Рут Харрис - Мужья и любовники

– Но почему, почему? – все повторял Джордж. – Ты же знаешь, что я хочу тебя больше, чем Кирк.

Он становился настойчив. Кэрлис пожалела, что в свое время рассказала ему так много, – что замужество утратило поэтичность, что муж стал слишком скучен в постели.

– Я люблю тебя, – твердил Джордж. – А он всего лишь твой сожитель.

– Прошу тебя, Джордж, – сказала Кэрлис, – не надо так говорить.

– Но это твои собственные слова, – Джордж неожиданно перешел в наступление.

– Мне очень жаль, Джордж, – сказала Кэрлис, вся дрожа от стыда и страха. – Все позади. Конец. Ты здесь ни при чем – просто я так больше не могу. Я не могу рисковать своей семьей. Все это была ужасная ошибка, и если я сделала тебе больно – прости. Мне очень жаль, но все кончено. Так нужно.

Она подняла сумочку, заканчивая разговор и торопясь навсегда оставить эту квартиру. Стены словно давили на нее, а настойчивые просьбы Джорджа выводили из себя.

– Прощай! – сказала она уже у двери, поворачиваясь к нему. – И не сердись, ради Бога.

Она вышла за дверь и не услышала, как внизу нажали на кнопку звонка. Никто не откликнулся, и Джордж решил, что кто-то из служащих пошел на улицу выпить кофе и забыл ключ. Это происходило постоянно, так что Джордж машинально нажал на кнопку, и дверь внизу открылась.

Джейд не поверила доктору Фишбейну и так ему и сказала.

– Джейд Маллен! – заворчал доктор, хотя отлично понимал причину ее недоверия. – Если вы не верите мне, может, поверите результатам лабораторных анализов, – он подтолкнул к ней листок бумаги. Джейд бегло взглянула на него и подняла глаза на доктора.

– Неужели правда? – спросила она, все еще не веря, плача и смеясь одновременно. Ей было тридцать пять, два врача сказали, что у нее не может быть детей. Она навсегда оставила мечту о материнстве, и вот этот человек и эта бумажка из лаборатории уверяют, что она беременна. Этому просто невозможно было поверить.

– Да, правда! – сказал Фишбейн и улыбнулся. – Забеременеть у вас был один шанс из миллиона, считайте, что вам повезло. Этот младенец действительно хочет родиться – вот все, что я могу сказать.

Из кабинета врача Джейд направилась в сторону Лексингтон-авеню. От счастья у нее кружилась голова. Теперь понятно, почему ее в последнее время бросало то в жар, то в холод. Она поняла причину своего физического недомогания, – доктор Фишбейн сказал, что в первые недели беременности такое случается часто. Поворачивая за угол Шестьдесят второй улицы, Джейд улыбнулась и обняла себя за талию, словно бережно поддерживая зародившуюся в ней жизнь. Войдя в подъезд, она позвонила Джорджу и сказала, что поднимается.

Кэрлис стояла в узком вестибюле, дожидаясь маленького, на европейский манер, лифта; вот он остановился, она открыла дверь – и буквально налетела на мужа.

– Кирк!

Они изумленно уставились друг на друга, а Джордж между тем открыл дверь, ожидая увидеть Джейд. Кирк сунул руку в сумку и вытащил пистолет. Все четверо застыли в ужасе – Джейд уже была тут, ей не терпелось сообщить радостную новость, и, не дожидаясь лифта, она поднялась по лестнице пешком. Она улыбнулась Джорджу, но в тот же момент заметила Кэрлис, и сразу все поняла.

Кирк Арнольд направил пистолет на Джорджа, и лицо его стало таким же белым, как шрам, пересекавший бровь. Он уже собирался выстрелить в любовника жены, как внезапно изменил решение. Он медленно начал поворачивать пистолет, пока его дуло не ткнулось ему в висок. Он потянул за спусковой крючок.

Глава XIII

Все произошло в долю секунды, хотя потом казалось, что этот момент растянулся на целую вечность.

– Нет! – отчаянно вскрикнула Кэрлис, видя, как Кирк прижимает пистолет к правому виску. Она бросилась к мужу, схватила его за руку и с силой потянула ее вниз. С другой стороны к нему кинулся Джордж и толкнул под локоть. Кирк упал, и в этот же момент раздался оглушительный выстрел.

Кирк ошеломленно посмотрел на свою руку, словно она была чужой. В ней все еще был пистолет.

– Дай мне, – сказала Кэрлис, протягивая руку и действуя автоматически. Не говоря ни слова, он отдал ей пистолет, и она силой заставила его войти в кабину лифта, последовав вслед за ним. Все еще пребывая в шоке, они спустились на первый этаж, вышли на улицу, где Кирк остановил такси.

– Семьдесят девятая, одиннадцать, – сказал он водителю, садясь рядом с Кэрлис на заднее сиденье и закрывая дверь. Он откинулся на спинку сиденья, пиджак у него расстегнулся, и тогда Кэрлис увидела, что сквозь рубашку проступают пятна крови.

– Эй, водитель! – закричала она, видя, как Кирк вдруг со стоном наклонился вперед, держась обеими руками за низ живота. – В центральную больницу. Живо!

– Джейд! – крикнул Джордж, видя, что она лежит на полу. – Что с тобой? – Он прикоснулся к ней. Она не шевельнулась.

Джордж посмотрел на Уилла и проектировщика, которые прибежали на звук выстрела.

– Что случилось? – задыхаясь, спросил Уилл.

– Не знаю, – ответил Джордж, бледный от страха. – Не знаю, куда попала пуля. Может, она ранена.

Джейд все еще неподвижно лежала на полу лицом вниз. Джордж с Уиллом бережно перевернули ее.

Доктора звали Эрик Реш. Он был очень молод, слишком молод, чтобы иметь дело с жизнью и смертью. Кирка немедленно отвезли в операционную, и Эрик Реш сказал Кэрлис, что положение его критическое. Он потерял много крови, поражены жизненно важные органы. По Кэрлис хотела знать не это.

– Он выкарабкается? – спросила она чужим голосом, словно окаменев внутри. Она была в отчаянии, она знала, что беспечной жизни наступил конец, и все равно ничего не чувствовала. – Он выживет?

Эрик Реш не ответил. Да в словах и не было смысла. По выражению его ясных голубых глаз Кэрлис поняла, что он сам этого не знает. Единственное, что он мог ей сказать – полиция в пути.

– Полиция?

– Таков закон, – пояснил он. – Мы обязаны докладывать о всех пулевых ранениях.

Когда ее переворачивали, Джейд вздохнула, и этот звук показался грохотом в неестественной тишине вестибюля. Она дышала. Слава Богу, подумал Джордж, она жива. Ресницы задрожали, и Джейд открыла глаза.

– Что случилось? – удивилась она, не понимая, где находится. И что она делает на полу? – Откуда этот странный запах?

Это был запах пороха.

– Теперь ты все знаешь, – сказал Джордж, глядя куда-то в сторону.

– Теперь знаю, – как эхо, откликнулась она.

– И ты ненавидишь меня? – Ему необходимо было получить ответ. Что делать, если она оставит его? Что с ним будет?

Она отвернулась. Она не могла ему ответить, потому что сама этого не знала. Тут она почувствовала, как что-то потекло у нее по ногам. Она вспомнила тот страшный случай, из-за которого она лишилась ребенка.