Филлис Холлдорсон - Подкидыш

Глаза их встретились.

— Да, думаю, да, — шепотом ответила она. — Спасибо за все, что ты для меня сделал, и… приятно было познакомиться.

Легким скользящим движением он приник своим лбом к ее лбу и на расстоянии вздоха от ее разомкнутых губ сказал:

— Будь в моих силах что-нибудь изменить, я бы изменил.

Если один из них шевельнется, то дело кончится поцелуем, а этого он допустить не вправе. Собрав волю в кулак, Рик опустил руки, отстранился от Джоди, повернулся и вышел.

Джоди закрыла дверь и, чувствуя себя совершенно опустошенной, прислонилась к ней спиной.

Что случилось? Им с Риком было так здорово, и вдруг, ни с того ни с сего, веселье обернулось отчаянием, да так стремительно, что она никак не может понять, в чем же все-таки дело.

Говорит, не хочет детей. Но правда ли это? Ей казалось, всем хочется иметь семью. Говорит, что его влечет к ней, но опасается за последствия, потому что не желает растить детей.

Нет, этому невозможно поверить. Рик не такой сухарь. Напротив, она не видела людей добрее и щедрее его. Он такой открытый! Такой внимательный к чувствам других. Вот и сегодня старался сообщить ей о своем решении деликатно, чтобы не ранить, не унизить ее. Успехом его попытки не увенчались — она и ранена, и уязвлена, но по крайней мере он старался.

Оторвавшись от двери, она направилась вверх по лестнице и только тут поняла, что все еще в его пиджаке. Сняла его и унесла с собой. Не хочется болтаться внизу, когда вернутся Шон и Дороти. Им будет любопытно узнать, почему они с Риком ушли в самый разгар танцев и почему она дома так рано. Но как Джоди сможет объяснить, если не понимает сама?

Скорее всего, он в ней почему-то разочаровался и постарался как можно безболезненней порвать отношения. Ни за что на свете она не поверит, что все дело в нежелании растить детей. Это никак не соответствует его характеру. Ну, может быть, он не хочет иметь большую семью, но что он не любит детей — неправда.

Поднявшись на второй этаж, она поторопилась в ванную — быстрей умыться, почистить зубы и нырнуть в свою постель, пока родители Рика еще не вернулись. За завтраком она их, конечно, увидит, но только не сейчас.

Полночи Джоди вертелась без сна и задремала, лишь когда старинные часы в гостиной пробили три. Проспала и утром едва успела сбежать вниз, чтобы проводить Шона и Дороти в церковь.

Сидя одна за чашкой крепкого кофе, она терзалась сомнениями. Понятно хотя бы, что не стоит оставаться жить здесь с родителями Рика, это неловко. Он ясно дал понять, что не хочет иметь с ней ничего общего, а значит, не хочет и того, чтобы она здесь жила.

Соберет вещи и под каким-нибудь приличным предлогом переберется в мотель на въезде в город. Оглядев сверкающую чистотой кухню, Джоди смахнула слезу. Ей были так рады, она чувствует себя совсем как дома. Макбрайды — люди дружелюбные и гостеприимные. Как можно уехать, не обидев их?

А с другой стороны, как можно остаться? Ведь в ее присутствии Рик не будет свободно чувствовать себя в родном доме!

Джоди намек поняла. Ночью ее мысли путались, но к утру она все вычислила. Рик осознал, что его привязанность к ней — чувство непрочное, временное, он не хочет, чтобы оно переросло во что-то серьезное, но высказать это напрямик у него не хватило духу. Поэтому он выдумал, что хочет ее, но не желает заводить детей, в надежде смягчить таким образом удар, нанесенный ее гордости.

Она поморщилась. Нет, гордость ее все равно пострадала. Наверно, Рик не отдает себе отчета в том, что лгун из него никудышный. С другой стороны, она получила урок. Ее еще никогда не отвергали, должно же это было когда-то случиться…

К третьей чашке кофе стал горьким, и жалеть себя ей надоело. Пора укладывать вещи…

Она была в своей комнате и проверяла ящики комода, когда снизу послышалось, что открывается дверь.

— Эй! Есть кто-нибудь?

Это голос Рика! Но что он тут делает? Первым импульсом было затаиться и не отвечать, но она быстро отказалась от этого намерения. Вот будет глупо, если он поднимется наверх и обнаружит ее!

Нет, она не станет играть с ним в прятки. Хочешь не хочешь, ей придется пока задержаться в городе, и она не собирается показывать, как близка была к тому, чтобы в него влюбиться.

Джоди вышла на лестничную площадку и глянула вниз. Он стоял в холле с чем-то объемистым под мышкой.

— Рик! — позвала она. — Твои родители ушли в церковь и еще не вернулись. Сказали, после службы задержатся на заседании какого-то комитета. Что-нибудь им передать?

Он смотрел, как она спускается по лестнице. Зря он это. И без того ей с трудом удается удерживать на лице выражение равнодушной приветливости. А сам он выглядит таким… таким выцветшим, что всех ее сил хватает лишь на то, чтобы не броситься ему в объятия.

— Я привез твое пальто.

Ну, вот и отличный повод обуздать разыгравшееся воображение. Он просто хотел вернуть пальто.

— Спасибо, — сказала она. — Хорошо, что ты приехал, пока я еще здесь. Твой пиджак у меня в комнате.

— Пока здесь? — нахмурился Рик.

— Да, — кивнула она и обрадовалась, что голос не дрогнул. — Я как раз собирала вещи.

Физиономия Рика приобрела гневное выражение.

— Что значит «собирала вещи»? Я думал, дело с наследством еще не завершено.

Она повесила пальто в шкаф под лестницей.

— Так и есть. Я просто хочу перебраться в мотель.

— Нет! — Это был окрик, и она возмутилась. Мало того, что он ее бросает, так еще и командует!

Рик сразу же осекся.

— Прости, Джоди. Я выразился, может быть, слишком резко, но если ты уезжаешь из-за того, что я вчера сказал, то, прошу тебя, пожалуйста, не делай этого. Я хочу, чтобы ты осталась с мамой и папой. Им нравится, что ты в доме, и… и мне тоже.

Тут уж она совсем запуталась.

— Я полагаю, ты не хочешь иметь со мной ничего общего…

Она заметила, каким усталым он выглядит. Лицо серое, под глазами круги. Впрочем, если смыть макияж с нее, она сама будет выглядеть не лучше. Наверно, он тоже не спал ночь.

— Джоди, — прошептал он вымученно, — не знаю, что ты вчера услышала, но ты все поняла неправильно. Я хочу, чтобы ты осталась. Тебе здесь куда удобней, чем в любом из мотелей, и места здесь хватает. И не бойся, что все время будешь на меня натыкаться. Обычно я не так уж часто здесь бываю. — Он взялся за дверную ручку. — Я сегодня дежурю. Мне надо в участок. Но прошу тебя: прежде чем уедешь отсюда, хорошенько подумай.

Глава пятая

Гордость подталкивала Джоди пренебречь просьбой Рика, но здравый смысл остерегал: глупо отказываться от просторной, красивой комнаты в доме Макбрайдов ради дешевенького номера в мотеле. Она не напрашивалась, нет, они сами ее пригласили, а гордое одиночество — компаньон не слишком веселый.