Малышка его мечты (СИ) - Соловьева Елена

Но увидев Машу в аэропорту, он понял, каким поспешным и недальновидным было его решение. Нельзя вот так взять и одним днем изменить все. Невозможно перечеркнуть прошлое и написать жизнь с чистого листа. Он не должен поступить с Марией так, как поступили с ним. Пусть она выберет того, кто отвечает ей взаимностью. Кто поддержит огонь ее любви, не давая ему угаснуть. Он же, Михаил, давно затух, и уже ничто не воскресит в нем былых чувств.

Впрочем, после того как Маша ушла к себе, отказавшись от попыток соблазнить, он был на грани того, чтобы передумать и все же жениться. Но отмел эту мысль как предательскую.

А на следующий день устроил разнос своему другу и пантеру по бизнесу.

— Признайся, Майкл, это ты надоумил Марию явиться ко мне в спальню?! — рыкнул он, не желая ходить вокруг да около. — Сама бы она никогда на такое не пошла.

Майкл не стал отпираться. Покривившись и вздохнув, он признался, что идея принадлежала ему. Но Маша ее горячо поддержала, желая заполучить Михаила в мужья.

— Ну и зачем тебе эта провокация? — нахмурился Михаил. — Слишком спокойно живется?

— Я всего лишь хотел помочь девушке укротить одного непримиримого строптивца, — сообщил Майкл. — Но, как вижу, ничего из этого не вышло. Ты все же не будешь жениться на Маше? Ее прелести тебя не увлекли?

Михаил прочистил горло и только после этого ответил:

— Увлекли. Но сексуального влечения все же мало для брака. Кстати, Маша сама уже не хочет выходить замуж.

— Что неудивительно. Ты сделал все, чтобы она передумала.

Михаил пропустил последнее замечание друга мимо ушей.

— Она хочет остаться в Майами и согласна на любую работу, — сказал он вместо этого. — У тебя есть что-то на примете?

— Как насчет места в моем ресторане «Матрешка»? — предложил Майкл. — Понимаю, это довольно маленькое заведение и не слишком презентабельное. Зато большинство клиентов и персонала русские. Маше будет легче привыкнуть, пока она не выучила язык. Обещаю взять ее под свое крыло.

— Надеюсь, крылом дело и ограничится, — многозначительно произнес Михаил.

— Да ты никак ревнуешь?! — воскликнул Майкл. Но, заметив непримиримый взгляд друга, поумерил пыл. — Не волнуйся, обещаю, что я Машу пальцем не трону. Протеже друга ― не женщина. Даже если это чертовски привлекательная и обаятельная женщина. Сделаю все, чтобы она почувствовала себя в Майами как дома.

Михаил облегченно выдохнул и кивнул.

— В таком случае я поручаю Машу твоим заботам. Уверен, без меня ей будет куда лучше и проще приспособиться.

Майкл лукаво улыбнулся и небрежным жестом пригладил волосы:

— Как бы тебе не пришлось пожалеть о своем отказе от женитьбы. Как там у вас говорят: куй железо пока горячо? Боюсь, через годок-другой уже ты сам будешь бегать за девчонкой. Вот только согласится ли она простить тебя за прежний отказ?

Глава 17

Мария

Предложение Майкла я приняла с радостью. Не просто как подарок и одолжение, но и как избавление от собственных противоречивых чувств. Я боролась с собой, боясь одержать победу. Одна часть меня требовала остаться рядом с Михаилом, в его доме — столько, сколько это возможно. Другая же уверяла, что пора отбросить девичьи грезы и заняться реальностью. Мне выпал золотой билет, и я не могла упустить его.

— Работа официантки не слишком престижная и высокооплачиваемая, — признался Майкл и развел руками, как бы извиняясь. — Но это все, что я могу предложить. Согласишься?

— Это даже больше, чем то, на что мне приходилось рассчитывать, — призналась я. — Мне известно, как тяжело приходится эмигрантам. Не всем везет так, как мне.

Майкл, кажется, был удивлен подобным признанием.

— Приезжая сюда, ты рассчитывала стать женой миллионера, — напомнил он. — А не работать официанткой в малопопулярном местечке.

