Элен Уайт - Карточный плен для принцессы (СИ)

— Грановский. Мы в пятницу к родителям Ника в гости приглашены. Иван с девкой своей прилетает.

— Гости это хорошо. Сашуль! А, может, ты не поедешь? А то я маму не переживу.

— Мама, дорогой мой — это святое. Представь, что вот так вот лет через двадцать Манька будет считать секундочки, пока мы с тобой от нее свалим. А у меня дела. Марусино лекарство на кухне, твое в спальне. Целовать не буду, ты заразный, — сказала Саша и ретировалась из дома до приезда свекрови.

— Ну, наконец-то я к вам добралась. Сынок, а ты почему с кровати встал? Тебе нельзя.

— Привет, мамуля. Сашка убежала по делам, вот больше и некому дверь открыть. — Начал оправдываться Даня перед матерью.

— Это какие могут быть дела, когда дома больные муж и ребенок? Я всегда тебе говорила, что она тебе не пара. Хоть бы один раз в жизни послушал мать.

— Начинается. Ну не ты же с ней живешь, а меня все устраивает.

— Да мне смотреть на тебя жалко. Исхудал. Температура есть?

— Небольшая.

— Давай быстро ложись. Сейчас я вас с Машенькой кормить буду, — Ольга Леонидовна унесла на кухню полные сумки с продуктами. Даниил набрал номер жены, в надежде, что она придет домой и избавит от общения с мамой, но Саша не брала трубку.

Тем временем на кухне любящая бабушка общалась с любимой внучкой.

— Вот, Машенька! Вырастешь, бабушка тебя готовить научит, а то от мамаши толку очень мало.

— От мамаши толку мало, — эхом повторила Маруся.

— Так! Марья! Если я еще раз от тебя такие слова услышу — язык иголкой наколю. А ты мамочка долго еще будешь ребенка всяким гадостям учить? — Даня уже начинал заметно нервничать. Он ненавидел, когда начинали обсуждать Сашу. Однажды из-за этих высказываний он уже чуть было не потерял жену. Пришлось срочно покупать отдельную квартиру, чтобы сохранить семью.

— А я гадостям и не учу. Просто сказать больше нечего. Вот кому с невесткой повезло, так это Свете. Сонечка такая милая девушка. А нам кобра досталась.

— Если нечего, значит, не говори. А Свете, кстати, скоро еще раз повезет. Ванька в пятницу с девушкой своей прилетает.

— Я бы на ее месте не разрешила сыну в двадцать лет семью создавать, — Заявила Ольга, а Даня, захохотав во весь голос, добавил. — Ну, женится он еще и не собирается. А ты, насколько я знаю, милая моя мамуля, замуж в восемнадцать лет выскочила и через пять месяцев меня родила.

— Уж больно умный ты у меня вырос, — огрызнулась мать и загремела кастрюлями, а Грановский взяв на руки дочку прошептал ей на ушко, — Манюнь! Если папа тебе вот так вот будет жизнь портить — пристрели меня.

— Ладно! — засмеялась ничего не понявшая Машенька.

Александра, заходя в кабинет к лучшей подруге, увидела, что там царил показательный порядок.

— Я вижу к приходу министра все готово?

— И тебе привет еще раз. Кофе будешь? — спросила Соня, которая в это время наводила красоту на лице.

— Конечно, буду. Я чтобы с ведьмой старой не встречаться голодной из дома ушла. Слушай, а министр твой женат? Симпатичный?

— Обломись! Толстый, маленький, лысый, женат, двое детей и столько же внуков. А Вы, дорогая моя, между прочим, замужем.

— Да это я так, для общего развития. Мне вот интересно, почему, если министр, так обязательно женат и страшный?

— Не знаю. Наверное, у них фейсконтроль, только таких пропускает. Гошик не звонил?

— А с какого перепуга он мне звонить должен?

— Ну, мало ли. Может, соскучился. Мне вот smsку с утра прислал, ‘Приятного свидания с министром’. Ну не козел, а?

— Еще какой. Я как представлю, что придется с ним рядом находиться, так тошнить начинает. А ты что это чаем наливаешься с утра? Ты вроде раньше кроме кофе ничего не признавала.

— Да что-то подташнивает меня. Перенервничала, похоже. А после травяного чая вроде полегче.

— Слушай, мать, а ты случайно не того?

— Которого? — не поняла Соня.

— Не долеталась ли? — объяснила Саша.

— Да ты что с ума сошла? Мне Лерки с Сашкой хватает.

— Ну, мало ли. Никита всегда пацана хотел.

— Софья Николаевна! Клиент уже поднимается, — послышался из телефона голос секретарши.

— Хорошо, Танечка. Так Санёк, хватит кофе пить. Исчезни.

— Бегу, бегу. Да мне и пора уже.

Отшив, заигрывающего с ней таксиста, Саша подъехала к Маришкиному университету и увидела, что Георгий уже ждет ее возле входа в главный корпус.

— Привет, Шурик. Я тебя уже заждался.

— Вот урод. Шурик на вокзале мешки с цементом разгружает. А я Александра Анатольевна. И, между прочим, вовремя приехала, а то, что ты рано приперся, твои проблемы.

— Да ладно. Не злись. Я же любя, — он обнял Сашу за плечи и чмокнул в лоб.

— А что это ты меня в лоб, как покойника? И руки убрал, а то я тебе их поотбиваю. Ладно, пошли уже. Чем быстрее решим эту проблему, тем меньше времени мы с тобой проведем вместе.

Поблуждав минут двадцать по коридорам старого здания нашли, наконец, нужную аудиторию, где собрались в ожидании лекции маришкины сокурсники

— Шурик, стой здесь. Я вижу там почти все девчонки, а с бабами общий язык лучше меня никто не найдет.

— Ну, кто бы еще похвалит, если не сам себя. Нет, дорогой, идем вместе.

— Прогресс. Уже дорогой, а двадцать минут назад уродом был. Привет, девчонки. Как жизнь молодая студенческая? — не дав Саше ответить, обратился он к студенткам.

— Ну привет, — ответила рыжеволосая девушка с огромным животом. — А что тебе нужно от нас дядя?

— Лично от Вас мадам абсолютно ничего. Я чужие грехи прикрывать не собираюсь пока, — выпалил Гоша, и Саша поняв, что сейчас будет горячо и беременная просто размажет бедного мужика по стенке, треснула его по затылку и сказала. — Не обращайте внимания на него. Он немножко дурачок. Вот видите, без сопровождения даже из дома не выходит.

— Да ладно. Всякое бывает — сказала девушка в синей куртке.

— Вы Марину Говорову знаете?

— Ну да. Она учится с нами, — сказала беременная. — Только она уже больше недели не появляется.

— Она с Игорем в Турцию собиралась, — вставила свое слова дамочка шестидесятого размера жующая бутерброд.

— А ху из Игорь? — спросил её Гоша.

— Игорь Ланов. Он раньше учился у нас на юридическом. На три года он Марины младше. Такой страшный, — объяснила толстушка.

— Ничего он, Янка, не страшный. Очень даже симпатичный, — перебила её синяя куртка.

— У него еще родители какие-то ‘шишки’.

— А больше ничего о нем не знаете?

— Да он из наших ни с кем не общался. Так что больше ничего.

— Ладно, и на том спасибо, — поблагодарила Александра девушек, и они с Гошей вышли из здания третьего корпуса.