Джудит Гулд - Чертовски богат

– Мудрый шаг, – проговорил Герхардт Майндель.

– Весьма мудрый, – подтвердила Софья. – Не говорил ли мой брат об анализах на предмет установления пола будущего ребенка?

Все пятеро отрицательно покачали головами.

– А с врачом вы встречались?

– Еще нет, – сказал Август.

– Это надо сделать немедленно.

Старик наклонил голову.

Воспользовавшись наступившим молчанием, Софья продолжила наступление:

– Рождение девочки, будь она даже самый распрекрасный и любимый ребенок, станет для брата такой же трагедией, как и бездетность вообще, господа.

Софья выпрямилась, давая понять, что сейчас будет сказано нечто чрезвычайно важное.

– Беременность, как все мы знаем, вещь непредсказуемая. Даже если принцесса Зандра зачала сына, может случиться выкидыш. Или ребенок родится мертвым. Да и вообще мало ли как все может обернуться.

В комнате внезапно похолодало. Потемнело. Сверкнула молния, и раздался удар грома.

Эрвин в ужасе вскочил на ноги.

Софья дождалась, пока все успокоятся.

– В любом случае, – негромко сказала она, – нельзя торопиться с выводами. Мой брат наследует семейное состояние, когда его жена произведет на свет сына, и лишь в том случае, если это произойдет до смерти нашего отца.

– Совершенно верно, ваше высочество, – величественно кивнул старый Майндель.

– Хорошо. Все должно быть по закону, справедливости и в соответствии с правилами наследования, принятыми в нашем роду.

Софья помолчала.

– В соответствии с правилами наследования, принятыми в нашем роду, – с нажимом повторила она.

– Вы можете на меня рассчитывать, ваше высочество, – сказал старик.

– Понятно. А как с вашими сыновьями?

Август Майндель поочередно оглядел их. Все четверо – Франц, Клаус, Герхардт и Антон – дружно кивнули.

– Вот видите, ваше высочество. Вам не о чем беспокоиться, все правила будут соблюдены. При родах будут присутствовать трое поверенных.

– Нет, герр Майндель, – покачала головой Софья, – не просто трое поверенных. Это должны быть трое из здесь присутствующих.

– Если такова будет воля вашего высочества, – склонился в поклоне старик.

Софья одарила его одобрительным взглядом – так смотрят на продавца в магазине, предлагающего клиенту особо изящную вещицу.

– Таким образом, с этим мы покончили, – вновь заговорила она. – Однако, коль скоро вы здесь, надо договориться еще кое о чем.

– Да? – осторожно спросил герр Майндель.

– Я прекрасно понимаю, что ваша адвокатская контора ведет дела всей нашей семьи. Однако у меня возникло впечатление, что после того, как заболел отец, вы решили, что замещает его в качестве главы семьи мой брат.

Герр Майндель собирался что-то сказать, но Софья взмахом руки его остановила.

– Так вот, пока принцесса Зандра не родит наследника мужского пола, причем, напоминаю, до кончины отца, каковая, увы, может последовать в любой момент, главой семьи, от имени своего старшего сына, считаюсь я.

Герр Майндель поджал губы и пробормотал что-то неопределенное.

– Я заглядывала в семейный справочник правонаследования, – продолжала Софья. – В параграфе шестнадцатом специально оговариваются случаи недееспособности главы семьи или бездетного наследника. Там все ясно сказано. Эрвин!

Эрвин поспешно вскочил на ноги, принес древний манускрипт внушительных размеров и положил его перед Августом Майнделем. В кожаный переплет въелась вековая пыль.

Гроза на дворе разыгралась не на шутку.

Герр Майндель извлек очки для чтения, не без труда водрузил их на переносицу дрожащими старческими пальцами и аккуратно открыл том на странице, заложенной шелковой лентой.

Водя пальцем по строкам и повторяя про себя слова, он медленно разбирал старый готический шрифт.

Софья нетерпеливо ерзала на месте, молча подгоняя его.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем старик закрыл драгоценную книгу, отложил очки и откашлялся.

– Вы совершенно правы, ваше высочество. Параграф шестнадцатый действительно оговаривает подобные случаи.

– Вот так-то, – бросила Софья. – Таким образом, пока отец находится в коматозном состоянии, кронпринцем считается мой старший сын. Из этого следует, что вы должны отчитываться перед ним – и мной.

Она оглядела присутствующих.

– Естественно, если отец каким-нибудь чудесным образом исцелится или принцесса Зандра во благовременье произведет на свет наследника мужского пола, это место автоматически переходит к принцу Карлу Хайнцу. Итак, господа?

Младший из Майнделей вопросительно посмотрел на отца.

– Мы будем во всем следовать правилам, – без всякого выражения сказал он. – Сейчас вы – регент.

– Отлично. И в качестве такового вот вам мое первое распоряжение. К середине лета принцесса Зандра будет на пятом месяце. Я хочу, чтобы начиная с этого месяца трое из ваших сыновей – выбор за вами – не спускали с нее глаз.

– Э-э, – неловко откашлялся старик, – вы имеете в виду негласный надзор?

– Это просто фигура речи. Пусть будет так – надзор. Можно воспользоваться услугами частных детективов, но в любом случае за принцессой должно следовать, куда бы она ни отправилась. С расходами не считайтесь, только присылайте счета. Мне надо знать все, до малейшей детали.

– Мы в вашем распоряжении, ваше высочество.

– Тогда все, – довольно улыбнулась Софья. – Благодарю вас, господа, и всего хорошего.

Все пятеро низко поклонились и вышли.

Софья осталась сидеть, настолько погруженная в свои мысли, что даже не заметила, как Эрвин на цыпочках вышел из гостиной.

ЦЕЛЬ: «БЕРГЛИ»

Обратный отсчет времени

Сомерсет, Нью-Джерси, 11 мая

Собак не было.

А ведь охраняй они особняк, все могло бы сильно осложниться. Впрочем, и собаки не помеха. Со всем можно справиться. Во всяком случае, Донахью Килдер справлялся с собаками так же, как и с людьми, – легко и безжалостно.

Ночь выдалась прохладная, плотная облачность была его союзником. В тесных черных туфлях на резиновой подошве и в кожаных перчатках, вооруженный приборами ночного видения, Килдер был совершенно один в непроглядной тьме. Все необходимое поместилось в четырех мягких мешочках, привязанных к его поясу.

Он опустился на землю и пополз в сторону одиноко возвышающегося особняка.

«Какая красота, – думал он, – и как жаль, что ее скоро не будет».

Сегодня была его шестая, и последняя, вылазка. Пять раз он проникал в особняк незамеченным и настолько хорошо изучил охранную систему, что и во сне миновал бы все преграды.

«Если только они не изменили их расположение», – осадил он самого себя.