Любовь с остановками (СИ) - Вознесенская Дарья

Позволяю себе еще немного времени поваляться, а потом встаю.

Привожу себя в порядок в ванной и надеваю его рубашку - раз уж меня выбрали на роль пусть временной, но любовницы, то надо соответствовать.

Прохожу по неожиданно уютной квартира. Никакого хай-тека - много света, дерева и азиатской эклектики в мебели и предметах интерьера. Дизайнер хорошо потрудился. Особенно мне нравится кухня - на ней точно готовят и я с любопытством смотрю на Зимина в роли полуголого повара.

- Уже встала? - он оборачивается ко мне и я вижу, как загораются его глаза при взгляде на меня в мужской рубашке. Все-таки женские романы не врут. - Лишаешь меня удовольствия отнести завтрак в постель.

Вот нафига он такой идеальный?

- Предпочитаю есть не в постели.

- Тогда садись за стойку, - он странно улыбается, и ставит передо мной свежие блинчики с разными начинками.

А потом берет на этой самой стойке.

Хотя бы дождавшись, когда я поем.

Мне кажется, что я уже не могу... ничего, справляюсь.

И только потом, отдышавшись и включив мозги, включаю телефон и с удивлением понимаю, что уже почти вечер субботы, что на телефоне пятьсот пропущенных от Томочки и что… пора возвращаться в реальную жизнь. О чем и сообщаю Зимину Недоумевающему.

- До понедельника еще далеко, - хмурит он свои идеальные брови, - Я могу отменить все дела…

- Зато я не могу, Артем Витальевич, - качаю мягко головой и спрашиваю, - Одолжите рубашку? Притворюсь Джулией Робертс - она тоже компенсировала нескромность своего наряда таким способом.

- Знаешь, вот сейчас твое «вы» не возбуждает, а бесит, - цедит блондин, - пояснишь, почему ты так настойчиво выстраиваешь между нами дистанцию? Вроде бы все уже решено…

- Что именно решено? - мне и правда любопытно. На душе, как ни странно - спокойствие. В теле - томная нега. И я предвкушаю, как высплюсь и посмакую в своей голове подробности. Тома была права - мне пора было нырнуть в это чувственное море. И партнера по первому опыту фридайвинга я выбрала идеально.

- Ты… я… - он сбивается. Я понимаю, почему. Артем всегда на коне Витальевич привык, что у женщин после ночи с ним все решено. Что они жаждут и дальше оставаться в уютной квартире и соглашаться на любое его безумство. И это он раздумывает - соглашаться или нет.

- И правда решено, - киваю, - Потому я и не начинала тыкать - чтобы не привыкать. У нас была одна охренительная ночь… и не менее охренительный день. Но на этом все. Вы не спите со своими сотрудницами, я не встречаюсь со своим начальством.

- Если ты не заметила, я таки переспал со своей сотрудницей, - цедит. Кажется, я его задела, но…

- Не-а, - почти веселюсь, - Официально документы я буду подписывать только в понедельник - так что нам обоим удалось не нарушить своих принципов.

Телефон пиликает входящим, и я сообщаю:

- Такси приехало.

Он смотрит на меня как на идиотку, не в силах поверить, что кто-то добровольно откажется от Артема возьму тебя страстно Зимина. Но не пытается удержать.

Возможно я и идиотка.

Возможно, у меня будет откат.

Но сейчас я чувствую, что поступаю правильно.

Я слишком долго жила в созависимых отношениях - с родителями, мужем, самолетами. И когда у меня появился шанс понять, наконец, чего я сама хочу, что мне нравится, какими я вижу отношения с другими мужчинами и собственную жизнь, я не готова отдать эти возможности и быстро вляпаться в историю, из которой не выйду без кровавых потерь.

Потому я выхожу на улицу спокойно.

Вдыхаю насыщенный теплом воздух… и набираю Томочку.

Должна же я узнать, что там с нашим Синицыным?

Один день

- Добро пожаловать в команду, - Крокодиловна едва ли не крокодильими слезами обливается, принимая меня на грудь

Я же, слегка пришибленная прошедшими выходными, пытаюсь понять, что это значит...

Зимин объявил меня своей любимой женой?

