Каникулы влюбленного режима - Маша Брежнева

действительно действую на нее особенным образом. Судьба, получается.

В общем, со следующего этапа мы включаемся в задания вместе с нашими детьми. Кажется, ребята оценивают это положительно, ведь круто, когда вы проходите все вместе. И даже когда я немного косячу, они только ржут со словами «Шеф, ну как же так».

К обеду мы уже нереально устаем от жары и физической активности. Супчик заходит не хуже любого ресторанного блюда. В душевую перед тихим часом выстраивается целая очередь – все очень хотят смыть с себя пыль, грязь и пот, которыми обзавелись за время маршрутной игры. Мы с Виталиком, Федей и Димой отправляемся в уличный душ, где детей практически нет, ведь все моются в «сотке». Ребята снова бегут на перекур, а я столько раз за день не курю, поэтому чистенький и свеженький отправляюсь прямиком к Марье Николаевне за обещанным мне еще утром кофе.

Дверь в женскую вожатскую приоткрыта, и я захожу без спроса. Вожатая третьего отряда заплетает косичке коллеге из четвертого, а звезда Алина пилит ногти, полулежа на своей кровати.

- Подумать только, из-за этой дурацкой игры на сплочение я лишалась двух ногтей! – недовольно рассказывает девочкам и тут замечает меня. – Ой, Герман Юрьевич. А мы тут о своем, о женском.

- Да пожалуйста, можно сделать вид, что меня тут нет. Маша на месте?

- Зашла к вашему отряду, сейчас придет, – вместо Алины отвечает девочка, которой заплетают косы.

- А, ну отлично. Не обращайте на меня внимания, – я прохожу к Машиной кровати, стягиваю кроссы и с ощущением блаженства прикладываюсь прямо на покрывало. – Кайф, – произношу шепотом, растягиваясь в довольной улыбке.

Девочки смеются с меня, Алина, бросая взгляды в мою сторону, продолжает попиливать ногти, а через пару минут появляется Марья.

Захлопнув дверь в вожатскую, она обводит комнату взглядом и очень быстро замечает дополнение. Ну, такое, значительное, ростом метр восемьдесят три.

- Герман, это моя кровать, – тихо, но твердо произносит.

- Знаю. Мягкая, кстати. Ты же сделаешь мне кофе?

- А кружка?

- Твоя кровать, твоя кружка, какая разница? – делаю вид, что даже не смотрю на напарницу, но сам подсматриваю одним глазом.

Чувствую, что Маше нелегко делиться, но все же шумит кран в ванной, щелкает кнопка электрического чайника, сыпятся гранулы растворимого кофе. Через пять минут, когда я реально едва не проваливаюсь в сон, в ноздри бьет сильный запах кофе. А еще кто-то трясет меня за плечо.

Судя по когтям, впившимся в мои мышцы, это не Маша.

- Герман, ты что, спишь? – спрашивает Алина.

И вечно ей больше всех надо!

- Нет, ты что, – я притворно зеваю и вытягиваюсь на кровати. – Как можно? А вообще, девочки, я чего пришел.

- Ты пришел за кофе, – за меня объясняет Марья. – Можешь забрать чашку и идти спать к себе.

Смотрю на Машу. Ей хочется выгнать меня, потому что ей не нравится, что я тусуюсь в женской комнате? Смотрю на Алину. Ей хочется выгнать Машу, потому что та мешает?

И кто только разберет этих девушек?

- Так, ты права, я пришел за кофе. Но еще я пришел сказать, что проставляюсь вечером как новенький. Давайте закажем какой-нибудь еды, выбирайте, что хотите, я плачу. После планерки посидим здесь, тут места больше, чем в мужской комнате, ок?

- Ну конечно, – с радостью соглашается Алина, как будто я позвал ее на персональное свидание, а не посиделки в компании из восьми человек. – Давно хотела познакомиться с тобой поближе.

Маша, которая в этот момент потянулась к своей чашке с кофе, успевает сделать глоток и давится кипятком, закашливаясь.

- Давно? Вы знакомы всего четвертый день, – напоминает моя напарница Алине.

- Тебе не понять, – гордо отвечает та.

И Маша снова закатывает глаза. Кажется, я балдею, когда она так делает, и не могу сдержать улыбку. Если при «близком знакомстве» с Алиной ничего нового я не обнаружу, то с Машей явно будет иначе.

Нашу беседу, если можно так сказать, прерывает стук в дверь. В дверном проеме появляется девочка из нашего отряда. Не запомнил еще, как ее зовут. Кажется, Кристина.

- Здрасьте, а у вас нет пластыря? Натерла новыми босоножками пятки, а в медпункт идти не хочется.

- У меня есть, – Маша подрывается с места и бросается к тумбочке, присаживаясь у нее, из-за чего наши лица оказываются нереально близко.

Пока я разглядываю Тихонову, она находит какую-то косметичку, достает оттуда пластинку пластырей и отрывает одну штучку.

- Герман Юрьевич, заберите кружку, передайте Кристине пластырь и идите отдыхать, – выгоняет меня слишком откровенно.

Ну ладно, слушаюсь и повинуюсь, правда, так и не могу понять, почему эта Кристина так странно ухмыляется, когда я на выходе из комнаты передаю ей пластырь.

Глава 10. Потанцуешь с бывшим?

Маша

Германа я выгоняю из нашей комнаты, потому что знаю – если дети засекли парня-вожатого у девочек в вожатской, это все. Слухи по всему корпусу теперь обеспечены.

Хоть я и выгнала Шацкого, моим коллегам очень понравилась идея о вечерних посиделках, поэтому они сами заходят на сайт доставки еды, выбирают различные снэки и сладости, накидывают в корзину и отправляются уже в гости к Герману – «согласовать еду» и стрясти с него деньги для оплаты, раз он собрался проставляться. Ближе к концу тихого часа еду привозят, но забирать пакеты Герман отправляется в компании Феди. Алиночку, которая больше всех порывалась помочь, оставляют в «сотке», чтобы тяжести не таскала.

Но ей не привыкать, самомнение у нее такое тяжеленное, что пакеты из доставки даже не могут тягаться с ним.

Ладно, пусть будут посиделки. Жаль только, что особо увлеченные могут засидеться, а из комнаты их просто так не выгонишь. Если что, демонстративно лягу спать, и пусть напарник даже не претендует на мою кровать!

После тихого часа проводим в беседке сбор отряда. Выясняем, кто у нас творческий – поет, танцует, играет на инструментах. Отправляем ребят с готовыми номерами на эстраду, где методисты отсматривают их выступления и выбирают для вечернего концерта. С остальными садимся обсуждать название отряда и выбирать командира. Это дело очень сложное, тут главное не ошибиться и не сделать неверный шаг, ведь в таком случае командовать целой бандой будет человек, у которого это будет плохо получаться.

Складывается так, что свою кандидатуру выдвигают сразу двое: ожидаемо Степа, а вот его друг Сережа, пожалуй, неожиданно.

Со Степаном мне уже все понятно, я помню его и в прошлые годы в лагере, хотя в моем отряде он не был. Этот парень всегда любит быть в центре внимания, собирается участвовать во всем – санкционированных активностях и несанкционированных,