментально утонул. Крис как завороженный смотрел на Маргариту, а она продолжала водить рукой по его груди, спускаясь ниже и ниже…

Мысли путались. Он, совершенно не понимая, что делает, привлёк девушку к себе и впился в её губы, в такие мягкие и горячие… пьянящие… Где-то далеко до Кристиана доходили отголоски разума, твердившие: «Что ты делаешь, опомнись!», но он не мог с собой ничего поделать. Марго так же страстно отвечала на поцелуй, нежно обнимая его за плеч.

Наконец-то!.. Наконец-то он почувствовал к ней что-то как к женщине, а не как к сестре друга! Душа её наполнилась радостью, и в этот момент…

- Кхм, п-простите.

… И в этот момент Марго услышала голос того, кого была бы рада никогда больше не видеть и не слышать, и вообще, забыть о его существовании!

Крис резко отпрянул от Маргариты и виновато уставился в сторону двери, не зная, что сказать, а сама Марго, чувствуя нарастающую внутри себя злобу, медленно вздохнула и повернулась, смерив сестру яростным взглядом.

- Виолетта… - Крис вскочил с дивана и глупо улыбнулся стоявшей в дверях изумлённой девушке. – Э-э-э, рад тебя видеть. Не знал, что ты приехала из Гарварда.

Вита непонимающе переводила взгляд с сестры на Криса и обратно.

- Я вчера приехала, - выдавив улыбку, наконец, пробормотала она. - И я тоже рада видеть тебя, Крис.

- Ну… мне пора, - Крис резко встал. – Дела. - Так и не решившись посмотреть на Маргариту, он быстрым шагом направился к выходу.

Как только за ним закрылась дверь, Виолетта в немом вопросе уставилась на сестру, на что Маргарита насмешливо поинтересовалась:

- Что?!

- Вы… - Вита не решалась задать этот вопрос, и тогда Марго взяла инициативу на себя. Поднявшись с дивана, приблизилась к сестре и, давя на ту тяжёлым холодным взглядом, тихо прошипела:

- Ты ничего здесь не видела. Поняла?

- Но, Мар…

- Ты меня поняла?! - гневно сверкая глазами, переспросила Маргарита и, когда Вита утвердительно кивнула, вышла из гостиной.

Оставшись в одиночестве, Виолетта медленно подошла к креслу и села. Увиденное повергло девушку в настоящий шок. Неужели Крис и Маргарита любовники?! Но ведь он женат! Как они могут?! Конечно, у сестры никогда не было морали, но Кристиан… Она всегда была об этом мужчине самого лучшего мнения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Эй, сестрёнка, ты чего такая грустная? - в гостиную вошел улыбающийся Алексей.

- Да нет, всё в порядке, - рассеянно пробормотала девушка, - просто я немного устала.

- Сейчас же день на дворе, - усмехнулся он. - Когда же ты успела устать?

Виолетта посмотрела в окно и улыбнулась:

- Да, ты прав. В следующий раз придётся придумать отговорку убедительнее.

- Можешь, например, сказать, что смотрела свой любимый сериал, который закончился смертью главного героя, - предложил Леша.

- Хорошо, приму к сведению. - Вита широко улыбнулась брату.

- Во-от, это уже другое дело! - воскликнул Алексей. - Твоя улыбка способна спасти мир!

- Скажешь тоже, - смутилась Вита.

 С братом было просто невозможно долго грустить. С детства он был её лучшим другом, чего не скажешь о других братьях, которые были вечно чем-то заняты и практически не разговаривали с ней.

- А что-то ты сегодня рано встал, братишка. Неужели за то время, что я была в университете, ты изменил своей привычке валяться в постели до обеда?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Нет, конечно, - улыбнулся Алексей, - это останется неизменно. Просто я хотел свозить Женю куда-нибудь. Кстати, ты не видела её?

- Да я вообще не имела чести познакомиться с ней, - произнесла Виолетта. - Вчера, когда я приехала, она не выходила из своей комнаты, а сегодня я тоже что-то не видела её, хотя Джефри сказал, что она в саду с Даниилом.

- С Даниилом?! - встревожился Алексей, рассеянно усаживаясь на диван.

