Кэрол Марш - Золотое утро

— Никто не отвечает? — спросила Джози, появившись в холле с бокалом вина. Следом за ней шла Барбара.

Кэти отрицательно покачала головой.

— Фиске приедет с минуты на минуту, — пообещала уверенно Джози. — Может, все-таки выпьете?

Она провела гостей в гостиную, выходящую окнами на широкую равнину и болото, захламленную так же, как кухня.

— Господи, какой беспорядок! — воскликнула Барбара, сбросила с дивана кипу журналов и растянулась на нем во весь рост.

Чувствуя себя лишней, Кэти неуютно примостилась на краешке стула.

— Тебе не нравится моя комната? — удивилась Джози.

— Ты вообще-то когда-нибудь убираешься?

— Или уборка, или семья, дорогая, и я без всяких сомнений выбираю семью, — парировала хозяйка дома.

— Сколько же у вас детей? — неожиданно для себя спросила Кэти.

Джози и Барбара посмотрели на нее так, будто совсем забыли о ее присутствии, а она покраснела, пожалев, что вмешалась в разговор.

— Трое. Все мальчики. Старшему пять, а близнецам по три, — ответила Джози.

Барбара засмеялась, и ее смех разрядил какую-то напряженность между подругами и их гостьей. Кэти даже заулыбалась.

— В этой семье совершенно неправильно воспитывают детей, — сказала Барбара, продолжая веселиться. — Полное невнимание к их духовному и интеллектуальному развитию. Они никогда не поступят в Гарвард!

— Смотри, как бы твои не превратились в ученых крыс! — заявила Джози и тоже расхохоталась.

Кэти решила, что раскованная высокая блондинка ей нравится.

Контраст между элегантным видом этой женщины, похожей на фотомодель, и беспорядком в доме был поразительным, но юмор и простота Джози покоряли, заставляли об этом не думать.

Наверху раздался детский плач, и хозяйка дома поспешила к ребенку.

Оставшись вдвоем, Барбара и Кэти сразу умолкли. Барбара привстала, налила себе еще вина и, казалось, сосредоточила все внимание на бокале. После секундного раздумья Кэти приняла решение:

— Пожалуй, я пойду в Мэнор пешком.

— Не стоит, — безразличным тоном откликнулась Барбара.

— И все-таки пойду. — Кэти поднялась. — Поблагодарите Джози от моего имени.

Барбара резко села и улыбнулась:

— Останьтесь! Скоро Джози повезет меня на пристань и подбросит вас по дороге. Ехать-то близко, а идти далековато.

Сбитая с толку дружеским предложением, Кэти вновь опустилась на стул. С чего бы это в Барбаре произошла такая перемена?

— Как продвигается ваша работа? участливо спросила Барбара.

— Отлично, — вежливо ответила Кэти.

— Нельсон и Лиза — замечательные люди, не так ли? — сменила тему Барбара и сделала глоток.

— Да.

— Нельсон обычно не участвует в светских делах, иногда он бывает просто невыносим, а Лиза добра ко всем.

Барбара опять засмеялась, но ее смех на сей раз Кэти показался неестественным. Смущенная, она молчала. Ей было трудно представить Нельсона не таким, каким он был в день их знакомства — галантным, общительным.

— О чем же вы говорили? Вас, наверно, угощали знаменитым чаем Лаурингов? — задала следующий вопрос Барбара.

— О птицах. Природе. Самом острове.

Кэти насторожилась, хотя и не собиралась упоминать об их разговоре насчет продажи острова.

— А что Нельсон говорил о Кинкайде? — как бы невзначай поинтересовалась Барбара, прощупывая глазами собеседницу.

Ошеломленная ее настойчивостью, Кэти пожала плечами:

— Он показывал мне старую карту.

— Ага! Значит, он все-таки проболтался! — воскликнула Барбара, подняла бокал и залпом его осушила. — А ведь он не должен был говорить с вами на эту тему. Но раз достал карту значит, говорил о земле!

Опасаясь подвести Нельсона, Кэти жестко произнесла:

— Меня не интересуют тайны вашего мадридского двора. Все, что мне нужно сделать, — это снять птиц и вернуться в Нью-Йорк с фотографиями.

— Устраиваешь ей допрос, Бабс? — с порога спросила вернувшаяся Джози. И почти по дружески подмигнула Кэти: — Извини, ты не голодная, давайте приготовим что-нибудь пожевать!

— Спасибо. Не стану возражать. — Кэти даже проглотила слюну. — А по-моему, я видела вас вчера на пристани, когда сходила с парома.

Джози усмехнулась:

— Верю! А мы все присматривались к тебе, делая вид, что занимаемся погрузкой коробок. Любопытно ведь увидеть нового человека!

— Ну и как? Прошла я проверку? — Кэти почувствовала, что начинает злиться.

— Как сказать! — Джози неопределенно пожала плечами. — Те, кто не возражал против пребывания на острове незнакомого фотографа, посчитали тебя нормальной, другие, вероятно, приняли за дьявола.

— А сама-то ты как думаешь? — вдруг вмешалась Барбара.

— Она же здесь! О чем еще говорить! — вступилась за гостью Джози и очень дружелюбно добавила: — Ты привыкнешь к такому положению вещей, Кэти.

— Все мы тут иногда оказываемся по разные стороны баррикад, — заметила Барбара.

— Точно! Какой бы вопрос ни возник: нанимать кого-нибудь для перевозки отходов на материк или перерабатывать их здесь, сколько паромов должно ходить в день, и в какой цвет их окрашивать… На острове постоянно те или иные проблемы, а вокруг них споры.

— Да, но… — начала Барбара.

— Ничего, Бабс! Не заводись!

— Девочки, девочки, не спорьте! — послышался мужской голос.

— Фиске! — радостно закричала Джози, побежала к двери, обняла его и страстно поцеловала в щеку.

Джози была с ним почти одного роста, но Фиске поднял ее, как пушинку, и закружил по комнате. Кэти поняла, что они нравятся друг другу, и вдруг позавидовала — у нее самой не было друзей. Сначала училась и заботилась о Тэде, потом все свободное время проводила с Уардом, придерживаясь его образа жизни. Так собственными друзьями и не обзавелась.

— Прошу простить меня за опоздание, — извинился перед ней Фиске. — Я не забыл о вас, просто попал в ловушку.

— Ничего страшного. Не стоило беспокоиться. Я и сама добралась бы до дома, — холодно ответила она, все-таки обидевшись, что он так запросто оставил ее на болоте.

— Я знал, что вы не потеряетесь, — ответил Фиске подчеркнуто вежливо. — Но все-таки извините меня.

— Ну что, перекусим? — Джози захлопала в ладоши. — Вчерашнее вино мы допили, но пива хоть отбавляй. А в холодильнике полно еды.

— Пиво — это неплохо, — откликнулась Барбара.

— Я бы поел, — устало согласился Фиске.

— А мне необходимо домой. — Кэти с надеждой посмотрела на дверь.

Она снова почувствовала себя незваной гостьей, и меньше всего ей хотелось сейчас сидеть в кругу этих чужих людей с их шутками и секретами.