Линда Майлз - Ложь во спасение

— Что-то говорит мне, что мы лучше понимаем друг друга по ночам.

Он наклонился и завладел ее губами. Никогда раньше поцелуи так не захватывали Ташу. У нее всегда была возможность подумать еще о чем-нибудь, например, хорошо ли вычищены зубы, нет ли кого поблизости. А теперь простой поцелуй лишил ее всех сил. Она потеряла всякую способность соображать. Этот поцелуй был, пожалуй, самым лучшим в ее жизни.

Чейз внезапно поднялся и отвернулся от нее. Таша не могла вымолвить ни слова, просто, выжидая, смотрела на него. Спустя некоторое время она села и с силой обхватила руками свои колени. Чейз продолжал стоять к ней спиной и молчать. Таше надоела эта неопределенность, и она, соскользнув с дивана, встала напротив него. Он чуть насмешливо посмотрел ей в лицо.

— Знаешь, что я говорю в подобных ситуациях?

— Что же? — поинтересовалась она.

— Я всегда считал, что не стоит тянуть, нужно все решать сразу.

В ее голове проносились мысли: почему сначала он попытался ее обольстить, а теперь так грубо отталкивает? Зачем он делает все, чтобы она испытала новую боль? Чейз провел рукой по ее волосам.

— Мне жаль, Таша. Лучше прекратить все в самом начале, чем потом жалеть. Ты не против, если я пойду приму душ?

В Таше боролись два противоположных чувства: ей хотелось и ударить его, и заняться с ним любовью.

— Нет, — коротко ответила Таша. — Я не верю, что ты будешь жалеть. Ты, наверное, просто смеешься надо мной.

Он улыбнулся.

— Я не смеюсь, а вполне серьезен. Тебе кто-нибудь говорил, что ты подобна фитилю?

— Нет.

— Конечно, потому что ты еще не встретила мужчину, способного это увидеть. Поверь мне, я сейчас совершенно искренен. И я скажу тебе то, что никому и никогда не говорил: мы созданы друг для друга.

— Что? — удивилась Таша.

— Физически, — мягко добавил он. — Мы горючая смесь, у нас только один недостаток — мы можем спалить этот отель.

Она понимала, что в этом есть доля правды. Таша стояла молча и наблюдала, как играют его мускулы, но вдруг ее словно озарило.

— Но как же та девушка? Твоя единственная любовь? Тебе не нравилось заниматься этим с ней?

Этот вопрос явно смутил его.

— Не хотелось бы это обсуждать. — Чейз нахмурился; очевидно, воспоминания причиняли ему боль. — Да ладно, мне все равно кажется, что тебе лучше будет даже вот так со мной, а не с Джереми. Представь себе жизнь, полную бытовых забот: ты пришла усталая с работы, а вечером еще нужно думать об ужине, о белье в прачечной. Какое счастье!

Таша резко шагнула к нему.

— Счастье — это не спать с тобой. Спокойной ночи.

И она направилась в свою комнату.

Глава четвертая

Таша проснулась, когда комната уже была наполнена солнцем. Первые мгновения она растерянно оглядывалась вокруг, пытаясь понять, где находится. Потом ее охватило какое-то смутное волнение, она почувствовала себя в предвкушении праздника.

Но вдруг все ее радужные мысли сменились осознанием мрачной реальности. Сегодня первый день ее медового месяца с ее отвратительным кузеном, а ведь могло быть все иначе, если бы она вышла замуж за Джереми. И тогда она проснулась бы в объятиях любимого человека, а не одна. Но, как ни странно, вместо того чтобы обливаться слезами, она пытается думать о будущем и совсем не вспоминает о Джереми. Что-то с ней не так. Интересно что? То, что она не плачет, — мелочь по сравнению с обсуждением сексуальных проблем с Чейзом. Более того, сейчас она собирается завтракать все с тем же противным кузеном, и этот факт ее вовсе не расстраивает.

Таша спрыгнула с кровати, открыла чемодан и критически оглядела его содержимое. Она взяла с собой несколько платьев, а также джинсы и футболки, которые были ее любимой одеждой. Но эти вещи подошли бы, если бы она собиралась на встречу с Джереми. Таша достала платья, придирчиво рассматривая каждое. Было очень сложно выбрать что-то подходящее. Темно-синее эффектно выглядело в примерочной. А может, лучше белое шелковое без рукавов, с большими темно-красными маками? Или же бледно-зеленое? Вдруг в дверь постучали.

— Таша, ты будешь завтракать? Нам нужно выйти в половине первого.

— Извини. Просто я пытаюсь решить, что надеть. Никак не могу выбрать.

— Не мучайся. В этом отеле нет строгих правил. Иди в чем хочешь, — тихо вздохнул он.

— Не хочу выглядеть чучелом, — сказала она, стоя перед зеркалом и примеряя бледно-зеленое платье. В магазине все выглядело неплохо, но сейчас эти приобретения показались ей явной ошибкой. Таша посмотрела на себя. «Да, скучновато», — подумала она, тяжело вздыхая.

Она вспомнила то время, когда у родителей начались проблемы. Мама по каким-то никому не известным причинам села на диету, занялась спортом, каждый день разъезжала на велосипеде, начала покупать новые вещи, изменила прическу, делала макияж, а затем вдруг уехала в Лондон. И только гораздо позднее Таша поняла это странное поведение, все объяснялось просто: в жизни мамы появился новый мужчина. Таша подумала о Чейзе. Интересно, смогла бы она поступить с ним так же, как мать поступила с отцом? Нет, это невозможно, с ним такое не пройдет. Чейз не из тех мужчин, которых можно обвести вокруг пальца.

В дверь еще раз постучали, но уже более настойчиво.

— Таша, — послышался нетерпеливый голос Чейза.

— Уже лечу. — Она наспех убрала платья в чемодан, а зеленое швырнула на кресло, надела пуловер оливкового цвета, белые джинсы и вышла из комнаты.

Чейз стоял около дивана, просматривая утренние газеты. На нем были черный пиджак, темно-серая рубашка и черные брюки. Да, несомненно, у него врожденный безупречный вкус и чувство стиля. Чейз взглянул на нее и улыбнулся, но от его улыбки у нее все внутри почему-то сжалось. Ей показалось, что ему стыдно за прошлую ночь не из-за того, что произошло, а скорее из-за того, чего не произошло.

— Доброе утро, Таша, — сказал Чейз, подходя к ней. Он поцеловал ее в щеку и сразу же отошел. — Хорошо выглядишь, — сказал он с улыбкой.

Таша искоса посмотрела на него, пытаясь найти в его словах иронию, но, очевидно, он был искренен, говоря, что она хорошо выглядит в этих джинсах и обычном пуловере.

— Неужели можно выглядеть хорошо в этом старье? — с усмешкой спросила она. — Я надела первое, что попалось на глаза. Этой одежде бог знает сколько лет.

— Серьезно? — он смерил ее взглядом. — Хорошо сохранилось. Слушай, давай позавтракаем в поезде, а то мы немного опаздываем. Ладно?

Чейз взял их чемоданы и выставил за дверь. Таша закусила губу: если она не решится сейчас, то не решится никогда. Ведь в Париже она не сможет заниматься этими проблемами.