Дженнифер Льюис - Доказательство страсти

— А ты была хорошей женой для него, в чем я нисколько не сомневаюсь, — с улыбкой присовокупил Луи.

Однако Саманта вздохнула и насупилась.

— Я не подшучиваю над тобой, ни в коем случае, — попытался разубедить ее Луи, читая на красивом лице недовольство. — Ты слишком восприимчива ко всему, Сэм, и при этом чересчур отзывчива. Ты из тех, кто не умеет сохранять дистанцию и из-за этого страдает. Ты всех впускаешь к себе в сердце. Оттого каждое разочарование в человеке становится для тебя равноценно катастрофе.

— И что ты предлагаешь? — спросила она.

— Просто наслаждайся и радуйся жизни — такой, какой она складывается вне зависимости от твоих отчаянных попыток организовать ее по собственному усмотрению.

— После того, как скрупулезно ты меня проанализировал, мне самой уже практически ничего не остается делать, а лишь следовать твоим увещеваниям, — рассмеялась она, но тотчас осеклась, потому что Луи был серьезен. Таким она его еще не видела. И это заставило ее нервно поежиться. — Ты в самом деле так обо мне думаешь? — спросила она.

— Не сомневайся, — ответил Луи.

— Тогда ты действительно так же хорош, как кажешься.

— Или же ты в очередной раз ошиблась, — невесело усмехнулся он.

— Знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы ты оказался не сыном Тарранта, — с ошеломляющей честностью призналась ему Саманта.

Луи принял это признание с удивительной готовностью. Он даже не упустил момента поддеть ее:

— А мне бы не хотелось почувствовать себя в шкуре твоего очередного одноразового мужа.

— Думаю, тебе это не грозит, — отозвалась Саманта. — Ты ведь не собираешься вести меня к венцу, — грустно улыбнувшись, добавила она.

— Послушай, Сэм. Мы одни на этой яхте посреди реки, только я и ты — мужчина и женщина. Считай, что мы уже супруги.

— Луи, прошу тебя, не начинай… — прошептала она в смущении.

— Тебе все равно никуда от меня не уйти, дорогая. Кругом непроглядная темень, а в реке кишат аллигаторы, — пошутил он.

— Хорошо, что напомнил, поскольку я уже достаточно долгое время перебираю в уме планы побега, — шуткой на шутку ответила она.

— Почему, Сэм? Впереди чудесная ночь. Ты уже провела со мной отличный вечер, почему бы нам не продолжить? Яхта прекрасно оборудована. В каюте есть кондиционер, — перечислял он, с удовольствием наблюдая, как разгорается румянцем ее молочная кожа.

— А телевизор, радио, выход в Интернет? — полюбопытствовала Саманта, улыбаясь через силу.

— Увы, всего этого нет. Только покой и удовольствия.

— А что там? — спросила она, указав в сторону загадочного такелажа.

— А это рыболовные снасти моего деда, — удовлетворил он ее интерес, но тут же и сам задал вопрос: — Ты когда-нибудь держала в руках штурвал?

— Нет.

— А хочешь попробовать?

Саманта неуверенно кивнула.

— Тогда подойди сюда и встань на мостик, — распорядился Луи, предупредив: — Прости, но мне придется к тебе прикоснуться. Просто положи руки на руль и старайся держать ровнее, — пояснял он, крепко зажав ее тонкие руки в своих. — И смотри вперед. Выверяй свой курс по намеченной цели. Скоро мы сможем причалить и отдохнуть.

Внутреннее пространство яхты было искусно обшито деревом ценных пород. Когда Луи открыл каюту, Саманта ахнула от восхищения.

— Как красиво! — воскликнула она.

Каюта напоминала альков.

— Здесь есть все, что необходимо для жизни, — сообщил ей владелец яхты. — В стеновые панели встроены потайные шкафчики. Там ты можешь найти виски и содовую, — пошутил он.

— Содовой я выпила бы с превеликим удовольствием, — сказала гостья.

— В таком случае располагайся поудобнее, я сейчас тебя обслужу… Кстати, ты первая женщина, которую я привел сюда, — невзначай заметил он.

Саманта взяла из его рук стакан с содовой и взглядом выразила свое изумление.

— Просто обычно я путешествую на яхте один, для этого мне не нужна компания. Наоборот, я так устаю от общества в будни, что стараюсь часы досуга проводить в уединении. Наверное, это уже свидетельствует о наступлении старости, — лукаво предположил он.

— Тогда почему ты меня сюда пригласил? — спросила Саманта.

— Мы же хотели познакомиться поближе.

— Ты прав, — кивнула она. — Но о тебе я по-прежнему ничего не знаю.

— Моя мать была певицей, и мы много разъезжали.

— Должно быть, это очень занятно, — предположила девушка.

— Когда в меру, — уточнил Луи.

— Но ты ведь до сих пор продолжаешь путешествовать. Если бы тебе это не нравилось, ты бы уже давно прекратил, — рассудила она.

— Дань семейной традиции, — рассмеялся мужчина. — Да и работа этого требует.

Саманта внимательно осматривалась. Луи заприметил сосредоточенную пытливость в том взгляде, который она кидала на особенно эффектные предметы в убранстве роскошной каюты.

— Готов поручиться, что ты художница, Сэм, — объявил он.

— В том смысле, что рисую картины? — с улыбкой уточнила она.

— Если и не рисуешь, то вполне могла бы. То, как ты смотришь на мир вокруг, изобличает в тебе эстетскую натуру.

— Признаться, я рисовала немного, — проговорила Саманта.

— И что же ты рисовала? — спросил ее Луи.

— Пейзажи, цветы, животных, — улыбчиво и немного рассеянно отвечала ему девушка. — Таррант всегда настаивал на том, чтобы я занялась этим всерьез. Даже предлагал оборудовать в доме студию.

— И что же тебе помешало?

— Я была занята другим, — прошептала молодая вдова. — У меня было много важных дел как у жены Тарранта.

— А, понимаю! Все эти дамские ланчи, посиделки, благотворительные и прочие светские мероприятия… — презрительно перечислил он.

Саманта засмущалась, более прежнего, но согласилась:

— Именно.

— Теперь, когда ты больше не его жена, чем намерена заняться?

— Не знаю, у меня пока нет никаких желаний. И вообще сейчас я не могу думать о таких вещах. Я совсем недавно похоронила мужа, — с укором напомнила она своему собеседнику.

— Конечно, на все нужно время. И мечты не приходят просто так. Но, как мне кажется, свободой быть собой, которая у тебя наконец имеется, не стоит пренебрегать, — настоятельно заметил он.

Сказав это, Луи подошел к окну, задрапированному плотными шторами, и запустил механизм, бесшумно раздвинувший их.

Саманта в очередной раз не удержалась от вздоха восхищения.

Перед ней открылся совершенно изумительный вид на реку в густых сумерках, отгороженный от них только стеклом от пола до потолка.

— Волшебно! — прошептала девушка.

— Вот завтра же и начнешь! — решительно объявил ей мужчина.