Энн Мэйджер - Колдовское зелье

Она быстро освоилась с огромным и мощным мотоциклом.

Так же быстро, как и с другими развлечениями, которые нравились Рейфу еще больше.

Если бы только он не был так самонадеян, считая, что контролирует ситуацию! Если бы по глупости не забыл, что Кэти — падчерица Арми Колдерона! Если бы помнил, что богачи склонны к грязным и жестоким играм...

Ее шифоновые юбки порхали по бедрам Рейфа, пока они неслись по 610-й окружной дороге мимо обсерватории и наконец вывернули на пустое шоссе Галф, оставив позади мир Кэти и приближаясь к миру Рейфа.

— Где мы? — озадаченно прошептала Кэти, когда Рейф велел ей остановиться перед маленьким, обшитым досками домом, стоящим в тени десятка высоких пекановых деревьев.

— В Парк-Плейс, — с горечью пробормотал Рейф, словно впервые замечая облупившуюся краску на стенах нищенских жилищ, заросшие травой дворы, руины сгоревшего дома по соседству, заметные даже в темноте.

Он помог Кэти слезть с мотоцикла и повел по растрескавшейся бетонной дорожке.

— Здесь живет немало хороших людей, но, черт побери, это не Ривер-Оукс.

— Можешь считать, что тебе повезло, — почти с грустью протянула Кэти. — По крайней мере ты можешь приезжать домой и уезжать, когда тебе вздумается.

— Правильно. Потому, что никому нет до меня дела.

— Возможно, ты ошибаешься, — слишком хозяйским тоном прошептала она.

Рейф привлек ее к себе и мгновение стоял неподвижно, глядя ей в лицо.

— Ты и вправду думаешь, что этого развлечения тебе хватит надолго, чтобы все изменить?

— Будет лучше, если ты этому поверишь.

Рейф попытался объясниться:

— Я предоставлен самому себе с тринадцати лет. И мне нравится, как я живу, Щепка. По-моему, ты просто богатая девчонка, которая бесится с жиру и считает нищенскую жизнь забавой для разнообразия.

Она побледнела.

— Не надо прибедняться. И потом, меня зовут Кэти. Кэти Колдерон.

Кивнув, он изобразил потрясение, словно только что узнал ее имя.

Кэти догадливо улыбнулась.

— Похоже, собственная жизнь тебе не слишком нравится, не больше, чем мне моя. Видишь ли, мне живется не так уж здорово. Больше всего я мечтаю навсегда сбежать из дома.

— Рейф Стил, — невнятно представился он, склонился и пошарил ладонью среди цветов на клумбе, пока не нашел ключ от входной двери на привычном месте. Отперев замок, он посторонился и слегка поклонился, словно пропуская вперед принцессу. — Только после тебя, Щепка.

— Меня зовут Кэти!

— Ладно уж, пусть будет Кэти, — буркнул он, входя за ней в дом.

Увидев, какими глазами Кэти уставилась на зеленый потрепанный ковер, который давно следовало пропылесосить, и прочий беспорядок — дело рук Майка, Рейф поспешно начал собирать одежду товарища со спинок стульев, табурета у пианино и грязного бежевого дивана. На светильнике висели кружевные трусики и нейлоновые чулки.

Этот хаос был хорошим признаком: он означал, что Майк дома.

Убрав с глаз долой женское белье, Рейф опустился на колени и начал собирать с пола газеты вперемешку с банками из-под пива.

— Кстати, насчет своей берлоги я... рассказал тебе не все. Мы живем здесь с одним товарищем. Когда меня подолгу не бывает дома, он от скуки устраивает беспорядок. — И Рейф громко позвал: — Эй, Майк! У нас гости!

Из кухни донесся звук отодвигаемого стула. Тяжелые шаги простучали по покрытому линолеумом полу, и дверь, отделявшая выкрашенную в ярко-желтый цвет кухню от замусоренной столовой, распахнулась.

— Братишка! — Темная мускулистая фигура в белой тенниске и рваных джинсах небрежно прислонилась к дверному косяку. — Давно не виделись! — продолжал Майк низким дружелюбным голосом. — Я и не ждал тебя сегодня. Мануэль говорил, что отправил тебя работать к Колдерону...

— Майк, это Кэти Колдерон. Кэти, познакомься с Майком Вашингтоном, — прервал его Рейф, сопровождая слова предупреждающим взглядом. Пройдя в угол, он выбросил вещи Майка в его спальню и захлопнул дверь, неловко прижав ею пару кружевных трусиков.

— Мне нравятся люди, которые предпочитают развлечения уборке дома, — хихикнув, заметила Кэти, подхватывая трусики и небрежно бросая их в темную комнату.

— Значит, я — именно то, что тебе надо, — с широкой белозубой улыбкой заявил Майк.

Майк был огромным, черным и мускулистым, как боксер. Тонкий шрам пересекал его правую щеку.

— Ты в самом деле Кэти Колдерон? — внезапно неодобрительно нахмурился Майк.

— Успокойся, Майк, — мягко проговорила Кэти, направляясь к нему. — Тебе незачем волноваться. Мне известно о... твоих делах и делах Рейфа. Он сам рассказал мне все.

— Вот как? — озадаченно переспросил Майк, метнув в сторону Рейфа удивленный взгляд. — Дружище, а Мануэль говорил мне, что в этом деле главное — держать язык за зубами.

— Ничто не изменилось, братец, — невозмутимо сообщил Рейф.

— Значит...

— Я удрала из дома с приятелем, — продолжала Кэти.

— Ее приятель был пьян и попытался изнасиловать ее, — мрачно добавил Рейф.

— Я не думала, что он зайдет так далеко; но когда Рейф любезно попытался спасти меня, Джефф сбил его с ног. Дело кончилось тем, что мне пришлось спасать Рейфа.

Майк разразился хохотом.

— Теряешь форму, дружище!

— Щепка, ты хочешь рассказать ему о случившемся во всех подробностях?

— А разве я что-нибудь упустила? Мне казалось, что Майк — твой напарник... сообщник. Вот я и попыталась успокоить его.

— Сообщник? Это еще что такое?

Рейф раздраженно вздохнул.

— Кэти, неужели ты...

— Пусть леди говорит, Рейф.

Рейф схватил Кэти за руку и потащил в гостиную.

— Она и без того наговорила слишком много.

— Слушай, откуда тебе известно, что там делал Рейф? — спросил Майк. — Обычно он ведет себя умнее.

— Он сам рассказал мне.

— Сам?!

Рейф прошел мимо Кэти.

— Кэти, ты не против, если я поговорю с ним наедине? — вежливо осведомился Рейф. — У нас свои мужские секреты.

— Разумеется, — с улыбкой отозвалась она. — Не обращайте на меня внимания.

Она отступила, а Рейф увлек Майка на кухню и тщательно закрыл за собой дверь.

Майк круто развернулся:

— Ты соображаешь, что делаешь?

— Послушай, Майк, все вышло само собой. Мне не оставалось ничего другого. И потом, она не знает, что я телохранитель. Я не мог признаться в этом — она ненавидит телохранителей. Девчонка считает, что я вор.

— Что?!

— И уверена, что ты — мой напарник. Но это к лучшему. Ей это даже нравится.

— Ничего хорошего я не вижу. Ты сглупил, притащив ее сюда.

— Ты думаешь? Тогда скажи, что я должен был делать? Ее отец нанял меня, чтобы я защищал ее. Не мог же я оставить ее ночью на улице! Неизвестно, что еще взбрело бы ей в голову.