Джоан Коллинз - Лучшее эфирное время

Ник обратил все свои чары и шарм на Сисси, хорошо сознавая, что в свои двадцать девять он уже, скорее всего, староват для ее вкуса. Он заметил, как хищно она смотрела на мальчика леди Сары, который, вероятно, вызывал у нее больший аппетит.

Эбби Арафат, один из самых плодовитых продюсеров Голливуда, рассказывал о своем последнем замысле – мини-сериях, которые выльются в телесериал.

– Рядом с ним «Унесенные ветром» будет выглядеть второсортной вещицей, – хвастался он. – Бюджет фильма будет около двадцати миллионов, съемки в Лондоне, Париже, на Карибском побережье, в Нью-порте, и с таким режиссером, как Дин, и «звездным» составом, который мы подберем на роли Миранды, Сайроп, Армандо и Стива, наш фильм побьет все кассовые рекорды. Это я вам обещаю.

– И как называется эта вещь? – спросила леди Сара, подчищая большим куском французской булки остатки артишокового масла на тарелке и знаком приказывая дворецкому налить еще шампанского.

– О, это самая взрывная вещица со времен «Тайпана», – продолжал надувать щеки возбуждённый Эбби. – Вы, наверное, слышали о «Саге» – уже полгода она в списке бестселлеров «Нью-Йорк Таймс». Права на нее обошлись нам в два миллиона, но она стоит того! Все рвутся на роль Миранды – Дануэй, Стрип, Стрейзанд. Но что за роль! Величайшая со времен Скарлетт О'Хара. Миранда Бомон-Дюваль-Гамильтон. Боже, какой лакомый кусочек – «Эмми» ей обеспечена.

Сидящие за столом отвлеклись от артишоков, и Эбби наслаждался всеобщим вниманием.

– На роль Стива мы хотим пригласить звезду первой величины, – Эбби многозначительно посмотрел на Сэма.

Сисси навострила ушки. Как гончая чует лису, так она мгновенно чуяла возможность заполучить для себя роль.

– Я и не знала, что вы купили права на эту книгу, Эбби, дорогой, – сладко пропела она, обращаясь к нему через стол и досадуя, что посадила рядом с собой не его, а этого телекумира, у которого на уме явно было только одно – ее тело.

Сисси была убеждена, что все мужчины, которых она встречала, охотились за ее телом. Ее всегда окружала свита льстецов и подхалимов, которые восторженно уверяли ее в том, что она великолепна и сексуальна, тут же с ликованием разнося ее в пух и прах за ее спиной.

– Я просто влюбилась в эту книгу, не могла оторваться от нее, правда, Сэм? – Она улыбнулась мужу, который тут же согласно закивал.

Шарпы понимали друг друга с полуслова. Их обоих волновала карьера, и в этом они были опорой друг другу, а сексуальные загулы каждого не имели никакого значения.

Сэму хватило и доли секунды, чтобы по глазам Сисси понять, что она хочет эту роль.

– Так кто же будет играть Миранду? – непринужденно спросил Сэм.

– Кто? Кто? Ага, вот в чем отныне вопрос! – Эбби самодовольно откинулся на стуле и закурил сигару, несмотря на то, что с закусками еще не было покончено, а Сисси, он знал, не выносит сигарного дыма.

Он доверительно склонился через стол к леди Саре, которую, однако, гораздо больше интересовало бедро Ника, чем эти утомительные голливудские сплетни. Все это слишком банально. И так непохоже на милые лондонские беседы. В Англии никому бы и в голову не пришло обсуждать за званым обедом свои деловые проблемы. Но американцы такие грубые, особенно калифорнийцы. Она взглянула на своего юношу, который был совершенно сбит с толку перспективой расчленения маленького, но искусно приготовленного голубя, которого только что поставили перед ним. Она не могла дождаться момента, когда кончится этот обед и она заберет мальчика в свое бунгало в отеле «Беверли Хиллз». А пока ничего не оставалось, кроме как симулировать интерес к разговору и наслаждаться кухней, которая была недурна – совсем недурна. Она подцепила большой кусок голубя, не обращая внимания на сок, пролившийся из него на уже слегка заляпанное маслом платье от Эммануэль, и обратилась к Эбби, вся внимание.

– Кто, скажите же, будет играть главную женскую роль? – прошепелявила она с набитым ртом.

Сознавая, что его слова вызвали несомненный интерес, Эбби тем не менее не торопился с ответом, продолжая смаковать свою сигару и рассчитывая извлечь из ситуации максимум выгоды.

– Сегодня утром звонил агент Стрейзанд. Но здесь ничего хорошего не выйдет – как бы мы ни старались, Барбара все-таки не красавица, да и слишком бесхитростна. А если говорить о Миранде, то она прежде всего должна быть роскошной. – Для большей убедительности Эбби даже пронзил ножом своего голубя. – Эта роль слишком важна. Мы не можем отдать ее Стрейзанд, хотя она и великая звезда. Миранда красавица – красавица, которая способна свести с ума, и ее будет играть только красивая актриса. Может быть, Брук Шилдс.

– Забудь о ней, Эбби. У нее же мать сумасшедшая, – вмешался Артур Ван-Дайк, исполнительный вице-президент корпорации «Макополис Пикчерс», одной из немногих оставшихся в Голливуде солидных киностудий.

Основанная в 1911 году хитрым греком-иммигрантом, эта компания процветала и в тридцатые, и в сороковые, и в пятидесятые годы, благодаря деловой проницательности ее председателя, сурового Стэнфорда Фельдхаймера, который в конце пятидесятых весьма успешно сориентировал студию на производство телевизионных фильмов.

– Кроме того, – продолжал Ван-Дайк, – она слишком молода. Брук никогда не сможет выглядеть на сорок-сорок пять. – Сэм и Сисси обменялись мимолетными взглядами.

Хотя Сисси и не была склонна признавать свой возраст, тем не менее для стоящей роли она сыграла бы и все шестьдесят.

– Но что мы действительно хотим сделать, чтобы добиться как можно большей шумихи и споров вокруг четырехчасового мини-сериала, так это провести опрос среди зрителей: кто, по их мнению, может сыграть Миранду, – сказал Эбби с уверенностью, свойственной тем, кто привык, что их ошибки оплачиваются из чужого кармана. – Зритель проглотит это. Здорово придумано, а? – Он посмотрел на леди Сару, ожидая ее реакции.

Как и многие калифорнийцы, он испытывал особое уважение к английской аристократии. Разве все они не родственники королевы?

– Но, предположим, публика выберет Барбару Стрейзанд, или эту Брук, или кого-то еще неподходящего, что тогда? – Леди Сара, которой все это смертельно наскучило, тем не менее оставалась верна традициям застольной беседы.

В одной руке она держала лапку голубя, другая покоилась между ног пляжного мальчика.

– Выход один – новички. Мы пригласим на пробы только их. Десятки новых имен, – петушился Эбби, торжествующе вонзаясь в голубя. – Но, – подмигнул он, – пригласим на пробы и звезд. Какая реклама! Можете себе представить? Биссе, Стрип, Ламаз! Боже, это будет подобно динамиту.

Кровь застыла в жилах Сисси. Ламаз! И они собираются пробовать эту мексиканскую потаскуху? Они что, с ума спятили?