Преследуя Аделайн - Х. Д. Карлтон

— Плохие парни, которые забрали меня, сделали это с тобой?

— Не те же самые плохие парни, но все равно плохие парни.

Кажется, она обдумывает это, медленно переваривая мои слова. Она моргает на меня и вытирает сопли, текущие из носа.

— Ты знаешь, живы ли мама и папа?

Я чуть не споткнулся о свои ноги, когда она задала этот вопрос.

Учитывая, что я не знал личность девочки заранее, у меня не было возможности изучить ее биографию. Я понятия не имею, кто ее родители и из какого она дома.

— Есть ли причина, по которой ты думаешь, что их не будет? — спрашиваю я. Я добираюсь до места встречи, вне поля зрения камер и передней части дома, где находится Дэн.

Она опускает глаза, длинные ресницы расходятся веером по ее пухлым щекам, все еще влажным от слез.

— Я не знаю, где они, — просто говорит она.

— Когда ты видела их в последний раз?

Она пожимает своими маленькими плечиками и говорит:

— Не знаю.

Я вздыхаю, поддаваясь порыву, и разминаю шею, чтобы снять напряжение. Руби должна скоро прийти, чтобы позаботиться о Саре, пока я заканчиваю дела.

Скоро агенты вытащат Дэна и всех остальных, чтобы доставить в участок по ложному обвинению.

Они изначально ложные агенты, нанятые мной. К счастью, у меня в кармане несколько высокопоставленных агентов ФБР, и только благодаря им эта ночь стала возможной.

Они доставят Дэна в участок по подозрению в контрабанде наркотиков. Они отпустят его к завтрашнему утру, если ничего не найдут.

Дэн будет настаивать на увольнении ответственных агентов ФБР, а поскольку настоящих агентов не было, фальшивых легко отпустят. Фальшивые документы будут поданы, и Дэн будет удовлетворен. Или настолько, насколько вы можете быть довольны, когда ваш званый ужин прерывается тем, что вашу входную дверь выбивают.

— Сколько тебе лет, печенька?

— Пять, — щебечет она.

— Я постараюсь найти твоих маму и папу, хорошо? Если не получится, я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности.

Она кивает своей маленькой головкой, ее карие глаза теперь снова устремлены на меня.

— Тогда ты будешь моим папой?

Черт. Не могу сказать, что меня когда-либо спрашивали об этом раньше. Я заставляю себя улыбнуться. Усыновление не исключено, но это то, что я должен сначала обсудить с Адди. В конце концов, она будет ее мамой.

Прежде чем я успеваю ответить, Руби подкрадывается, чтобы увести Сару в безопасное место. Руби молчит, понимая, насколько тяжела ситуация. Когда она подходит к маленькому ребенку, вцепившемуся в мою руку, она тихо шепчет ей, призывая пойти с ней, чтобы убедиться, что она в безопасности. Сара колеблется.

— Ты можешь ей доверять, — мягко говорю я. Сара смотрит на меня огромными карими глазами, и, черт возьми, я превращаюсь в лужицу мороженого.

— Мы еще увидимся?

Сглотнув, я киваю, не в силах дать словесный ответ. Сара удовлетворена и позволяет Руби увести ее в ночь.

Прежде чем они полностью исчезают за другим домом, Сара поворачивает голову и бросает на меня последний взгляд.

Мне конец.

Как только они завернули за угол, агент ФБР подходит ко мне сзади и грубо хватает меня за руку.

— Думал, что сможешь улизнуть?

Я тихо смеюсь, даже когда он заводит обе мои руки за спину и защелкивает на них наручники.

Грубо говоря, он ведет меня обратно к входу в особняк, где Дэн все еще громко разговаривает с агентами и требует своего адвоката.

— Есть беглец, — кричит агент, приставленный ко мне. Дэн прерывает свою тираду, чтобы посмотреть на нас. Я не могу быть уверен с такого расстояния, но кажется, что лицо Дэна на мгновение затихает от облегчения.

— Он ни к чему не причастен, — говорит Дэн, его лицо снова напрягается от гнева.

— Да, ладно, приятель, — фыркает агент у меня за спиной. Меня удивляет тот факт, что Дэн пытается меня защитить.

— Почему меня вообще арестовали? — рычу я, изображая гнев.

— Вы пытались улизнуть во время рейда ФБР. Это основание для подозрений.

— Мне ужасно жаль, что так получилось, Зак, — вклинился Дэн. — Это не касается тебя.

Я пожимаю плечом, движение неловкое на фоне наручников.

— Хорошо. Этих засранцев уволят к утру, — говорю я с ехидной ухмылкой.

Дэн насмехается и поправляет меня:

— К концу ночи.

— Да какая разница, ублюдки. Садитесь в машину, пока я случайно не размозжил вам голову по дороге.

Я извиваюсь в своих путах.

— Как тебя зовут?

Агент ухмыляется.

— Майкл.

— Что ж, Майкл, надеюсь, ты не против выбить зубы, потому что собираешься их съесть.

Майкл смеется, в его глазах появляется блеск. Дэн начинает снова, когда другой агент ведет его на заднее сиденье полицейской машины. Его разглагольствования прерывает хлопок дверцы.

— Садись в эту чертову машину, Зи. Я голоден, но это не для моих зубов.

Усмехаясь, я подчиняюсь.

Глава 40

Тень

Я не помню, чтобы я когда-нибудь был нуждающимся ребенком. Когда я рос, у меня были прекрасные отношения с родителями. Моя мать была невероятно любящей, а отец поддерживал меня и принимал самое активное участие в моей жизни.

Но я всегда был независимым от природы человеком. Решил делать все сам, без посторонней помощи. И поскольку мои родители осыпали меня любовью и вниманием, я не стремился к этому.

Я больше не могу так говорить.

Рот Адди широко открыт, слюна непрерывно течет из ее рта. Она тихонько похрапывает, и я думаю, что у меня еще не было возможности поддразнить ее за это. Она собирается рассердиться, и я улыбаюсь при одной мысли об этом.

Несмотря на ее растрепанное состояние, мой член невероятно тверд. Ведьма легла в постель в одном лишь белом шелковистом комплекте, и как только я медленно откинул одеяло, я чуть не упал на колени.

Неужели моя маленькая мышка надела это специально для меня?

Протянув руку, я провел пальцем по ее бедру, наслаждаясь тем, как морщится ее кожа. Она двигается, тихонько стонет от того, что ее сон нарушен.

Что она почувствует, проснувшись с моим членом внутри?

Она снова вздрагивает, когда я провожу пальцем по лямке ее трусиков. Обычно она просыпается довольно легко. И несмотря на то, что Адди уступила мне, я не настолько глуп, чтобы полагать, что не возбуждаю ее до сих пор.

Это значит, что она немного выпила.

Ухмыляясь, я снимаю туфли и выскальзываю из удушающего костюма, который был на мне всю ночь.

Когда мы приехали в участок, Дэна отвели в отдельную комнату, а меня отпустили. Я пришел