На берегу - Лора Павлов

Прижать её к стене и погрузиться в неё. Проскользнуть пальцами под эти джинсы и узнать, насколько она мокрая для меня.

Когда-нибудь я кого-то так сильно хотел?

— Я же сказал. Во мне нет ничего маленького.

Её горячий взгляд поймал мой.

— Проходите! — кто-то крикнул, и мы оба вздрогнули.

Я отступил в сторону, когда из кухни вышла девушка с большим подносом, заставленным тарелками.

Она взглянула на меня, потом посмотрела на Бринкли и улыбнулась:

— Привет, Бринкс. Что тут у вас происходит?

— Привет, Даниэль. Я как раз собиралась забрать его заказ, — ответила Бринкли.

Другая девушка хихикнула и пошла дальше, а Бринкли выпрямилась, расправив плечи.

— Это серьёзно или ты издеваешься надо мной только потому, что тебе не нравится мой клиент?

— Если согласишься, работай как положено. Я расскажу тебе всё в ближайшие недели, и скажу, что можно писать, а что нет, — я поднял руку, видя, что она уже готова спросить о том, где я буду играть в следующем сезоне. — Я ещё не решил, куда перейду, это правда. Но обещаю, что первой об этом узнаешь ты.

— Почему вдруг такое великодушие? — она сузила глаза и скрестила руки на груди.

— Понятия не имею. Может, маленький город действует на меня. Агент всё ноет, чтобы я дал пару интервью, так что это его заткнёт и всех устроит. И мне никуда ехать не надо, всё можно сделать здесь, в Коттонвуд-Коув.

— Ну ничего себе. И случайно здесь живёт потрясающая репортёрша, — она постучала пальцем по губам. — Ах да, ты это знаешь. Ты ведь причина, по которой ей пришлось поджать хвост и вернуться домой.

Не только хвост мне хотелось видеть между её ног.

Господи. Что, чёрт возьми, со мной происходит?

Я был не из тех парней. Не связывался с женщинами, которые меня ненавидели, и никогда не мешал работу с личным. Никогда.

Она меня раздражала. Упрямая, спорщица.

Ну и что с того, что я пару раз в душе фантазировал о ней?

Действовать я не собирался.

— Если не сможешь отпустить прошлое — не выйдет. Может, так и надо было. Теперь ты здесь, у тебя полный доступ к моей жизни. Кто теперь счастливчик, а? — усмехнулся я.

— Я сделаю всё, что нужно, чтобы построить свою карьеру. Записывай меня, — закатила глаза она. — Подожди здесь. Принесу твой заказ.

Пока ждал, я взял себя в руки.

Я никогда не хотел открывать свою жизнь для публики. Никогда не был тем, кто готов выставлять личное напоказ. Я гордился тем, что держал всё личное отдельно от футбола.

Она вернулась почти сразу, протянула мне пакет:

— И как это будет работать?

— Завтра утром свободна, чтобы начать?

— Вполне. Над статьёй про Брина буду работать в нерабочее время.

Я протянул ей телефон:

— Введи свой номер. Напишу, где встретимся на пробежку утром.

— То есть, теперь я и бегаю с тобой?

— Ты хочешь увидеть, как я работаю? Всё, что я вкладываю?

— Хочу.

— Тогда жди сообщение. Как домой доберёшься?

— Что? — она зашипела.

— Осторожней с этим типом.

— Осторожно, капитан. Ты почти звучишь так, будто тебе не всё равно, — ухмыльнулась она, пятясь назад.

— Размечталась, детка.

Я уже направился к выходу, как наткнулся на Лайонела, который, казалось, всегда находил меня, когда я приходил за своим заказом.

— Мистер Хендрикс! Эм… привет. Я, кажется, видел, как вы заходили, — заикался он.

Я постарался не рассмеяться. Он вечно сбивался на полуслове.

— Расслабься, Лайонел. Можешь звать меня Линкольн. Брат Бринкли владеет этим местом, верно?

— Хью? Да, он мой босс.

— Он сейчас здесь? — спросил я. Не знал, с чего вдруг так волнуюсь за неё. Она ведь мне не проблема. По сути, я едва её знаю.

Хотя… теперь она вроде как работает на меня.

Меньше, что я мог сделать — убедиться, что с ней всё окей.

— Ага. Он на кухне. Хочешь, чтобы я его позвал? — Он выглядел так, будто был в восторге, что я его о чём-то попросил. Это было даже забавно.

— Было бы здорово. Это ненадолго.

Что, чёрт побери, я творю?

Лайонел поспешил прочь, и тут ко мне подошла девушка из-за стойки, та, что вечно там стоит.

— Вы ведь тот самый футболист, да? Хенри Линкольн?

— Линкольн Хендрикс, — поправил я.

— Я Бренди, девушка Лайонела, — с широкой улыбкой сообщила она. — Он ваш фанат, кстати. Всё про вас говорит. Я вот подумала, может, вы сможете помочь мне устроить ему сюрприз на день рождения? Мы последний год в школе, хочется, чтобы он запомнил.

Добро пожаловать в жизнь маленького городка. Обычно я бы постарался избежать таких разговоров, но здесь, в Коттонвуд-Коув, это было в порядке вещей.

— Какой сюрприз?

— Лайонел у нас кикер в школьной футбольной команде.

Не ожидал. Никогда бы не подумал, что он спортсмен, но в этом и суть — никогда не знаешь, что скрывается в человеке. Чёрт, я сам когда-то был дохлым щуплым мальчишкой.

— Не знал. Молодец.

— Я вот подумала — может, мы могли бы организовать сюрприз на школьном стадионе. У него был последний сезон, он надеялся играть в колледже, но пока его никуда не пригласили. Я знаю, как он скучает по футболу. Хотела устроить пикник прямо на поле, принести капкейки, ну и если бы вы пришли, кинули ему пару пасов, посмотрели, как он забивает пару тачдаунов...

— Филд-голов, — поправил я её, потому что она явно не в теме.

— Картошка-пататошка, — пожала плечами она. — Я не особо спортивная. Но люблю Лайонела. И думаю, это был бы лучший подарок. Ну, после того, что мы уже сделали, — подмигнула она.

Что я вообще попал в какой-то маленький городок-твинпикс? Зачем она мне это рассказывает?

Но чёрт с ним. Молодец, Лайонел. Молодец.

— Да, скажи только день и время, и я приду, — сказал я.

Почему я вообще на это согласился?

— Во вторник. Семь вечера. Стадион школы Коттонвуд-Коув, — она быстро написала информацию на клочке бумаги, свернула и завизжала так, что, казалось, стёкла трещат по всему району, а собаки разбегаются, прячась под лавками.

Я сунул бумажку в задний карман и кивнул.

— Не пожалеешь, Джими Хендрикс.

Чёрт побери.

— Да, конечно.

Я повернулся и в тот же момент увидел, как ко мне идёт высокий мужчина с длинными тёмными волосами. Он не улыбался. И я задумался — знает ли он, что это я тот самый парень, из-за которого его сестру уволили? У меня нет братьев и сестёр, я не знаю, что люди обычно друг другу рассказывают в таких случаях. Но, судя по тому, как он сузил глаза и