Ты мой! Пока не наиграюсь... - Галина Колоскова

стоял возле Юли. Сделала несколько жадных глотком, справившись за короткое время с эмоциями и ответила вопросом.

– Как поживает мама? Всё так же любит мороженное и навязчиво опекает такс, – она усмехнулась. – Помимо обожаемого сыночка, разумеется.

– А ты, наконец-то, нашла любовь всей жизни?

В комнате повисла мёртвая тишина. Блондин убрал звук телевизора, с интересом переводя взгляд с друга на красивую шатенку, которую никогда раньше не видел. Юля молчала. Скажи она раньше, кто вызвался помочь, Нина вряд ли приехала бы, как и неизвестно, согласился бы Олег прийти, знай настоящую фамилию попавшей в беду женщины.

Бывшие любовники сражались глазами. Никто не хотел отвести взгляд первым.

– Олег, Юля обещала, что ты мне поможешь.– Сдалась она первой.– Хватит членами мериться. Тем более, что у меня его нет.

Брюнет, скривив рот, усмехнулся.

– Только железные яйца, – он кивнул, пристально глядя в глаза, – я в курсе.

– Что это будет мне стоить?

Вопрос заданный в лоб подразумевал деньги, части акций, но не то, что прозвучало в ответ:

– Другую жизнь. – Обладатель отличной памяти усмехнулся.– Не считая расходов по мелочам, подробности обговорим позже.

Она вздрогнула, так как знала, что это значит. Последний разговор по телефону с его мольбой о ещё одной ночи, как точки в их отношениях. Как будто её ставят в постели. Молодой, подающий большие надежды служитель власти, младше её на четыре года, считающий, что можно удержать одним лишь сексом. Он не мог понять, как от него такого хорошего уходит женщина. Все хотят, а та, что ему нужна бросает. Много лет назад она ответила:

– «Не в этой жизни». И заблокировала его номер. Ну, что же, пришло время платить по долгам. И горькая мысль: – «Хотела секса? Сейчас тебя отдерут по полной!» Но почему-то это не радовало.

– Познакомься – мой друг Аркадий.

– Тоже из органов? – она вскинула бровь, заранее отметая любой «тройничок»

– Нет, депутат и владелец заводов и пароходов.– Аркадий протянул руку. По-мужски приветствуя красивую женщину с «яйцами».

– Это мой друг.– Пояснила Юлька, только сейчас вступив в разговор, решив, что гроза миновала и никаких разборок с истериками не будет.– Он сказал, что сегодня встречается здесь с другом. Человеком, который может помочь не только с профессиональной слежкой, но и не даст Светличному устроить какой-нибудь форсмажор с Алисой.

– И у многих друзей ты искала для меня защиту?– Она смотрела в глаза подруги и та прекрасно всё поняла. На немой вопрос: – «Перед кем ещё мне придётся раскорячиться?»

Юлька покачала головой. Кто же знал, что этим человеком окажется Олег.

– В «другую жизнь» отправимся после дела? – она напрасно надеялась на благородство и снисхождением. Не тут-то было.

Олег усмехнулся. Он помнил, насколько когда–то ему было больно и от реванша ни за что не откажется.

– Как там у классиков? Утром деньги – вечером стулья, вечером деньги – утром стулья. Бероев положил руку на круглое колено Светличной, пообещав, глядя в глаза.– Нин, я тебя никогда не предам и не продам, что бы там ни было в прошлом. Ему меня не перекупить, поэтому соглашайся. Акция разовая, а защита бессрочная.

Он в открытую выдвигал условия, при свидетелях, нисколько не смущаясь, что ставит кого–то в стеснение. Прекрасно зная непосредственность бывшей Федоровой. Слегка обалдев, что она сама приплыла ему в руки.

– Я ещё не решила, как поступить с Павлом.– Она размышляла, принимать ли помощь такой ценой.

– А тут думать не о чём. – Поставил точку в её сомнениях Бероев. Он кивнул на блондинку.– Судя по рассказу твоей подруги, Светличный сам всё решит в ближайшее время. Жена финдира обязательно проболтается мужу о встрече с тобой. Такие женщины любят, чтоб не только им было больно. Тот тоже не станет молчать. И тогда Светличный начнёт страховаться. Нужно его опередить.

– Что я должна сделать? – Этим вопросом она давала согласие. Из двух зол выбрав меньшее.

– Обо всём потом.– Он поднялся, выразительно посмотрев на Нину.

Она тоже встала и отправилась следом, на ходу пообещав взволнованной Юле.

– Всё будет нормально, я позвоню утром.

Они прошли по длинному холлу. Поднялись на второй этаж, снова коридор, на этот раз как в гостинице с бордового цвета стенами и тёмного дерева пронумерованными дверьми в комнаты по обе стороны.

– Здесь станешь трахать меня?– Задала Нина вопрос, буравя взглядом его затылок, внутренне содрогаясь, не желая, чтоб насилие совершалось в секс общежитие.

– Нет, поедем ко мне. – Он отвечал не оборачиваясь.– Сейчас спустимся и покинем клуб через служебный вход. Отдашь ключи Николаю, он встречал тебя. Пригонит машину туда, куда скажем. С этого дня никаких лишних глаз. Мне незачем светиться рядом с тобой, да и тебе тоже.

Глотнув прохладный ночной воздух, она с отчаянием села в чёрный джип. Бероев сам пристегнул её ремнём, склонившись ниже положенного. Открыто втягивая ноздрями её запах.

– Всё так же…– Он усмехнулся. Память хранила всё.

Она плотно сжала ноги.

Они проехали несколько километров. Говорить не хотелось. Нина настраивалась на то, что сейчас произойдёт. Если с Игорем её ждало что-то новое, по тут разведенная территория, если только Олег не изменил вкусы и не приобрёл новых привычек. Она заметила, как он начал петлять, пару раз заехав в ответвлённые улочки.

– Что-то случилось? – поинтересовалась она, заметил очередной тревожный взгляд вперенный в зеркало заднего вида.

– За нами слежка.

Нина посмотрела в окно, не представляя, как он сумел заметить преследование в бесконечном потоке автомобилей с горящими фарами.

Первая пришедшая в голову мысль:

– Думаешь Павел?

– Вряд ли, – он включил навигатор, краем глаза следя за дорогой, – если только твой муж не установил её раньше. Хотя… – он, так и не договорив, нырнул в очередной проулок, не сбавляя скорости. Пронёсся по узкому дворику, выехал на шоссе, и через десяток метров развернулся в обратную сторону, перестроившись в крайний левый ряд, заявив:

– Планы меняются. Валим из города в дом моей бабушки. О нём знают лишь несколько человек.

Ощущение, что беззаботная жизнь остаётся в прошлом накрыло с головой. Только сейчас пробив бронебойную защиту нервов, наработанную годами. Став триггером к панике, о будущем дочери. На кону по сути стояло не благосостояние с привычным комфортом и плюшками от наличия больших денег.

С её деловой репутацией без высокооплачиваемой работы она не