Или для нее настолько принципиально, что теперь у меня появится «настоящий» пропуск, обязанности и электронная карточка сотрудника? И теперь она меня будет любить? Похоже, последнее. С Зиминым-то меня уж точно ничего не связывает, кроме закрытого гештальта… у обоих.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ну еще его рубашки. Которую я честно сняла... в всокресенье.

... подумаешь, поспала в ней чуток...

И передала старым проверенным способом. Даже не позволив себе игры в "я тут вам рубашечку принесла" Уходя - уходи. Без ожиданий и визуализаций, как он подъедет на лимузине с веником роз и будет забираться ко мне по пожарной лестнице.

Не будет. Нашим отношениям можно присвоить статус «все просто». Запахи, звуки, обстоятельства - нас притянуло друг к другу, с легкостью слепило в комок острого наслаждения и желания, и так же легко разнесло по разным сторонам, оставив классное послевкусие и… да, небольшое сожаление. Что все могло бы случиться по большой любви, а не по сработавшей неожиданно химии.

И я сделаю хуже только себе, если не приму это как можно раньше и не пойду… как можно дальше.

Уверена, это будет легко...

Мы все-таки сталкиваемся в коридоре.

Ну как сталкиваемся - я иду по своим делам с папочками. А навстречу мне идет целое воинство под предводительством Артема генерального главнокомандующего Зимина. Все с торчащими из головы смартфонами, договорами, вопросами, советами и прочими атрибутами обычного рабочего понедельника.

Я случайно ловлю его взгляд... И вот хоть убейте, но в его глазах я вижу отражение всех тех позиций, которые принимали наши тела в ту ночь и то утро.

Не знаю что там в моих - я на всякий случай их быстро зажмуриваю и размазываюсь по стеночке, чтобы пропустить всю эту толпу.  И только когда они проходят мимо понимаю, что все это время не дышала.

Черт.

Похоже, совсем легко не будет.

Хотя лифт сегодня решил вести себя хорошо - я катаюсь на нем весь день без всяких неловких встреч. Но одной чуть неловкой встречи в холле избежать не удалось.

Евгений почти Синицын, о котором я, к сожалению, знаю гораздо больше, чем он может предположить - Томочку было не удержать в эти дни и она описывала свои приключения с «только на вид приличным парнем, а на самом деле он тако-о-ой» во всех подробностях - видит меня, замирает и окликает чуть настороженно.

- Привет… теперь все, ты работаешь у нас? Ну, в смысле, в этом здании?

- Ага.

- Слушай, я хочу сказать… в пятницу как-то странно получилось…

Он смотрит виновато, а я недоуменно уточняю:

- Ты про клуб?

- Я про то, что не уделял тебе внимания! И… хм, общался с твоей подругой и…

Замолкает, а я возражаю почти весело:

- Прекрати, ты мне ничем не обязан.

- Нет. Я ведь позвал тебя, потому что ты и правда мне понравилась... - он смущенно трет переносицу, - И я чувствую себя виноватым…

Ох, он и правда хороший, этот наш  Синицын. И если Томочка его упустит - точнее, отпустит так же, как и всех своих парней - я сама её пришибу.

А еще я понимаю, что он был настолько увлечен моей подругой, что даже не заметил как и с кем я ушла.

- Все и правда отлично, - улыбаюсь ему и подмигиваю, - Мы может еще и породнимся.

- Все может быть,  - говорит он совершенно серьезно, а я едва не ойкаю от открывающихся перспектив.

- Жень, привет! Познакомишь? - подошедший к нам мужчина на вид не совсем в моем вкусе, но смотрит на меня приветливо и так… настойчиво, будто и правда хочет познакомиться. Я хихикаю про себя. Может ночь с Зиминым распечатала внутри меня амфору с какими-нибудь гормонами? И теперь все мужики в радиусе ста метров будут меня хотеть?

- Андрей… Света… Андрей - мой начальник и с недавних пор холостяк. Света - подруга моей девушки, а значит - почти родственница, - последнее звучит предупреждающе, но Андрей на это лишь смеется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он не слишком высокий и очень широкий, причем не толстый, а вкаченный. И на его открытом и загорелом лице лучиками собираются морщинки, когда он улыбается. Определенно, не в моем вкусе, но… мои вкусы последнее время очень быстро меняются.