Контракт (СИ) - Набихан Дилноза

— Немедленно прекратите! Это уже не смешно. Это выходит рамки приличия! — Мой ответ перешёл на крик. Сердце бешено стучало.

— Тон снизьте, учительница, — отозвался он, и это звучало опасно. Голос был низкий, с хрипотцой. — И сигарету бросьте. Вы мне нужны здоровая. Желательно без болячек и разного рода плохих привычек. И в дом зайдите, пока не обморозили себе всё, что можно. Вы в тонком халате, босиком, что ли? — уточнил удивлённо. — Курить вы совсем не умеете.

Страх окутал моё заледеневшее тело. Глаза лихорадочно пытались отыскать внизу знакомую фигуру. Но, как назло, фонари во дворе местами не горели, и я не видела ничего.

— Я сообщу в полицию! — процедила в ответ. — Это уже преследование, Волков!

— И что вы им скажете? — Он засмеялся. Его смех будто обволакивал меня. — Что кто-то из родителей ваших учеников преследует вас, потому что вы отказали ему в его маленькой просьбе? Как вы думаете, кому они поверят? Чьё слово имеет для них больший вес? Моё? Или ваше?

— То, что вы богатый, не делает вас выше закона, Волков. Вы ошибочно полагаете, что, преследуя меня, добьётесь моего согласия. Я бы может и так согласилась, не будь вы таким хамом и истории нашего с вами знакомства.

— Это будут чисто деловые отношения.

— Увы, но я не могу так. Играть, делать вид, будто ничего между нами не произошло. Поймите, тогда, в тот вечер у меня были трудности, и я уже тысячу раз успела пожалеть о своём импульсивном поступке. Но, — вздохнув, я развернулась, опустившись на холодный и мокрый пол балкона, — я вас прошу, — мой голос дрожал, в горле образовался ком, — нет, я умоляю вас! Прекратите свои преследования! Дайте мне в одиночестве пережить всё это. Перестаньте давит на меня и угрожать.

Всхлипнув, поспешно закрыла рукой рот, чтобы заглушить рыдания.

— Учительница, а вы хорошо умеете делать минет? — прозвучал его неожиданный вопрос, застав меня врасплох. Я даже плакать перестала, моё дыхание от столь провокационного вопроса перехватило. Глаза широко раскрылись, и у меня не нашлось слов, что ответить. — Вы мне его задолжали в прошлый раз. — Он хмыкнул.

— Вы просто чудовище! — выплюнула я с ненавистью, крепко сжав корпус телефона.

— Я умею быть убедительным.

Еле дыша, я подняла голову повыше, чтобы проклятые слёзы не покатились из глаз. Плакать не хотелось. «Слёзы — удел слабых, да и из-за кого я их лью? Из-за предателя бывшего, который струсил и не рассказал мне всю правду, или из-за этого зарвавшегося богача, который думает, что он пуп земли? Ни первый, ни второй не стоят моих страданий!» — твёрдо решила я про себя.

— Идите вы в, сразу скажу открытым текстом, задницу, господин Волков!

Мужчина неожиданно громко засмеялся. Его смех я слышала не только из динамика телефона, но и с улицы внизу. Впрочем, мне было страшно подняться и посмотреть на него. Поэтому я трусливо решила отсиживаться за перилами балкона и дальше.

— Эти ваши слова я запомнил, учительница. До встречи.

— Не «до встречи», а прощайте! — отрезала в ответ и выключила телефон.

Приложив руку к груди, поднялась на трясущие ноги, ощущая всем телом холод, и всё-таки посмотрела вниз. Его я увидела не сразу. Только когда он прошёл под целыми фонарями, не оглянувшись назад, такой идеальный и совсем не подходящий этому месту, после чего быстро скрылся во темноте. Затем послышался хлопок и через считанные секунды звук отъезжающего машины.

Вот и всё. Я снова осталась одна.

Если бы мне только было тогда известно, что это начало.

Глава 13

Татьяна

— Не забудьте сдать отчёты до шести часов, пока база не закрылась, — напомнила завуч, когда собрание закончилось. Мы все закивали, обещая, что за час-два всё закончим.