Признаться, мне было все равно, есть у Михаила миллионы или нет. Ехала я действительно к нему, но с легкостью согласилась бы выйти замуж за чернорабочего. Наверное, если бы Михаил не добился сколького, нам было бы проще понять друг друга. А так… Мы находились на разных ступенях социальной лестницы. Я смотрела на него снизу вверх, как на небожителя. А он почти не замечал меня со своих головокружительных высот.

Склонив голову к плечу и улыбнувшись, я призналась:

— Шанс на то, что Михаил не передумает, узнав о подмене, был ничтожно мал. Я реально оцениваю свои способности, так что не будем больше обсуждать эту тему. Случилось то, что случилось. Давай лучше обсудим мою работу. И уедем уже отсюда.

Особняк покидала с тяжелым сердцем. Михаил с утра закрылся в своем кабинете и не вышел провожать. Зато Эрика устроила настоящие проводы. С напутственными словами, объятиями и слезами. Она провожала меня если не как дочь, то как хорошую знакомую, почти родственницу.

— А я так надеялась, что наш Русский Медведь остепенится, — сказала она, печально вздыхая.

И подарила мне на прощание потрясающе красивое парео и духи. Легкие, солнечные, с едва уловимыми нотками зеленого яблока и морского бриза.

— Они подойдут тебе, — уверенно произнесла она. — Не забывай наносить их на запястья и зону декольте, как я тебя учила. И не забывай, что у тебя теперь есть подруга.

— Хорошо, — пообещала я, сдерживая рвущееся из груди рыдание. — Только мне нечего подарить взамен. Ничего такого же памятного и красивого.

— Просто поцелуй меня на прощание, — сказала добрая женщина и подставила умело припудренную и нарумяненную щеку. — Обещаю, как-нибудь я выберусь и навещу тебя на новом месте.

На этом мы и расстались.

Майкл оформил для меня рабочую визу. Сначала на год. После, если я докажу свою пригодность и выучу язык, можно рассчитывать и на оформление на более долгий срок. А дальше и до ПМЖ недалеко.

Но об этом я пока даже не мечтала. Слишком боялась, что буйные фантазии разобьются о гранит реальности.

«Сейчас главное закрепить результат, — убеждала я себя. — Доказать, что Майкл не зря за меня поручился».

— Мне бы только это суметь…

«Матрешка», вопреки объяснениям Майкла, оказалась далеко не маленькой забегаловкой. А настоящим рестораном, где подавали традиционные русские блюда: солянку, щи, борщ, пюре с гуляшом и сырники. Частыми посетителями здесь были приезжие русские, соскучившиеся по домашней еде, и жители Южной Флориды, потомки эмигрантов с моей родины. Это уютное местечко с деревянными столиками, расписанными под хохлому, цветастыми занавесочками на окнах и настоящими самоварами, выставленными вдоль стен, стало моим домом. Даже не вторым, а, наверное, первым.

Здесь меня приняли с распростертыми объятиями. Особенно после того, как я стала успевать не только разносить заказы, но и готовить их. Труда я не боялась. А боялась одиночества, потому приходила на работу раньше всех, а уходила позже остальных. Но трудиться от рассвета до заката было для меня не в новинку, тем более что теперь я это делала с удовольствием. А свободное время посвящала занятиям по английскому и освоению интернета.

К тому же в «Матрёшке» я нашла первую настоящую подругу.

Хилари тоже работала официанткой. Она понравилась мне с первого взгляда. Эта пухлая, розовощекая и энергичная девушка так и сияла, словно светилась изнутри. Несмотря на несколько грубоватые черты лица, она казалась такой милой, такой добродушной. Ее улыбка могла бы светить ярче маяка, указывая матросам путь в ненастную погоду.

— Вот она, девушка, разбившая сердце Русскому Медведю! — воскликнула она, увидев меня впервые.

Я на секунду потеряла дар речи.

— Ничего подобного, — возразила, отойдя от первого шока. — Просто…

Сказать, что мою кандидатуру в невесты Михаила, или русского Мишки, как его называли за глаза, я не решилась. Да это было и не нужно. Хилари все обернула так, что я в буквальном смысле воскресла в собственных глазах.