Мой самый-самый бывший - Ана Сакру

вглубь автобуса, так больше ничего мне и не сказав. Снова утыкаюсь в телефон, непроизвольно выдохнув. Напрягает она меня. Открываю мессенджер. Перечитываю Лизкины вчерашние смски. Надо было ответить, да? Вот я…

Что она там делает вообще без меня? В Сочи этом...Раздумываю, чтобы написать сейчас. В голову ничего толкового, кроме требований отчитаться, не лезет.

- Сань, можно к тебе сяду? Не прогонишь? - не дождавшись согласия, на сидение рядом плюхается Надька.

- Конечно, Надюх, что за глупости, - чуть двигаюсь в сторону и не так широко, как до этого, расставляю ноги.

Дежурно улыбаемся друг другу. В голове проносится шальная мысль спросить, чтобы сейчас написать жене – Надя все-таки женщина… И товарищ. Редкое сочетание. Но я все же отвергаю эту идею как абсолютно идиотскую. Это же придется предысторию выдавать, а я как-то не готов.

Еще пару минут все рассаживаются, суетятся, а потом пазик, шумно поурчав, наконец трогается со стоянки под громкие крики "ура".

10. Сашка

10. Сашка

С погодой нам несказанно повезло. Солнце в безоблачном синем небе прогревало воздух до комфортных плюсовых температур, белоснежный подтаявший снег не проваливался под ногами, и горы вокруг будто звенели первозданной чистотой. Разгоряченное от ходьбы с нагрузкой тело приятно гудело, легкие до отказа заполнялись кислородом, и даже мысли будто очищались в голове, то и дело перескакивая обрывками на что-то важное, вечное.

Я сотни раз видел эти пейзажи, узнавал уже каждую веточку и каждый камень, но какой-то совершенно детский восторг все не проходил. Мощь природы невероятна, она завораживает и по-настоящему ее можно почувствовать только здесь, в горах. Все остальное - такая суета. Нет ничего ценнее этого чистого вздоха, ощущения себя на своем месте, тишины внутри. Только горы, природа давали мне эту тишину.

И так хотелось передать это состояние своим детям. Чтобы они тоже почувствовали, поняли. Отыскали этот путь в себе. Алиска еще мелкая совсем. Даже не столько по возрасту, сколько по восприятию. Дитя. А вот Лёвка...Сын шел сейчас рядом со мной во главе колонны, и на его юношеском сосредоточенном лице я видел отголоски своих мыслей. И это такая радость – чувство общности со своим уже почти взрослым ребенком, которую словами сложно передать.

- Пап, смотри...Там бараны что ли? - Левка тычет пальцем в зеленую горную вершину через ущелье от нас. Его глаза расширяются, - Смотри, смотри! Поскакал!!!

Вглядываюсь, точно!

- Это козлы, туры, семья, видишь?

- Да! - от эмоций сын начинает подпрыгивать почти также, как они. И в этот момент кажется таким ребенком, что я невольно улыбаюсь шире. Смешной...

- Гуля, Алиска! Смотрите! Эй, Артур!

Левку как ветром сдувает от меня - бежит к девчонкам показать свою находку. Останавливаю всю колонну. Теймураз, идущий в самом конце, достает бинокль. Дети визжат от восторга - небольшое стадо горных туров будто специально подходит ближе. Разглядеть очень легко. Два козла даже тяжелыми рогами сцепились и лениво бодаются - настоящее шоу.

- Ну что? Может тогда тут привал небольшой устроим? - подходит ко мне Надя. Задирает голову, чтобы смотреть мне в глаза и щурится от яркого обеденного солнца, - Вон полянка неплохая. Раз уж остановились...

- Рановато, - хмурюсь, - Потом устанут без остановок идти.

- Дойдем, - улыбается Надя, уже снимая с плеч объемный рюкзак, - Если что, еще после смотровой площадки на водопадах передохнем, да?

- Ладно, давай так.

***

К месту ночной стоянки основная часть группы еле приползает, потому что мы осуществили незапланированный спуск со смотровой площадки на плато пониже, почти к самому водопаду горной речки, раскалывающей ущелье надвое. Желание получить красивые фотографии у нынешнего подрастающего поколения часто перекрывает здравый смысл. Хорошо еще, что связь там не ловила, иначе ради какого-нибудь тик-тока парочка особенно вдохновленных бы точно нырнула.

- Так, Лёв, давай, натягивай, - командую сыном, помогающим мне поставить нашу маленькую палатку, - Дальше сам справишься? Я пошел организовывать остальных.

- Справлюсь, если Алиску ко мне пришлешь, - хмурится Левка недовольно.

- Нет, сам. Это мужское дело, Алиска пойдет за хворостом.

На самом деле никакая помощь Лёвке не нужна - он регулярно ходит со мной в походы разной степени тяжести лет с шести и такую простую палатку может собрать и с закрытыми глазами. Но сам факт, что сестра, по его мнению, прохлаждается, сына как обычно бесит. Чтобы сильно не дулся, тут же подзываю Алиску с Гулико и отправляю подружек на поиски веток посуше.

- Да, мам, привет, - Лева зажимает телефон плечом, вбивая колышек, - Да, все хорошо, вот ставимся...Да только пришли на стоянку...Нет...К водопаду спускались...Да, и Алиса...Ма-ам...Это ты с папой решай, почему он ей разрешил...Да все отлично у нас...

Я в это время напрягаюсь, подслушивая. Выуживаю из кармана свой смарт. Ни одного пропущенного, ни одной смс...Сразу сыну позвонила, как и с утра. Я устал за день, эмоционально вымотан от необходимости быть душой компании и одновременно путеводной звездой, и потому раздражение разом накатывает душной волной, от которой на миг закладывает уши.

Саша: Если хочешь что-то узнать - можешь спросить напрямую у меня, а не втягивать Леву

Доставлено.

- Ну ладно, все, мам, пока, - сын кладет трубку.

Кошусь на экран. Прочитала. Пишет что-то. Отхожу в сторону, махнув Левке рукой.

Лиза: Ты мне вчера ясно дал понять, что не хочешь разговаривать

Сжимаю телефон так, что, кажется, сейчас согну. Вдыхаю и выдыхаю, пока иду к деревянным столам под навесом, где ребята уже выкладывают продукты для предстоящего ужина. Машу Теймуразу, набирающему дрова в большом, почерневшем от времени дровянике.

- Саш, гречку с тушенкой же? - окликает меня Надя.

Киваю, усаживаясь на одну из лавок, снова держу перед собой телефон, положив локти на грубо сколоченный узкий длинный стол.

Саша: Это не так

Лиза: Что не так

Саша: Я очень хочу с