Виолетта удивлённо смотрела на брата. От неё не скрылось выражение его глаз, когда она сообщила, что Женя проводит день с братом. Уж она-то Лешку знала, как облупленного.

- Она тебе нравится? - вдруг, ухмыльнувшись, спросила Вита.

Парень неуверенно кивнул и ответил:

- Кажется, да. Она… она какая-то особенная. Добрая, нежная, такая хрупкая, но вместе с тем в ней есть характер… Я таких девушек ещё не встречал.

- Вовремя я приехала, - хмыкнула Вита, похлопав брата по плечу. - Кажется, ты влюбился!..

Глава 9

Наступила ночь, а Женя, не в силах уснуть, бродила по тёмным коридорам дома. Все её мысли спутались в тугой клубок, и теперь распутать их было очень сложно. Этот дом, эта странная жизнь давили на неё. Женя не знала, какие ещё сюрпризы приготовила ей эта семейка. Сегодня её обнимал злейший враг, и пытался поцеловать Даниил… И… что самое страшное: ни то, ни другое не было ей неприятно. Но что будет завтра? Она не представляла.

Дойдя до своей двери, Женя взялась за ручку и медленно повернула. Тут соседняя дверь открылась, и на пороге появился Глеб. Взгляды их встретились, и Женя неожиданно для себя отметила перемену нём. Он уже не смотрел на неё с выражением ледяной пустоты… В его глазах появилось нечто другое, однако не менее таинственное и пугающее.

- Добрый вечер, - тихим приглушённым голосом поздоровался он. - Я смотрю, Вам тоже не спится?

- Да, бессонница, - сбивчиво пробормотала Женька, не в силах отвести взгляд от его гипнотизирующих глаз.

- Какое совпадение, у меня тоже, - улыбнулся он. - Джефри передал, что вы спрашивали обо мне сегодня…

- Я хотела извиниться за то, что произошло ночью. Я Вас разбудила, наверное…

- Да, - согласно кивнул Глеб. - Вначале я подумал, что началась Третья Мировая, потом, что наступил конец света, - его голос был настолько серьёзным, что Женя не могла определить: шутит он или говорит всерьёз.

- Надеюсь, я Вас не напугаю больше.

- Может быть, перейдем на «ты»? – внезапно на лице его заиграла усмешка. – В конце концов, моим братьям и сестрам ты не выкаешь. Я чувствую себя каким-то древним.

- Х-хорошо, Глеб, - выдавила Женя.

- Если что, зови. Или стучи в стену, я услышу и вновь приду на выручку.

Губ её коснулась непрошеная улыбка. Женя молча кивнула и открыла дверь в свою спальню. Глеб внимательно наблюдал за её движениями и неожиданно сказал:

- Мне жаль, что твой муж умер…

Ничего не ответив, она зашла в комнату и, закрыв за собой дверь, прислонилась к ней. В тишине ночи Женя отчётливо слышала, как он, постояв секунду в коридоре, также зашёл к себе. Сердце учащённо билось, отказываясь повиноваться разуму, твердившему: «Он опасен… Опасен… опасен… Это какая-то игра…» И она ничего не могла с собой поделать. Этот человек сегодня был совсем другой, непохожий на того ожесточённого мрачного мужчину, ещё вчера смотревшего на неё с неприкрытой неприязнью… Как будто прошедшая ночь и её кошмар что-то изменили в их отношениях. Женя сомкнула веки и отчетливо увидела его глаза… Сегодня они были другие и…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Черт, Осипова, что это с тобой? Ты не заболела? Каждую ночь видишь эти… глазки! - вновь начал возникать внутренний голос. – Ну, конечно, они красивые, даже очень! Но ты будешь полной дурой, если так быстро поверишь в резкую перемену его отношения к тебе! Вспомни, как он тебя чуть не прибил на месте… тогда, в офисе, да и в первую встречу, когда тайком пробрался в твою комнату и напугал до смерти своим дьявольским взглядом! Это ты у нас – неопытная глупенькая девочка, а уж Глеб Оболонский ничего не говорит и не делает просто так! И вспомни, что о нем сказал его лучший друг? Если бы Глеб Оболонский захотел – все девушки были бы его!»