Мэри Дэвидсон - Ложь любви

Несмотря на протесты Эшли и Дерика, он подписал заявление об отказе от медицинской помощи. Вик торопился, чтобы санитары побыстрее ушли. Он хотел присесть. На самом деле, он хотел прилечь. И полежать с годик.

- И последнее, - сказал один из бригады скорой, пока они убирали носилки, от использования которых Вик отказался. - Вам ни в коем случае не следует, повторяю, ни в коем случае не следует, оставаться сегодня одному. Кто-то должен побыть с вами.

Дерик открыл рот, чтобы предложить свою помощь. Эшли с силой наступила ему на ногу. Он закрыл рот так резко, что было слышно, как клацнули его зубы, а один из санитаров даже оглянулся на звук.

- Кто бы с вами не остался, ему нужно проследить, чтобы вам не стало еще хуже. Если это сотрясение - что нам не позволили проверить - вы можете потерять ориентацию в пространстве и времени и перестать узнавать людей. А значит, вы можете забыть, кто вы, где находитесь, или какой сегодня день.

- О, ужас, - заметил Дерик, - не знать, что осталось всего тринадцать дней, чтобы закупиться к Хеллоуину.

Несмотря на головную боль, Вик засмеялся. А вот медики были совершенно серьезны.

- И если вас стошнит или будет еще одна потеря сознания, придется как можно скорее ехать в больницу. И тот, кто останется с вами, должен будить вас через каждые два часа и спрашивать у вас ваше имя, возраст, дату рождения и девичью фамилию матери.

- Дату рождения его матери?

- Нет, его собственную, - санитар с подозрением посмотрел на Дерика, который уставился на него в ответ своими невинными, широко раскрытыми глазами. Через секунду медбрат продолжил. - Значит, кому-то придется всю ночь не спать. И я оставлю список симптомов для наблюдения. Кто его возьмет?

Наученный горьким опытом, Дерик не пошевельнулся. Эшли дотянулась до списка, пробежала его глазами и кивнула.

- Я обо всем позабочусь.

- Эшли? - удивился Виктор. - Ты? Но я думал, что…

- Мы поговорим об этом позже, Виктор.

- …занимаешься сексом только с теми, кого любишь.

Санитары посмотрели на них с интересом. Дерик ухмыльнулся. Девушка застонала.

- Виктор, мы поговорим об этом позже. Кроме того, провести вместе ночь еще не значит заниматься сексом. У тебя же есть диван, правда?

- И три гостевых спальни, - добавил Дерик. - У него огроооооомная квартира.

- Ну, вот видишь? Решено. - Она ткнула его, и он снова чуть не упал. - Я хочу позаботиться о тебе, а не кувыркаться с тобой, грязный ты извращенец.

- Ну ладно, - откликнулся Вик рассеяно. - Сексом можно и попозже заняться.

- Виктор, заткнись. Прошу тебя.

Он улыбнулся ей. Не то, чтобы улыбка удалась - Виктор изо всех сил сдерживал тошноту - но это было все, на что он был способен.

- Спасибо, милая, - он бросил якобы сердитый взгляд в сторону Дерика. - Приятно знать, кто твой настоящий друг.

- Да я хотел помочь! - запротестовал тот. - Но она, блин, мне чуть все пальцы на ногах не оттоптала, стоило мне попытаться.

* * * * *

По примерной оценке Эшли, Виктор ежемесячно тратил на содержание своего кондо[13] больше, чем она тратила на жизнь за целый год. Ты не хотела, чтобы его деньги были причиной беспокойства, напомнила себе Эшли, и это был хороший совет, но на самом деле, место проживания Виктора было еще одним ощутимым напоминанием о разнице в их образе жизни. Его дом был красивым и очень дорогим. Не считая Музея Изобразительных Искусств и кабинета доктора Лангенфельда, дом Вика был самым прекрасным из всех мест, в которых она побывала. Вряд ли это было комплиментом, поскольку почти все свое детство Эшли провела в мрачных казенных зданиях, большинство из которых были тесными и уродливыми. Но ей казалось, что даже на "золотую" девочку из Беверли Хиллз, которой все подают на платиновом блюдечке, это место произвело бы впечатление.

Четыре спальни, две из них с камином и все - с отдельными ванными комнатами.

- Селись в этой, - сказал Вик, прижимая к голове пузырь со льдом, - эта самая лучшая.

Кухня размером с ее кухню и гостиную. Столовая. Еще один камин в гостиной. И в отличие от музея, кондо Виктора смотрелось обжитым. Удобные диваны, куча разбросанных вокруг пледов, огромный пушистый ковер, сделанный в теплой цветовой гамме.

Эшли села на диван и утонула в спинке дивана, вздыхая.

- Я могу спать здесь, - ответила она. - Вообще-то, не думаю, что теперь смогу подняться. Виктор, здесь так мило.

Он сел рядом. Ей не понравилось, как он выглядел - весь бледный и изнуренный, но она знала, что Вику не понравится услышать это из ее уст, как и сюсюканье.

- Дом достался Кристал. Так что добро пожаловать сюда. Никогда не любил тот дом – повсюду стекло, хром и сияющие поверхности.

- Как в кабинете врача.

- Точно. Каждый раз приходил домой и думал, что мне сейчас зубы будут сверлить вместо ужина. Это место мне нравится гораздо больше.

- Мне тоже.

Тишина. Эшли скинула туфли и пошевелила пальцами ног. Виктор выронил пузырь со льдом.

- Ммммм….это так романтично, - прошептала она и хихикнула.

Он печально улыбнулся.

- Скажем так, мои фантазии о тебе на этом диване, не включали в себя то, что по мне будет стекать вода, а я сам буду чувствовать себя таким разбитым.

Она выпрямилась.

- Тебе плохо? - Эшли спросила с волнением, выуживая свой список. - Говори, что болит.

- Отложи чертов список. Голова болит, что удивительного? Дерик из меня чуть дух не выбил.

- Он свое получил, - пробормотала она.

- Я собирался спросить тебя об этом.

- О чем?

- Об отпечатке ладони на его лице.

Она в смущении уставилась на свои руки, одна из которых нанесла удар.

- Я расстроилась. Это не оправдание. Так что я извинилась.

- Так, значит, ты обо мне волновалась? - нежно спросил он.

- Виктор, ты идиот. Я была в ужасе.

После долгого молчания, пока они оба размышляли о вещах, озвучить которые мешали либо смущение, либо гордость, Эшли нарушила атмосферу оживленным восклицанием:

- О! Ты голоден? Как насчет супа?

Он сглотнул.

- Я не голоден.

- Так, ладно. Почему бы тебе не растянуться прямо здесь, а я включу какое-нибудь кино, и мы просто немного побездельничаем. А когда ты проголодаешься, я нам что-нибудь приготовлю.

- Какая славная хозяюшка, - промурлыкал он, аккуратно спихивая ее с дивана ногой, чтобы прилечь. - Ты будешь гладить меня по лбу и кормить виноградом, пока мы смотрим повторы "Сайнфилда"[14] ?

- Ха-ха. Еще раз толкнешь меня ногой, и у тебя не только голова болеть будет, приятель.

Так и прошел относительно спокойный вечер. Эшли растянулась на полу, подложив под голову диванную подушку и читая новую книгу Тома Клэнси, пока на заднем плане негромко трещал телевизор, а Виктор беспокойно дремал. Сдерживая обещание, данное медикам, Эшли будила его каждый час, доставая его вопросами о его дне рождения и девичьей фамилии матери.