Ты моя, Пушинка! (СИ) - Ирина Лисовская

моему сожалению, стоял с распахнутым пальто, а милый пуловер принял на себя весь «удар» от капучино. Даже немного пострадали брюки и ботинки.

Не рассчитывала, что прямо за мной кто-то будет стоять. Че-е-е-рт! И кофе же горячий, наверное, был…

— Извините… — пищу и, наконец, поднимаю голову.

Давлюсь последующими извинениями, глотаю их спешно, потому что нифига не жаль. Сокрушаюсь лишь, что попросила не кипяток из только что закипевшего чайника. И что не в рожу плеснула его Чернышову. Слишком легко отделался, козлина.

— Ты… — рычит Дан и добавляет: — у тебя удивительная способность портить мои вещи! — Лицо вдруг озаряется, а глаза блестят, словно два отполированных алмаза: — Как на этот раз будешь расплачиваться, крошка?

Расплачиваться? Вот уж точно нет! Не после того балагана, что он устроил у меня на эфире!

О чем и спешу сообщить зазнавшемуся петуху, но не успеваю. Меня опережает переполошенный Кирилл:

— Даниил Юрьевич, не переживайте, я знаю хорошее средство, которое отстирает пятно от кофе.

Лебезит перед Чернышовым, тянет ему салфетки, а я со скепсисом поглядываю на Кира. Откуда он знает Дана?

— Ты уволен! — сокрушается Даниил, а ни в чем не виновный паренек мигом бледнеет.

Теперь не выдерживаю накала я: встаю перед Киром и закрываю его своей хрупкой фигурой от нахального цербера. Кирилл высокий парнишка, поэтому они с Даном все еще смотрят друг на друга, приходится перетаскивать внимание на себя:

— Чернышов, ты берега попутал? Это я облила тебя кофе, а виноват бариста?! Даже если это твое кафе или у тебя просто есть право голоса, какого фига срываешь злость на невиновном человеке?

Дан сощуривается, тычет пальцем в Кира, а затем взрывается гневом:

— Кофе был холодный!

Давлюсь воздухом, потому что… Что, блин? Это и есть его причина для увольнения? И я снова не успеваю вставить слово, парнишка тихо оправдывается перед наглым цербером:

— Но Ульяна не пьет горячий… я поэтому…

— Кир, не унижайся, — прошу его, пока пуляю молнии в зазнайку Дана, и тут же вставляю с твердостью: — ничего, пусть увольняет, я помогу тебе устроиться в другое место. Туда, где начальство ценит хороших сотрудников и не увольняет из-за пустяков. Пойдем.

На ощупь хватаю Кирилла за руку и дергаю на себя, успеваем сделать только несколько шагов:

— Стоять! — гремит Даниил на все кафе, а мы с пареньком замираем на месте.

И ладно Кир испугался грозного Чернышова, я какого лешего вжимаю голову в плечи?

Выпрямляюсь и с вызовом смотрю прямо мужику в глаза. Неужели он и есть хозяин кофейни? Ужасаюсь на миг: я в ней постоянный клиент за последние пять лет. Просто чудо, что мы с Даном не столкнулись раньше. Тогда, когда он еще бы запросто мог узнать меня. Но, Дан и кофейня? Его отец, кажется, содержал сеть ТЦ, или я что-то путаю? Да ну короче, как будто мне до этого есть дело!

— Иди работай, — выдает цербер спустя минуту молчания, — и кофе переделай для Ульяны. Не… горячий.

Последнее произнес со скрипом зубов, ведь, как я помню, Даня терпеть не мог остывший кофе. Считал его помоями из-за отвратного вкуса.

И как бы мне ни было на самом деле жаль Кирилла в этой ситуации, но покорно молчу. Я блефовала, говоря о другой работе. Сыграла на гордости Чернышова и, вуаля, сработало. Как минимум, сохранила драгоценную работу Киру. И, как максимум, заработала себе новых проблем. Понимаю это, потому что Даниил отходит к двери в кофейню и переворачивает табличку на «Закрыто».

Усаживаюсь за дальний столик без приглашения Дана, все равно я снова в ловушке. И, как ни парадоксально думать: столкнуться с ним на нейтральной территории даже лучше, чем я могла себе вообразить. И светить номер не пришлось!

Едва он усаживается и скрещивает руки на груди, плююсь обвинением:

— Ты же специально испортил мне эфир, да? Ботов подключил, иначе как объяснить балаган в комментариях?!

Заорала на него как истеричка, ведь не могла сдержаться, горела злобой еще со вчерашнего вечера. Ярость плескалась внутри и била волнами внутренности, раздражая меня тем самым до точки кипения.

— Делать мне больше нечего, — он флегматично пожал плечами, но я не поверила ни на грамм.

— У меня адекватные подписчики, они бы никогда… — Дан перебил с коротким смешком:

— Улька, я тебя умоляю, что ты как маленькая? У тебя в фоловерах одни бабы. А бабы — это рассадник зависти и сплетен. Может, я тебя удивлю, но порой личная жизнь «кумира» куда интереснее, чем нудные разговоры о тренировках и диетической жратве.

— Ты… ты… — не смогла подобрать слов, все они застряли камнями в горле.

— Ты поймала волну хайпа, радоваться надо, а не возмущаться. Где мое спасибо, крошка? Сколько новой подписоты у тебя появилось после вчерашнего эфира?

И ведь не поспоришь с ним! Карина пищала как ненормальная утром — за ночь три тысячи новых подписчиков. И пять предложений по рекламе. И это притом, что я ни копейки не вложила в раскрутку своей страницы. И сестре запрещала, потому что не стремилась к излишней популярности. Моей целью с самого начала была помощь. Это потом уже сестра подсуетилась и начала рассказывать мне, как вести страницу, чтобы она была максимально привлекательной. Интересной не только из-за правильных упражнений. И даже если советы Карины оказались действенными, то…

— А нафига мне такая слава? — Спрашиваю со вздохом, но думаю, Чернышову меня не понять. — Даниил, послушай…

Не договариваю. Умолкаю, когда бариста «врывается» в наш с Даном разговор. Ставит предо мной чашку и гордо выдает:

— Матча, как ты любишь.

Улыбаюсь ему и подмигиваю, хотя на самом деле хотела бы выпить кофе. Ну, или, снова вылить его на зазнайку Чернышова.

— Спасибо, дорогой, — сказала без задней мысли с милой улыбкой, как вдруг вулкан взорвался без причины:

— Дорогой? — выплюнул Дан с гневом, как ревнивый парень, не иначе, — так тебе нравится вот этот малолетний гандон, который даже горячий кофе сварить не может?

Дан подорвался со стула, он буквально дышал пламенем в сторону Кира, поэтому поднялась и я. Да что такое, откуда столько неконтролируемой злости?

Пришлось оттеснить паренька за спину, ведь грозовая туча уже почти пуляла молниями от… ревности? Бред какой-то! Она в нашей с Чернышовым ситуации явно неуместна и абсурдна.

Тем не менее, Дан не успокаивается: лицо покрывается красными пятнами, а губы искривляются в оскале. Даже пальцы он мигом сжимает в кулаки, словно прямо сейчас бросится в драку.

— Даня, — мягко произношу на выдохе и спешно добавляю: — прекращай пугать парня, в чем его вина?

Чернышов резко