Инсинуации - Варвара Оськина

на несколько секунд, а потом медленно двинуться обратно, со всей полнотой ощущая его вкус и запах. Непохожий, другой, чужой. Пять минут и ей уже можно доверить составление карты удовлетворения Ланге. Это оказалось так же просто, как задачка по программированию за третий класс. Резкие поглаживания рукой, не выпуская изо рта бросить вверх очередной лживо-томный взгляд, и Курт не выдержал. Резко рванул Элис вверх, развернул к себе спиной и толкнул на диван, вынудив встать на колени.

Не став возиться с джинсами и попросту немного их приспустив, он резко в неё вошёл. Возбуждения не было, и внизу обожгло болью. Впрочем, физиологию не обмануть. Когда мужские пальцы мягко надавили на клитор, спина инстинктивно прогнулась, а дыхание перехватило от искусственного желания. Элис не хотела Курта, а он не хотел её, но сейчас они дарили друг другу сиюминутную нужность, чтобы импульсивная, заносчивая, эгоистичная девчонка не сошла с ума. Кто-то в такой ситуации напивается, кто-то решает шагнуть с моста, а кто-то ищет хотя бы одну причину для дальнейшего существования. Вот и Ланге понял это без слов, молча схватил за плечи и притянул ещё ближе к себе, отчего стало больнее. Но так было лучше. За острой резью не осталось ненужных чувств, только до дюйма выдрессированное чутьё научного исследователя. Штампованное соитие в пластиковой вселенной.

Оргазм всё же случился и отозвался коротким, отдалённо-мучительным всплеском. Однако, сколько бы Элис ни восхищалась собственной изворотливостью, она знала, что всё же ошиблась. Неверным оказалось не решение, а условие. Пусть это не руки Джеральда, что нежно гладили её костлявую спину, не его тело ласково грело в прохладе комнаты, даже обстановка была другой, да только Элис всё та же, и память никуда не делась. Попытка самообмана провалилась, но выхода из этой бесконечной петли так и не было. Сделанного не исправить. А потому, сморгнув выступившие от боли и собственного унижения слёзы, Элис устало закрыла глаза. За спиной уверенно стучало сердце Курта, чьи ладони крепко держали маленькое замёрзшее тело. Но, возможно, просто стоило попытаться ещё? В конце концов, у них есть целая ночь и её мёртвая совесть.

***

В аэропорт они приехали вместе, по пути заскочив к Эл домой. Она на скорую руку побросала в дорожную сумку оставшиеся мелочи и под пристальным взглядом Джо сложила многострадальный ноутбук. Алюминиевый товарищ обзавёлся косой царапиной через весь корпус и походил на пирата-киборга. Но работал исправно, что стало чудом. Денег на новый брать было попросту негде. О’Нили, если и догадывался, где сумасбродная подруга провела ночь, молчал. Ну а двумя часами позже, получив посадочный талон, Элис повернулась к Курту. Он благородно проводил её до стойки регистрации и помог с вещами.

– Мне, наверное, стоит объясниться, – проговорила она.

– Зачем? – Ланге пожал плечами и вопросительно вскинул светлые брови. – Тебе было нужно, я оказался не против. Ты жалеешь?

– Нет, – Элис отрицательно покачала головой. Что-что, а жалеть ей точно больше не о чем.

– Тогда не вижу проблем. – Он притянул её в объятия и легко поцеловал в макушку.

Действительно, они всего лишь переспали, а не сгоняли в Лас-Вегас для поспешной женитьбы. Было бы о чём переживать. Элис усмехнулась, а Курт всё же решил внести нотку банальности:

– Удачного полёта. Напиши нам, когда доберёшься. Ты же знаешь Клауса…

– И Джо, – подхватила она, улыбнувшись.

Чмокнув колючую щёку, Элис поудобнее перехватила сумку и отправилась в сторону досмотра.

Долгий семичасовой перелёт показался чуть ли не вечностью. Бессонная ночь вкупе с многочисленными задержками из-за поднявшегося снегопада и нервными переживаниями последних двух недель полностью вымотали Эл. Сердце едва не рвало на куски. Но грёзы о заоблачных сновидениях разбились о толпу школьников, что летели посетить места славы Кремниевой долины. Включив музыку в телефоне, чтобы заглушить гвалт, Элис надела наушники и вздохнула. Она устала. Действительно безумно устала, но недаром же говорят – разлука лечит. Новое место и почти три недели вдалеке от родного Бостона должны помочь. По крайней мере Эл очень хотела в это верить.

В зоне прилёта вид черноволосой курчавой головы Майкла Лукача вызвал у Элис немало удивления. Они не договаривались о встрече, и Эл намеревалась воспользоваться привычным такси. Однако, пробираясь через впавшую в кататонический ступор толпу, с удивлением поняла, что рада такому вниманию.

– Мисс Чейн! – Жизнелюбием Лукача можно было пытать пессимистов.

– Добрый вечер, – поздоровалась она и легко пожала протянутую руку. – Не ожидала, что меня встретят.

Несостоявшийся космонавт подарил ещё одну восхитительную улыбку и уверенно забрал сумку из её рук.

– Мы с Джесс подумали, что после такого длительного перелёта, будет очень некрасиво заставлять вас тащиться вместе со слишком общительным индусом. К тому же я всё равно возвращался из Окленда, а ваш рейс столько раз задерживали, что мы уже отчаялись угадать со временем прилёта. Так что я запасся кофе, шоколадными батончиками и неплохо скоротал время в вечерней пробке вдоль Мишн-Бэй. Там отстроили такой красивый медицинский комплекс. Ух! Знаете, мисс Чейн, когда сидишь в Эймсе, точно прибитый к своему дуплу сыч, начинаешь забывать…

Болтовня Лукача легко вливалась в голову Элис. Она слушала его весёлый, бодрый голос и бездумно смотрела по сторонам, невольно разглядывая встречных людей. Как человек, который впервые выбрался настолько далеко, ей казалось, будто бы она прилетела не на другой конец страны, а приземлилась в Новой Гвинее. Тем временем они вышли из здания аэропорта, и после сухого кондиционированного воздуха свежий бриз с залива показался Элис восьмым чудом света. Вдохнув полной грудью горьковатый аромат соли и бензина, она невольно задумалась, что и океан здесь пах иначе, совсем не так, как дома. А ещё лет пятнадцать не было снега. Что же, Калифорния ей нравилась уже этим.

***

Глава отдела щедро выделила Элис три дня на маленькие радости туриста. Так что тем же вечером Эл отправилась знакомиться с Маунтин-Вью и бродить по незнакомым, совсем чужим улицам. За следующие сутки она успела не только посетить все известные местечки Сан-Франциско, но вдоль и поперёк исследовать доступную ей часть Кремниевой долины. Она радовалась, как ребёнок, покуда бродила вдоль зданий Facebook, просаживала мелочь в доисторических игровых аппаратах у GooglePlex и вела прямую трансляцию из Музея Компьютерной истории для Джо. В общем, делала что угодно, лишь бы не думать, уговаривая себя, что так с людьми обращаться нельзя. Ни ей, ни ему. Но оставшись вечером в одиночестве своего номера, открывала ноутбук и до рези в глазах всматривалась в светившуюся на экране фотографию, которую так и не решилась сменить. Она вновь и вновь прокручивала последний разговор и никак не могла понять, где же они с Джеральдом ошиблись.

Ну а на четвёртый день хитрая рыжая бестия намертво