Непослушная, милый и няня - Девни Перри

было бесчисленное множество хитов во всех основных жанрах — драма, документальное кино, комедия, мультфильмы, романтика. «Состояние Руин», феномен мирового масштаба, готовился стать нашим самым большим шоу на сегодняшний день. Если вы хотели получать лучшие из лучших фильмов и телевизионных развлечений, вы платили «Мэдкаст» одиннадцать девяносто девять долларов в месяц за подписку.

Мы стали публичной компанией три года назад, и цена наших акций была самой высокой на тот момент. Я был мажоритарным акционером и генеральным директором.

Некоторые люди говорили, что у меня дар выбирать проекты. В основном я выбирал те, которые сам бы и посмотрел. Я читал книги и покупал права на их экранизации, потому что, хотя я и любил телевидение, книги почти всегда были лучше. Это, а также бесконечный запас невероятных историй, ожидающих выхода на экран. Моя команда помогла заполнить пробелы, поскольку у них тоже был чертовски хороший вкус.

Переезд из Калифорнии был сопряжен с риском. Я буду скучать по повседневным событиям в штаб-квартире, но еще больше буду сожалеть о том, что пропустил жизнь Вайолет. Если у совета директоров возникнут проблемы со мной в этом новом вспомогательном офисе, я уйду с поста генерального директора и позволю кому-то другому руководить шоу.

У человека с моим состоянием было бесчисленное множество возможностей. Покинуть «Мэдкаст» будет чертовски тяжело, но, если придется я начну что-то новое в Бозмене.

— Итак, Вайолет. — Хит повернулся на своем сиденье, чтобы говорить через плечо. — Бабушка сказала мне, что Натали вчера принесла тебе сумку с секретами. Не хочешь рассказать мне, что в ней было?

— Нет. — Она уставилась в окно.

— Ну же. Расскажи мне, — умолял Хит.

Она сжала губы, точно так же, как это делала Натали.

— Это бесполезно. — Я рассмеялся, увидев, как Хит нахмурился. Что бы Натали ни сделала, чтобы добиться молчания и преданности Вайолет, это было железно. — Поверь мне. Я спрашивал ее сегодня не меньше пятидесяти раз, и она молчит.

— Натали волшебница, — сказал Хит, понизив голос.

— Ты не ошибаешься.

Он потер руки, когда мы приблизились к Мэйн-стрит.

— Мне уже нравится эта вечеринка.

Сверкающие гирлянды были натянуты над улицей. В их свете деревья сияли. Магазины были украшены по сезону. Не было ничего лучше Рождества в Бозмене. Если повезет, мы больше не пропустим ни одного.

— Интересно, кто станет причиной драмы в этом году, — сказал Хит.

— Может, драмы и не будет.

— Лучше бы она была. — Он усмехнулся. — Это лучшая часть вечеринки.

Я покачал головой, улыбаясь, и заехал на парковку. Затем мы все вышли и, держа Вайолет за руки, направились к отелю.

— Взволнована? — спросил я ее.

Она кивнула, ее глаза были широко раскрыты и полны удивления, когда она осознала все это. Когда мы проходили через золотые и стеклянные двери отеля, она крепче сжала мою руку.

Вестибюль «Бакстера» был полон людей, некоторые направлялись в соседние рестораны. Другие стояли у маленького бара, смеясь и разговаривая с праздничными коктейлями в руках.

Я сбросил свое пальто и помог Вайолет снять ее. Перекинув их через руку, я выпрямился, готовый подняться наверх, где проходила вечеринка. Но когда я поднял глаза, от открывшегося передо мной зрелища у меня отвисла челюсть до мраморного пола.

Натали спускалась по парадной лестнице, ведущей в бальный зал на втором этаже.

Она определенно была не в пижаме. Ее туфли, состоящие из одних только ремешков, утопали в плюшевом бордовом ковре, покрывающем каждый шаг. Ее декадентское тело было закутано в облегающее черное платье, подчеркивающее ее изящные изгибы. Сбоку платья был разрез, демонстрирующий одну подтянутую ногу с милями гладкой кожи.

Если не считать этого разреза, платье было простым, с длинными рукавами и высоким вырезом. На любой другой женщине оно выглядело бы скромно.

Но Натали в нем выглядела, как чистый грех.

У меня пересохло во рту.

Прошло много, очень много времени с тех пор, как простой вид женщины лишал меня дара речи.

— Мне следовало уделять больше внимания Нат в школе, — прошептал Хит рядом со мной, не сводя глаз с ее обнаженного бедра. Он сделал шаг, готовый наброситься, но моя рука метнулась вперед и схватила его за локоть.

— Даже не думай об этом. Она моя. — Заявление сорвалось с моих губ прежде, чем мой мозг успел включиться.

По его лицу медленно расплылась улыбка.

— Понял. Я так и думал, что у тебя к ней что-то есть.

— Ничего подобного. — Дерьмо. — Она… моя няня.

— Верно. Как скажешь, брат. — Он услышал одержимость в моем голосе. Заявление. Отступать было бессмысленно.

— Удачи. — Хит хлопнул меня по плечу, затем побежал вверх по лестнице, улыбнувшись и кивнув Натали, когда проходил мимо.

Она достигла нижней ступеньки и направилась к нам. Потребовалось значительное усилие, чтобы не пускать слюни при виде силуэта ее тела и этой чертовой ноги, которая выглядывала при каждом ее грациозном шаге.

Кровь прилила к моему члену, и я передвинулся, придерживая пальто у паха в попытке скрыть растущую выпуклость под штанами. Христос.

Она была няней. Это были исключительно деловые отношения, и ради моей дочери я не мог позволить себе все испортить.

Как только мы поднимемся по лестнице, я позволю ей взять Вайолет, а сам куплю крепкий напиток. Только один, чтобы потом отвезти нас домой. Или, черт возьми, может быть, я напьюсь, и мы поедем с моими родителями.

Натали улыбнулась, подходя ближе, что только усилило мое возбуждение.

Напьюсь. Определенно напьюсь. Может быть, это поможет мне справиться с желанием прижаться губами к ее губам.

— Здравствуй. — Она помахала мне, а затем переключила все свое внимание на мою дочь. — Ты прекрасно выглядишь, Вайолет.

— Спасибо. — Вайолет сделала полуповорот, изогнувшись так, что ее юбка колыхнулась. Она посмотрела на меня и кивнула в сторону огромной елки в углу и вазы с леденцами, которые растащили другие дети в вестибюле. — Можно мне пойти посмотреть на дерево?

— Конечно. Но сразу возвращайся.

Вайолет кивнула и бросилась прочь.

Натали встала и окинула меня взглядом. Ее взгляд остановился на моем горле, как будто она могла видеть, как там застряло мое сердце.

Когда ее рука потянулась, чтобы поправить узел на моем галстуке, я проиграл битву со своей волей.

— Ты выглядишь великолепно.

— Спасибо. — Ее щеки вспыхнули. — Наряжаться — это весело.

— Слово «весело» и это платье не сочетаются. — Сексуально. Ошеломляюще. Но может быть, мне было бы весело, если бы я был тем мужчиной, который снял бы его с ее тела.

Натали заправила прядь волос за ухо, поджав губы, чтобы скрыть улыбку.

— Вы и сами выглядите довольно привлекательно, мистер