Найди меня, милая (СИ) - Райт Виктория

— Это быстро пройдет, не надо волноваться, Кира Юрьевна. — услышала я его приглушенный голос.

Я мигом влетела на кухню. Включила чайник, потом пошла в спальню и притащила Соболеву одеяло. И подушку. Он даже не пытался меня остановить, когда я укладывала его голову и накрывала одеялом.

Потом принесла ему чашку чаю.

— Надо выпить, быстрее согреетесь.

Он нехотя вылез из-под одеяла и стал пить. Пар бил ему в лицо, и оно слегка раскраснелось. Я даже обрадовалась, пока снова не потрогала его лоб. Он по-прежнему был горячим. Нужен градусник, но его здесь явно не было. Я заметалась по квартире. Врач из меня никудышный, сиделка тем более. Да еще и в чужой квартире. Я не припомню случая, чтобы Ритка болела. Мне казалось, что в такой роскошной квартире человек просто не может заболеть. Я вспомнила, что среди лекарств, которые я купила в аптеке, был парацетамол. Мигом отыскав его, я заставила Соболева выпить таблетку.

— Должно сбить температуру, — зачем-то сказала я очевидную вещь.

Он кивнул и откинулся на подушку. Через минуту я услышала его тихое дыханье. Он крепко спал.

Я пошла в ванну, как раз машинка постирала, развесила вещи Соболева. Кобуру с пистолетом осторожно отнесла в коридор на тумбочку. На всякий случай заперла все замки, подергала ручку, чтобы убедиться, что к нам никто не заберется. И наконец, смогла перевести дух. Этот вечер дался мне нелегко. Я умылась, переоделась в штаны и футболку, и пошла на кухню. Стараясь не шуметь, сама выпила чаю. Спать не хотелось. Слишком возбужденный мозг отказывался угомониться. Я смотрела в окно на падающий снег. На столе передо мной лежала пуля, потемневшая от крови капитана. Я вертела ее пальцем и гадала, кому я так не угодила. А когда мысли на этот счет меня покидали, я прислушивалась к едва различимому дыханию Соболева из гостиной и на миг замирала, представив себе, что было бы, если б этот абсолютно чужой мне человек, не закрыл меня сегодня собой. И то ли от осознания того, что я все еще жива, то ли от напряжения, то ли просто от благодарности к капитану, я тихонечко заплакала. Уже дважды за этот день. Но на этот раз это были просто тихие слезы облегчения.

На рассвете я уснула, едва добравшись до кровати.

Глава 6

Меня разбудил шум мотора за окном. Я взглянула на часы. Девять тридцать. Вспомнила, что мне на работу сегодня не нужно и счастливо потянулась. А потом сунула ноги в тапки и пошлепала в ванную.

— Доброе утро, Кира Юрьевна.

Я застыла посреди гостиной. И недоумевающе повернулась. На меня весело поглядывал Кирилл Сергеевич. Он был в джинсах и накинутом сверху пледе, едва прикрывавшем его голую грудь в шрамах.

— Доброе, — пискнула я и бросилась в ванную со всех ног.

Я совсем забыла про капитана, что провел ночь на Риткином диване. Уставилась в зеркало на свою заспанную физиономию, а потом перевела взгляд на штаны и майку с Микки Маусом. Теперь понятно, почему Соболев надо мной посмеивался. Представляю, что он обо мне подумал.

Я наспех умылась, почистила зубы, причесалась. Никакой одежды в ванне не обнаружила. Что ж, придется ходить как есть. В конце концов, он здесь гость, а не я. Сам вон в одеяле по квартире шляется.

Я вышла из ванной. И заметила, что Соболев даже не обернулся.

— Как вы себя чувствуете? — спросила я, подходя ближе.

— Спасибо, гораздо лучше, — он как-то рассеянно мне отвечал.

Недоумевая, я подошла ближе. Капитан стоял возле комода с фотографиями. Их было много, с разных приемов, курортов, в обнимку с другими людьми и одиночные. Она была повсюду, моя прекрасная подружка.

— Это Рита, — зачем-то сказала я то, что и так было понятно. И перевела взгляд на капитана.

Он пристально вглядывался в фотографии моей подруги, словно пытался запечатлеть в памяти ее образ на всю оставшуюся жизнь.

