С. Стивенс - Легкомысленные

Ознакомительный фрагмент

Он словно знал, до чего меня бесит его хамство, и отличался всякий раз, когда я оказывалась поблизости. Я проигнорировала его, призвав на помощь всю свою выдержку и не меняя выражения лица.

Очевидно, я плохо постаралась, и он уловил мое раздражение.

– Ты такая лапочка, Кира. Просто невинная школьница. – Он в откровенном восторге покачал головой. – Я всего-то и хочу тебя растлить.

Он подмигнул.

Я побледнела и уставилась на него, лишившись дара речи.

Келлан прыснул, не сводя с меня глаз, а Мэтт, сидевший рядом с Гриффином, фыркнул:

– Дурик, она же с Денни, раз и навсегда. Зуб даю, ты упустил свой шанс.

У меня отвисла челюсть, я в ужасе внимала им. Неужто они и вправду обсуждают мою девственность прямо передо мной? Я была слишком потрясена, чтобы уйти.

Гриффин повернулся к Мэтту:

– Вот облом… Я мог открыть ей целый мир.

Эван и Келлан захохотали, а Мэтт, с трудом сдерживая смех, возразил:

– Когда это было… чтобы ты открыл женщине… целый мир?

Гриффин ощерился:

– У меня есть навыки… Вы, парни, просто не догадываетесь. Жалоб не было.

– Как и благодарностей, – ухмыльнулся Келлан.

– Пошел на хрен. Я тебе прямо сейчас покажу! Берешь телку…

Он осмотрелся, словно в поисках добровольца, и его взгляд остановился на мне. Я побледнела еще сильнее и отступила на шаг.

– Не-е-ет! – возопили все они хором, отшатываясь от Гриффина и вскидывая руки, готовые скрутить его при необходимости.

Поскольку разговор, в моем представлении, перешел все мыслимые границы, я взяла себя в руки и подумала, что настало время ускользнуть от них. Я двинулась бочком, но Гриффин продолжал смотреть на меня. Он осклабился, не обращая внимания на общее веселье.

– Если тебя, Кира, уже лишили девственности… – Он раздраженно зыркнул на своих дружков. – Уверен, что вручную, какой-нибудь штукой…

Он снова взглянул на меня, и парни захохотали пуще прежнего.

– Если я прав, развлеки нас какой-нибудь шалостью…

Его светлые глаза лучились озорством. Гриффин поиграл штангой, вживленной в его язык. Вышло весьма чувственно, и я слегка похолодела. У меня не было ни малейшего желания разбираться с его тупыми запросами.

Я скривилась и повернулась, чтобы уйти.

– Мне надо работать, Гриффин.

– Да ладно тебе, матюгнись разок. Ты, вообще, умеешь ругаться?

Я хотела пройти мимо, но он схватил меня за руку.

Более занятая тем, чтобы высвободиться, чем думая о словах, я вздохнула:

– Да, Гриффин, я умею ругаться.

И немедленно пожалела о сказанном.

– Серьезно? Ну, давай!

Похоже, его искренне позабавила мысль о том, что я могу нахамить не хуже. Эван, возмущенный такой настырностью, закатил глаза. Мэтт подпер кулаком подбородок и подался вперед, а Келлан взъерошил волосы и откинулся назад. Оба взирали на меня с любопытством. Мне стало не по себе под их взглядами.

Я уставилась на Гриффина:

– Черт побери.

Мэтт и Келлан прыснули. Гриффин заправил свои белокурые волосы за уши и надул губы:

– У-у-у, как нехорошо. Давай теперь по-настоящему.

– Это и есть по-настоящему.

Я хотела лишь одного – вернуться к бару, но очутилась в западне. Теперь Келлан, не таясь, смеялся над моим смущением, и я все сильнее злилась на него лично.

– Ну же, выдай чего позабористей, что-нибудь простенькое. Как насчет «суки»?

Гриффин дьявольски усмехнулся и скрестил руки на груди.

– Ты еще такое дитя, Гриффин.

Я закатила глаза и посмотрела на Эвана, мысленно умоляя его положить этой беседе конец, ведь он единственный, кроме меня, тоже испытывал неловкость.

Гриффин рассмеялся, заметив этот призыв:

– Тебе что, и вправду не выговорить?

– Мне незачем.

Не то чтобы я никогда не ругалась – но только мысленно, чтобы никого не задеть. Впрочем, я не собиралась радовать Гриффина. Можно было просто уйти и покончить с этой идиотской забавой, но я осталась, так как представила, какой грянет хохот.

Сцепив руки, Гриффин навалился на стол и взмолился:

– Давай! Хоть что-нибудь. Мне все равно – главное, чтобы гадость.

Я помялась, все еще подумывая о бегстве. Может, просто влепить ему пощечину? Это наверняка отвлечет от меня внимание, но я не знала, как он отреагирует. Я не хотела ни злить его, ни возбуждать.

Тут вмешался Келлан:

– Однажды она назвала меня сексуальным.

Гриффин чуть не свалился со стула от смеха.

Я уставилась на Келлана, который взирал на меня с невиннейшим видом и воздевал руки к небу, будто спрашивая: «А что?» Воспользовавшись паузой – теперь уже хохотал весь стол и даже мой союзник Эван, – я устремилась к бару.

В надежде, что лицо у меня не слишком пылает, я добралась до Риты, которая уже приготовила всей группе напитки. Я осторожно оглянулась. Гриффин и Мэтт продолжали потешаться над глупой репликой Келлана. Эван виновато смотрел на меня – что ж, хоть ему было стыдно за этот гогот. Келлан, все еще усмехаясь, поднял с пола гитару и начал лениво перебирать струны.

Он тихо затянул песню, по-моему новую. С моего места мне было не разобрать слов, но мелодия оказалась очень приятной. Я инстинктивно шагнула ближе, чтобы лучше слышать.

– Я бы не напрягалась, – сурово заметила Рита.

– О чем ты?

– О нем. – Она указала на Келлана. – Зря потратишь время.

Не вполне понимая, что она имеет в виду, я забыла возразить, что всего-навсего хотела послушать песню, и вместо этого спросила:

– Что ты такое говоришь?

Рита склонилась ко мне с заговорщическим видом, радуясь возможности поделиться.

– Он обалденный, да, но разобьет тебе сердце. Он из тех, кто поматросит и бросит.

– А, ты об этом. – Я подумала, что в этом нет большой новости, учитывая толпу безумных фанаток, осаждавшую его на всех концертах, и надписи в туалетных кабинках. – Между нами ничего нет. Он мой сосед – и только. Я просто слушала…

Она оборвала меня:

– Не представляю, как ты с этим живешь? – Рита мечтательно закусила губу. – Меня бы такое точно сводило с ума, день за днем.

Она поставила на стойку пару пивных бутылок.

Ее голодный взгляд в сторону Келлана начинал меня раздражать, как и то, что она упорно именовала его «оно», будто он не был полноценным человеком.

– Ну, у меня есть парень, с ним, конечно, полегче.

Я ответила не без сарказма, но право слово – чем мы, по ее мнению, занимались дома?

Рита хохотнула:

– Ох, милочка, ты думаешь, ему это важно? Солнышко, я была замужем, и его это совершенно не смутило. – С легкой улыбкой она выставила на стойку две последние бутылки и подмигнула. – Впрочем, дело того стоит.

Я в шоке разинула рот. Рита была вдвое старше Келлана и, как я слышала, жила с четвертым мужем. Похоже, что Келлан тащил к себе всех подряд – вообще без разбору, как я начинала подозревать. Удивительно, как я до сих пор ни на кого не наткнулась.