Любовь не для заучек (СИ) - Ареева Дина

Глава 8

Ангелина

Я остаюсь у Вишневских до утра понедельника, пока меня не сменит мама. В этот раз убираю все как можно более тщательно, хочу, чтобы маме осталось меньше работы.

Демьян уехал сразу после нашего разговора, и его комнату я убирала особенно придирчиво. Как будто из головы его у себя стереть пыталась. Но после его отъезда сразу стало как-то пусто, я долго не могла уснуть. Уснула под утро, и он конечно мне сразу приснился.

Будит меня Григорий Константинович.

— Ангелина, можно с тобой поговорить? — нерешительно мнется на пороге.

— Конечно, проходите, — отхожу в сторону, пропуская его внутрь. Мужчина явно собирается с духом, а затем выпаливает скороговоркой:

— Ангелина, ты уже взрослая девушка, поэтому очень надеюсь, что ты нас поймешь. Я люблю твою маму и хочу сделать ей предложение.

Григорий Константинович очень приличный человек, и то, как он волнуется, вызывает у меня самые приятные чувства.

— Вы просите у меня ее руки? — шучу, но нашему управляющему не до шуток.

— Да, — серьезно кивает он, — прошу.

— Тогда вам лучше попросить у мамы. А если вы спрашиваете моего благословения, то я вам его даю.

Я знаю, что он в свои выходные ездил к нам домой, мама мне призналась. Так что я примерно чего-то такого и ждала. Разве что не так скоро.

— Надеюсь, мы с тобой подружимся, — выдыхает явно повеселевший Григорий.

— Если не будете пытаться стать моим папочкой, то вполне, — киваю я.

— Не буду, — обещает будущий отчим.

Мама приезжает раньше чем планировала. Анна встречает ее тепло, они с Григорием в один голос меня расхваливают. А я собираюсь домой.

— Не спеши, Ангелина, Геннадий Сергеевич днем будет ехать в город, он тебя отвезет, — предлагает Анна, но я вежливо отказываюсь.

— Спасибо, я пойду. Хочу прогуляться, засиделась.

Ясно даю понять, что эти две недели фактически безвылазно просидела в особняке. Воздухом дышала или с балкона, или с террасы.

Мама сбивчиво объясняет, что ей надо пробыть здесь подольше, называет выдуманную причину, но я ее перебиваю, приобняв за плечи.

— Мам, я все знаю. Твой Григорий уже попросил у меня твоей руки. И я согласилась.

И пока пунцовая от счастья мама рассказывает, какой замечательный человек ее будущий муж, ловлю себя на том, что внутренне радуюсь. Значит, она не приедет через две недели, и мне не придется объяснять, почему я не ночую дома.

У нас с Карениным договоренность на месяц, и теперь у меня появилась робкая надежда, что о ней никто не узнает.

Домой решаю ехать на электричке, на станцию иду той же дорогой, по которой пришла сюда. Интересно посмотреть, высохла ли лужа. И эмоции вспомнить, пусть они тогда были не самые приятные. Зато такие яркие...

А если лужа высохла, узнаю ли я то место?

Но волнуюсь я зря, не узнать его шансов нет никаких. Еще издали замечаю знакомую черную машину, возле которой на траве с травинкой во рту сидит Каренин.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю ошалело, подходя ближе.

— Угадай, — Демьян щурится, глядя снизу вверх. А меня затапливает отчаянно рвущимся наружу ликованием.

Прикладываю огромные усилия, чтобы сдержать его и никак себя не выдать.

— Только не говори, что ты приехал за мной.

— Умница моя, — продолжает щуриться с ухмылкой.

— Зачем, Демьян?

— Чтобы тебя отвезти. Ты сегодня выходишь на работу, забыла?

— Мне сначала нужно заехать домой.

— Зачем?

— Взять вещи. Просто отдохнуть. Душ принять.

— Душ и у меня есть. Вещи соберешь, я тебя отвезу, а сам уеду по делам. И можешь отдыхать сколько влезет, — Демьян поднимается с травы, отряхивает джинсы и открывает передо мной дверцу.

— Садись. Шевелись быстрее, Заучка. Нам еще контракт подписывать.

— Какой контракт? — недоумеваю.

— Какой, какой... — качает головой Демьян, — трудовой. Ты же у меня работать будешь, вот мы там все и пропишем.

— Что пропишем?

