Жена. Дорого (СИ) - Саша Кей

правым глазом. Если не хочешь, чтобы я тебя на виду у всех проигнорировала, учитывай эту информацию.

— Охренеть, ты внезапная, — вырывается у Крамера. Видимо, я выбила его из колеи. — А попросить меня остановиться по дороге возле оптики тебе религия не позволила?

Черт. Такая простая мысль мне в голову не пришла.

— Ладно, я сейчас дам задание, линзы нам привезут. Насколько плохо ты видишь?

— Ну без линз я тебя не узнаю. Мне на минус восемь, — диктую я Крамеру и называю линейку, которой пользуюсь. Злит, что я не додумалась до этого сама, но хоть как-то уменьшить дискомфорт будет здорово.

— И часто ты такой экстрим практикуешь? — ворчит Тимур, отправляя сообщение.

— Да нет, пару раз всего было с семнадцати лет. В институт как-то приперлась без линз, вообще все прокляла, сшибла кучу народа и сама синяков понасобирала… — тяну Крамера в тенек, но он опять стоит как вкопанный.

— Так ты сшибала и не видела кого? — голос у него растерянный. — А она говорила…

Но кто и что там наговорил Крамеру я не узнаю, потому что нашу почти семейную беседу прерывает потрясающее приветствие:

— Тимур, как я рада тебя видеть! Ты как раз вовремя, мне есть с кем тебя познакомить! Пойдем, Олег и Егор тоже будут рады тебя видеть! А… э… Линда, ты можешь посидеть у фонтанчика, тебе наверняка будет не по себе в нашем кругу. А там как раз лягушек новых запустили.

Глава 13

То есть по мнению Раевской мне самое место среди жаб?

Вечер начинается так, как я и ожидаю, только что-топорненько сработано. Обычно Елена старается уколоть меня потоньше. Видимо, сегодня день не задается не только у меня.

Я, разумеется, к лягушкам не собираюсь, хотя на самом деле возле фонтана довольно уютно, он расположен дальше в саду, и скорее всего там нет этой суеты. Но если я туда пойду, то получится, будто меня можно послать лесом, и я это молча проглочу. Раевская знает, что я не из тех, кто будет скандалить на публике, и пользуется этим.

Однако, я не успеваю прикинуть, куда мне устроиться на этом празднике жизни.

— Елена, если вы считаете, что самое интересное на вашем вечере, это лягушки, то я, пожалуй, тоже уделю им внимание. Дорогая, ты не против моей компании? — Тимур приобнимает меня за талию, а я, занятая разглядываем выражения лица Раевской, никак этому не препятствую.

А Елена растерянно хлопает глазами.

— Тимур, если тебе нравятся всякие гады, — она не может удержаться от непрозрачных намеков, — то в кабинете мужа стоит прекрасный аквариум…

— Аквариум — это, конечно, прелестно, но мне и фонтан подойдет, лишь бы не серпентарий.

Елена покрывается пятнами. В отличие от нее Тимур действует изящнее, так завуалированно, но очевидно обозвать ее змеей на моей памяти еще никому не удавалось. Раевская злобно зыркает на меня глазами. Никак решила, что это я настроила Тимура против нее.

— Но я бы хотела тебя кое-кому представить, — настаивает она, забирая фужер с шампанским с подноса, проходящего мимо официанта.

— Я вас непременно найду, — Крамер царственным кивком как бы отпускает Елену. Какое восхитительное и греющее мою душу пренебрежение хозяйкой. Мое настроение начинает подниматься.

— Что ж, — отступает она. — Тогда оставляю вас на время. Линда, тебе стоит освежиться, у тебя с волосами непорядок.

Ну конечно. Нельзя просто так уйти, нужна мелочная женская подколка. Я точно знаю, что волосы выглядят вполне пристойно, хоть и не так, как задумывалось.

— Линда может позволить себе естественную небрежность, в отличие от большинства присутствующих леди. Тоже несомненно прекрасных, но у молодости есть свои преимущества, Елена.

Раевская топит свой ядовитый язык в шампанском.

Так тебе! Ты еще и старая карга! Прямо сейчас я Крамера обожаю. Изъясняясь как на балу в девятнадцатом веке, он ставит Елену на место раз за разом.

Раевская выглядит хорошо, потому что с ее-то бабками выглядеть плохо надо еще постараться. Но еще со времен гулянок мужа возраст — ее больная мозоль. И Тимур сейчас потоптался по ней от души.

Начинаю думать, что Крамер до сих пор ко мне был более чем лоялен. Всерьез он задел меня только один раз, когда говорил о моей матери.

Поняв, что, если она не хочет испортить себе вечер окончательно, то стоит прекратить эту беседу, Раевская ретируется.

— Ты всегда отмалчиваешься в таких случаях? — глядя ей вслед, спрашивает Крамер. — Тебе стоит научиться стоять за себя, а не набирать в рот воды.

— А мне понравилось, — говорю я честно. — Пока я молчала, ты ее уделал. У меня бы так никогда не получилось. Я в жизни не смогу так явно нахамить женщине в возрасте, да еще и хозяйке дома.

— Освоишь. Я проконтролирую.

— Спасибо, что вступился.

Тиранозавр прорезается в Крамере, стоит мне только заподозрить его в излишней чувствительности.

— Не за что. Любой укол в сторону женщины, это удар по мужчине рядом с ней. Если бы Раевская была мужиком, она бы вполне могла словить в глаз.

— Все равно спасибо.

Тимур хмыкает и ведет меня к увитой гортензией беседке.

Надо отдать должное Раевской, со вкусом у нее все отлично. Это я как дизайнер вынуждена признать. Сегодняшние украшения сада подобраны весьма удачно, нет сомнений, что и внутри для этого благотворительного вечера все оформлено на высшем уровне.

Только мне в этом доме все равно не уютно, и хочется поскорее отсюда сбежать.

— Тебе что-нибудь принести? — Тимур усаживает меня в тени, и я перестаю щуриться. — Может, шампанского?

— Пожалуй, — соглашаюсь я и замечаю машущего нам рукой брата. — Тебя Олег зовет.

— Да, я к нему подойду, тебе больше ничего не нужно?

— Свалить отсюда, — откровенно признаюсь я. — Но так и быть, если готов и дальше отбивать атаки Раевской, то я еще немного потерплю.

— Я скоро вернусь, — обещает Крамер и оставляет меня одну. Впрочем, он у меня на виду, и я не чувствую себя заброшенной. А через некоторое время ко мне присоединяется Егор.

— Ну как? Ты еще не пожалела, что согласилась на эту авантюру?

— Пожалела, — вздыхаю я, но, заметив, как Егор напрягается, тороплюсь пояснить. — Ничего страшного не происходит, только ты был прав, и это несколько сложнее, чем я себе представляю.

Он ерошит рукой темные волосы, такие же как у брата и отца. Одна я в их семье белая ворона.

— Он тебя обижает? — весьма неудобный вопрос. Видя, что я медлю с ответом, он начинает закипать. Это заметно только по тому, что его синие глаза темнеют, но