С лёгким сердцем я вошла в учительскую, поставила сумку на подоконник и посмотрела, как мелко капало за окном. Уже который день погода выбрасывала непонятные финты: то снег, когда не ждали, то сильный ветер, будто во дворе не середина марта, а жутко холодный февраль. Ну вот и со вчерашнего дня теперь шёл дождь.

С сожалением я покосилась на свои новенькие полусапожки, которые ну никак не хотелось намочить в луже. Но я должна была добраться до остановки, а после и до подъезда, поэтому это было неминуемо. «Капец просто, а не день!» — охарактеризовала про себя.

В школе было непривычно тихо, школьники отправились на каникулы, и только несколько классов доучивались последний день четверга.

Сев за ноутбук, я около полутора часов потратила на отчёты, имена школьников и оценки за четверть. Когда я закончила, был уже четвёртый час. Спина затекла, глаза от яркости экрана устали, да и голова болела. Сняла очки, помассировала виски.

«Устала очень за последнее время. Вот отдохну несколько дней, а потом посвящу время только себе, любимой. Затем можно будет и на работу выйти», — подумалось мне.

Решила на отдых взять в аренду дачу за городом. «Думаю, моих накоплений хватит. Отдохну на природе, без интернета. В одиночестве! И не будет никто меня донимать. Ни бывший с его оправданиями, ни родители учеников. Или один определённый родитель!» — размышляла я, откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза.

Прошло больше недели с момента нашего телефонного разговора. И с того дня от мужчины не было вестей. Он не звонил, не требовал встречи. Никак о себе не давал знать. И я ещё не определилась, как на это реагировать. Неужели он меня услышал? Мне радоваться?

Сдав отчёт, я вышла из школы, сразу попадая под дождь. Хотя бы не ливень. Раскрыла зонт и медленно пошла в сторону остановки. Когда приехала к себе, дождь уже прекратился. Обошла большую лужу во дворе, поспешила в подъезд. Хотелось поскорее оказаться в тепле.

Стоило оказаться в родном дворе, как вокруг меня зазвучали крики детей, что играли на улице. На мгновение я остановилась, с завистью смотря на женщин, вышедших на прогулку с ними. Мне хотелось иметь ребёнка, ощутить все прелести материнства, но… увы.

Отогнав от себя эти мысли, я прошла мимо. У самого подъезда встретилась с какой-то незнакомкой взглядом и мимоходом отметила, что та в положении. Она же будто прочитала мои мысли, показательно накрыв руками живот и смотря на меня явно с презрением. Глаза и нос у неё были красные, словно эта незнакомка незадолго до этого плакала.

Не заострив внимание на ней, я поспешила зайти. Мне было холодно. Особенно под её тяжёлым и внимательным взглядом. Поёжившись, я попыталась стряхнуть с себя это наваждение, тогда как неизвестная женщина встала со скамейки, пытаясь что-то найти в своей сумке. Видимо, сразу ей это не удалось, потому что она чертыхнулась.

Почему-то наблюдая за нею, я не торопилась скрываться в подъезде. Эта ситуация и незнакомка — сгорбившаяся, в дорогой шубе и с красивым макияжем, никак не вписывалась сюда. И ещё она мне казалась смутно знакомой.

— Подождите! — вдруг крикнула та, когда я потянула на себя тяжёлую дверь. А дальше… дальше произошёл просто трэш! По-другому это я никак не могла бы называть.

Не успела я обернуться, как в меня плеснули чем-то. По глазам и щекам, стекая тонкой струйкой, это «что-то» попало мне в уголок губ. Я машинально облизнулась. Обычная вода. Холодная, но вода!

Нахмурилась, рукой стёрла остатки. Я не понимала. Эта женщина, она больная?

— Это предупреждение, Татьяна! — выплюнула незнакомка. — Если ты будешь и дальше продолжать ошиваться вокруг моего мужа, в следующий раз будет не вода, а кислота!

Ошарашенная выходкой этой ненормальной, я просто хватала ртом воздух и не знала, что и сказать.

— Извините, кто вы такая? — Наконец пришла в себя, тщетно пытаясь унять ярость и злость. Женщина беременная, возможно у неё гормоны разбушевались. — И кто ваш муж? Откуда вы знаете моё имя? Это какой-то розыгрыш?

Из подъезда вышла молодая девушка, громко смеясь и что-то щебеча собеседнику по телефону. На нас даже не посмотрела.