— Твою заработную плату, условия работы. И что я обязуюсь тебя не домогаться, — отвечает Демьян уже серьезно. Заметив, как я покраснела, продолжает. — Я же ясно сказал, Ангелина, я больше тебя не хочу.

Он повторяет это не в первый раз, и неприятно осознавать, что меня это задевает. Конечно я не собираюсь навязывать себя Демьяну, но и оттого, что я ему больше неинтересна, внутри царапает.

Чтобы отвлечься, смотрю на почти полностью высохшую лужу. Если бы я сейчас шла к Вишневским, а Демьян ехал навстречу, то он просто проехал бы мимо. И внимания бы не обратил.

Защелкиваю ремень безопасности, Демьян заводит двигатель и трогается с места. До города долетаем быстро, Каренин привозит меня на нашу с мамой квартиру. Мои клятвенные заверения приехать на такси через три часа игнорирует, садится на лавочку возле подъезда и демонстративно утыкается в телефон.

Хожу по дому, собираю вещи, а мысли все равно кружатся вокруг Демьяна. Не получается о нем не думать. Не верю, что у Каренина проблема с массажистом. Или с прислугой. Но он и правда перестал любой разговор сводить к сексу.

Выходит, и правда перегорел? И как мне к этому относиться?

Интересно, что будет, если я не выйду через час, два или три? Может проверить? Лечь спать, например?

В шкафу натыкаюсь на аккуратно сложенную рубашку. Я так и не успела ее передать мажористому засранцу, вот теперь будет повод.

Много вещей с собой не беру. Я же не в изоляции буду, в любой момент смогу приехать домой. Выхожу с сумкой из подъезда, Демьян втыкает в телефон. При виде меня поднимается, молча забирает сумку.

Я думала, начнет возмущаться, что я долго возилась, но он молчит. Забрасывает сумку на заднее сиденье, садимся в машину и уже через пятнадцать минут подъезжаем к новому жилому комплексу, который в городе считается самым дорогим.

Я в нем никогда не была, не представляю даже, как здесь выглядят квартиры. Демьян кивает на дверь, но в проходе все же пропускает вперед. Поднимаемся лифтом на двадцать четвертый этаж, Каренин распахивает передо мной дверь квартиры.

— Давай, проходи, это твое новое жилище на ближайший месяц.

— А у нашего контракта будет прописана возможность расторжения в одностороннем порядке? — спрашиваю, переступая порог.

— Разве что с немереными штрафами, — хмыкает Каренин.

— Вот и хорошо. Надеюсь, ты сам захочешь его расторгнуть в ближайшее время.

— Даже не надейся, Заучка, — Демьян хищно улыбается, обнажая все тридцать два зуба.

Отвечаю зеркальной улыбкой и прохожу мимо. А вот это мы еще посмотрим.

***

Демьян

Я спиздел Ангелине, никаких дел у меня нет, просто решил дать девчонке возможность освоиться. Заодно пусть поволнуется, почему меня так долго нет, может у нее ко мне начнет что-то наклевываться.

Сначала еду в зал и там зависаю часов на пять. Скоро бой с Черным Сэмом, это еще тот неповоротливый кусок дерьма. Если я его не размажу по рингу, пусть в меня плюнет каждый мой болельщик, включая дрыща Колю, который моет полы в зале и раздевалках.

Черный Сэм, естественно, не черный, это его устрашающее прозвище. В жизни он Семен Чернов, но смотреть как бьют ебальники друг другу Чернов Семен и Демьян Каренин никому не интересно. Тем более, никто не станет платить за это деньги.

Зато на бой Демона и Черного Сэма привалит толпа желающих, и ставки будут делать, и болеть будут. Мы с организаторами поднимем приличное бабло, даже проигравший Сэм не останется без компенсации.

Я знаю, что могу вырубить Семена максимум на третьей минуте, но не имею на это права. Я должен победить красиво и технично. Мы дарим людям шоу, за которое они платят, поэтому мне скорее придется следить, чтобы Семин портрет сам не встретился раньше времени с моей ногой или рукой.

Ну и пропустить пару-тройку ударов придется, чтобы болельщикам Чернова было не так жаль потраченных денег.

Пока стою в душе, мысли возвращаются к Ангелине. Что она сейчас делает? Пьет кофе и зависает в инсте? Я сказал, что она может пользоваться кофемашиной сколько захочет. Или спит? Приняла голой душ и спит...