Анна Шехова - Трудно быть ангелом

Ознакомительный фрагмент

Эта фраза меня насторожила.

– Ты хочешь сказать, что в этом есть какой-то подвох?

– Нет, никакого подвоха. Все честно. Просто люди слишком часто желают то, чего не знают. И не знают, чего желать.

– Ну, к нам это не относится, – уверенно заметила Анечка.

– Посмотрим. – Ася пожала плечами. – Правила игры вам понятны?

Разумеется, понятно нам было еще меньше, чем раньше. Но ни одна не решилась в этом признаться. Мы задали Асе несколько вопросов, основная суть которых сводилась к тому, что нам дозволено желать, а какие пожелания тетрадь не потерпит. На это Ася отвечала, что наши вопросы из азбучной серии «Что такое хорошо, а что такое плохо?». Мол, эти понятия существуют исключительно в личном измерении каждого человека.

– Ну как же так? – недоумевала Инка. – Хочешь сказать, что господа в небесной канцелярии позволяют желать зло другому человеку?

– Во-первых, не тебе судить о последствиях. То, что нам сегодня кажется злом, завтра может оказаться благом. Во-вторых, думай лучше о себе, – посоветовала Ася.

Золотая тетрадь пошла по кругу: не знаю, умышленно или нет, но первой Ася вручила ее мне. Анечка с Инкой следили за движениями моей руки, как за манипуляциями иллюзиониста, в пальцах которого карандаш через секунду превратится в гадюку. В космических Инкиных глазах читался почти суеверный страх. Я даже подумала, что она отпрянет, когда я протянула тетрадь ей.

– А можно озвучивать то, что написали? – спросила Инка, когда тетрадь вернулась в руки хозяйки.

– Правилами игры это не возбраняется. – Ася пожала плечами. – Если хотите – прочитаем.

– Да, – кивнула я. Анечка засомневалась, но потом тоже махнула рукой – читайте, мол.

– Да, пожалуй, это имеет смысл, – Ася усмехнулась и одну за другой зачитала наши заявки в небесную канцелярию.

Первой строчкой на волшебной странице Анечка желала привнести в свою жизнь флирта и секса. Привыкшая, как бывалый юрист, к точности формулировок, она не забыла внести пояснение для небесных служащих о том, что: секс ей необходим как минимум раз в неделю, а флирт был бы желателен ежедневно.

Я скептически фыркнула:

– Ты считаешь это конкретным желанием?

– Бог не прокурор – ему не нужны подробности, – отозвалась Анечка. – Да и что может быть конкретнее? Пожелать улучшения отношений с мужем? Пришлось бы долго и нудно расписывать техзадание: где и что требуется улучшать, а где оставить, как есть. А мне и так очевидно, что основная причина всех наших семейных склок – отсутствие нормального секса. Без секса я зверею и начинаю пилить Вадима за неубранную посуду, за сломанную полку, которую он месяц не может починить, за избыточную полноту. Будет хороший секс – все остальное приложится.

Второе ее желание было еще более простым и кратким и состояло всего из одного слова: «Похудеть».

Мечты Инопланетянки, как и свойственно космическим существам, были обширными и романтичными. Она желала встретить человека, схожего с ней по характеру и образу мышления, и обрести с ним взаимную любовь.

Именно в таких словах.

– Для этого тебе надо, как минимум, уйти от твоего нынешнего садиста, – заметила Ася.

– Да, я уже приняла это решение, – кивнула она.

– Когда успела?!

– Пока читала клятву. – Инка молитвенно сложила руки у груди и картинно подняла глаза к небу, превратившись в ангелочка с открытки.

– Ого! Похоже, мы можем гордиться первыми результатами совместной деятельности, – подняла брови Анечка.

Мы с Асей активно закивали.

– Похоже на то! Собрать клуб стоило хотя бы ради этого!

Вторым желание Инопланетянки было начать вести свои тренинги по контактной импровизации.

Мои желания были однотипными: «Побольше терпения и спокойствия» и «Сохранить брак с Тимом».

– Ты действительно этого хочешь, мой Ангел? – спросила Ася. – Конечно, поздно спрашивать, но все-таки…

– Больше всего на свете, – нехотя призналась я. – Можно сказать, у меня сейчас нет других желаний.

– К сожалению, – покачала головой Ася. – А как же наш кодекс?

– Кодекс – само собой. Но разве его нельзя выполнять, сохраняя семью?

– Можно. Но в твоем случае это довольно сложно.

– Я попробую. Сложные задачи – хобби всех Ангелов, ты же знаешь.

– Иными словами, ваше хобби – усложнять себе жизнь, – резюмировала Ася.

С того момента, заручившись через чудодейственную тетрадь поддержкой Вселенной, я начала игру – или, честнее сказать, борьбу – за сохранение своей семьи.

Декабрь без прикрас

На самом деле я несколько лукавила, когда говорила Асе, что у меня нет иных желаний, кроме как сохранить брак с Тимом. Мои профессиональные и писательские амбиции, по счастью, никуда не исчезли. Я по-прежнему стремилась продолжать карьеру в журналистике, писать неформатные книги, оттачивать слог и умение выражать мысли посредством букв. Кроме того, минувшей осенью я начала заниматься йогой, и теперь список моих целей пополнился такими конкретными пунктами, как «сесть в лотос» и «научиться делать майюр-асану». Эти асаны тогда находились за пределом моих физических возможностей, и на занятиях мне оставалось только с завистью смотреть на преподавателя и наиболее продвинутых учеников, которые непринужденно и легко завязывали свои тела в немыслимые узлы.

Все эти желания пульсировали во мне, но казались слишком незначительными, чтобы по их поводу беспокоить Вселенную. К тому же, если говорить честно, они напрямую зависели от моих собственных усилий. Чтобы рождались книги – нужно их писать, невзирая на перепады настроения, приступы лени и разочарования в себе. Чтобы сесть в лотос – нужно ежедневно делать упражнения на растяжку. Опять же невзирая на соблазн поваляться в ванне. Достижение подобных мелких целей было всего лишь вопросом времени и усердия.

Про отношения с Тимом я так сказать не могла. В этой ситуации были переплетены желания троих людей, и, что очевидно, мои и Настасьины стремления находились на разных чашах вселенских весов. Тима больше всего устроило бы равновесие, но такой вещи, как «равновесие», в природе не существует. По крайне мере, дольше нескольких секунд.

На моей стороне были любовь, доверие и понимание, сложившееся за пять лет нашего брака. На ее – страсть и гибкость, умение и готовность подстраиваться под любимого мужчину. Я любила Тима таким, какой он есть. Она считала его лучшим из всех мужчин. В нашем браке всегда царило равенство мнений, в их отношениях основные решения принимал он. Я не была настолько глупым Ангелом, чтобы не понимать последствий такого расклада.

Все, что мне оставалось, – это набраться терпения и ждать. А поскольку запасы даже ангельского терпения всегда конечны, я уповала, что Вселенная в трудную минуту подкинет мне галлон-другой из своих резервуаров.