— Шикарная женщина, — пробормотал он, даже не взглянув в мою сторону

Я почему-то испытала неприятное чувство. Конечно, Ритка была красотка, и я это прекрасно знала, но никогда и не думала ей завидовать. А вот на этот раз позавидовала. Моя подруга из тех женщин, которые даже в рваных тряпках будут выглядеть классно и сексуально. Я сама ей всегда об этом говорю, и всегда твержу, что она красавица даже без тонны косметики на лице. Но позавидовала я не этому. Меня задело то, как Соболев смотрел на ее фото. И каким тоном сказал, что она красива. Этот мужчина был мне абсолютно безразличен, но тем не менее…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы завтракать будете? — я демонстративно прошла на кухню.

Загрохотала сковородкой, включила кофеварку, врубила телик погромче. Насыпала корма в миску, гадая, где спрятался мой бедный кот. Вчера его и след простыл. Наверное, испугался незнакомца и забился в угол. Размышляя таким образом, я стала жарить омлет с помидорами. Минут через пять в кухню вошел Соболев все еще в одеяле и уселся за стол.

— Очень крутая квартира.

— Я в курсе.

— И вам совсем не подходит.

Я промолчала, потому что в руках у меня была доска для хлеба, и я подавила в себе желание запустить ею в Соболева.

— Это не ваше дело.

Он немного помолчал. Наверное, пытался понять причину моего столь не дружелюбного отношения. Тут на кухне возник мой британец и стал тереться о мои ноги.

— Мяу.

— Ты где был, дорогой? — я взяла его на руки, совсем забыв, что некоторые люди терпеть не могут котов, а особенно их сюсюкающих хозяев.

Кот обнял меня лапами за шею и счастливо заурчал. Соскучился. Я прижалась щекой к его мягкой шерстке и на мгновение закрыла глаза. Коты всегда отдают много положительной энергии. По крайней мере, мой кот был именно таким. Я гладила его по спине, потом открыла глаза, вспомнив про омлет, и наткнулась на взгляд Кирилла Сергеевича. Его сегодня серые глаза светились странным огнем. Он улыбнулся. Я покраснела до самых ушей.

Поспешно опустила кота на пол и отвернулась помешать омлет. Какой позор. Представляю, что думает капитан. Девчонка в спортивных штанах и майке с Микки, живущая в роскошной квартире своей не менее роскошной подружки, обнимающая кота и называющая его «дорогой». Думаю, капитан уже точно знает, что я чокнутая. До кучи я вспомнила, как вчера он смеялся надо мной, потому что я ношу в сумке книги. Меня прямо трясло уже от злости. И жалости к самой себе. И я ужасно горевала, что совсем не похожа на Ритку. Та всегда на высоте. Я же…

— Он у вас такой смешной. Но очень ласковый.

Я обернулась. Соболев держал на руках моего кота, причем тот был совершенно спокоен.

— Ночью мы успели подружиться, — пояснил мне капитан.

Я заскрежетала зубами. Отлично, британец спал с чужим человеком. Меня проигнорировал напрочь. Ну вот, даже мой кот меня предал. Я готова была разрыдаться с досады.

— Кира Юрьевна, у вас омлет горит.

Я поспешно выключила конфорку.

Когда, наконец, мы уселись завтракать, наступило молчание. Весьма неловкое. Я пыталась как можно тише жевать и резать ножом, но все равно любой звук казался оглушительно громким. Кирилл Сергеевич ел быстро, шумно втягивал горячий кофе, и кажется, совсем не испытывал неловкости.

— Очень вкусно, спасибо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Пожалуйста.

Опять молчание.

— Я нашел это на подоконнике, — Соболев достал из кармана и положил передо мной на салфетку пулю, что я вчера весь вечер разглядывала. — Откуда она у вас?

— Нашла вчера возле подъезда, когда в аптеку ходила. Думаю, это его. Ну, того, кто в нас стрелял.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Скорее всего вы правы. Пуля уже кое-что. Главное, что у нас есть другая улика. Отнесу баллистикам, пусть пробьют, что за оружие.

— Но ведь он сбежал.

— Найдем, Кира Юрьевна, обязательно найдем, — он взял со стола салфетку и, завернув в нее пулю, положил себе в карман.

Мы еще немного помолчали.

— Мне пора на службу, — он поднялся. — Вы могли бы приехать сегодня, нужно составить протокол вчерашнего происшествия? А я попробую фоторобот оформить. Хотя, видел его только в профиль.