Ненавижу тебя, сводный брат! - Амира Ангелос

мила со мной. На что намекает этот псих? Что Ника нарочно подстроила нашу встречу, еще и наедине? Зачем? — Развлекся? Выпустил яд? Теперь отпусти меня! — требую яростно. — Похоже, что мне весело? — улыбка, которую эта глыба натягивает на лицо, больше похожа на оскал. Не знаю, как мне хватает смелости, но я отталкиваю его и прыгаю в бассейн. Вижу в этом единственную возможность прервать обвинения. Хотя понятно, что он бросится за мной. От него не уйти, я хорошо плаваю, но явно уступаю в скорости. Пока хватает дыхания, плыву под водой. Когда всплываю, сразу отчаянно кручу головой по сторонам. Меня не преследуют. Только осознав, что я одна в воде, что чудовище не всплывет в любую секунду, позволяю себе полноценно вдохнуть. Приваливаюсь к бортику. Никак не удается унять сердцебиение. — А вот и я, — с ворохом брызг Ника прыгает в воду. Не смотря на нее плыву к ступенькам. Выхожу из бассейна. — Эй, Ульяна, ты куда? Что произошло? Меня Рашид позвал. Ты обиделась, когда не нашла меня? Я не слушаю ее объяснения. Сейчас больше всего на свете хочу запереться в комнате, остаться одна. Мне необходимо прийти в себя.

Заворачиваюсь в халат, сую мокрые ноги в тапочки, и направляюсь к выходу. Не хочу оставаться здесь больше ни секунды, хотя Арслана нигде не видно.

Ника слишком упряма, чтобы отстать, она догоняет меня, требовательно хватает за руку.

— Скажи, что случилось?

— Ты специально столкнула меня с ним, да? — оборачиваюсь, смотрю на нее, не скрывая своего раздражения.

— Прости, — вздыхает, даже не думая отпираться. — Я подумала, вам лучше поговорить. Утрясти все…

— В следующий раз найди кого-нибудь другого для своих манипуляций! — стряхиваю руку девушки и быстрым шагом иду наверх.

Очень хочется остаться одной, но увы, в этот вечер вселенная категорически игнорирует мои желания. В моей комнате, которую я нашла не без труда, заплутав по огромному дому, находится мама. Сидит в кресле, вид — заплаканный.

— Как поплавала? — в ее голосе отчетливо звучат нотки обиды.

— Не очень. Замерзла. Думала принять ванну.

— Хорошо, я не задержу тебя.

— Все в порядке? Ты выглядишь расстроенной. Фарид что-то сделал?

— Нет, не Фарид! — восклицает мама, вскакивая на ноги. — Твоя реакция. Ты даже не обняла меня, Ульяна. Я привезла тебя сюда, чтобы ты поддержала меня…

— Извини. Все было слишком неожиданно.

Возможно, я действительно плохая дочь, но вины не чувствую. Мама ведет себя как ребенок. Пытается переложить на меня ответственность. Не понимаю, почему. Возможно, я слишком холодно повела себя. Но ведь ситуация такая сложная! Фарид женат, меня пугает его сын. Арслан определенно в бешенстве от новости о ребенке. Он, наверное, пока не должен был об этом узнать. Все так запутанно, я совершенно не хочу находиться в этом доме, где все пропитано лицемерием.

— Я очень хочу уехать отсюда, завтра утром.

— Но Ульяна… Мы же договорились! Ты делаешь все еще хуже!

— Мне совершенно незачем тут находиться.

Арслан

— Так это правда. Отец собирается жениться! — сестра ходит взад-вперед по кухне, волосы растрепаны, щеки горят. — Арс, я не могу поверить! Мама борется за жизнь, а он… Как он может поступать так? Я не могу… не смогу больше посмотреть ему в лицо!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Успокойся, — сгребаю сестренку в объятия. — Нам уже нужно выезжать к матери, иначе попадем в пробку. Нельзя показываться ей в таком состоянии. Главное, чтобы она ни о чем не узнала. Мы все решим. Потом.

— Как? Как ты решишь? Разве что киллера нанять и грохнуть эту бабу!

— Саида, прекрати. Не говори таких вещей.

— Но Арс… Мне так жаль маму!

Что ответить сестре? В глубине души, как бы ни презирал Нелли, я понимаю, что дело не в ней. Отец всегда изменял матери. Была целая вереница любовниц. Короткие связи, или наоборот, долгие. О некоторых мать узнавала, устраивала скандалы, рвала волосы. Один раз, в детстве, я был свидетелем такой стычки. Мама прямо на улице набросилась на женщину, надавала той пощечин. Бедняга упала на землю, рыдала, закрывала лицо. Это было в родном городке, в горах, где все друг друга знали. Страшный позор для семьи, маму тогда еле оттащили, рядом оказался дальний родственник, он увел нас с улицы.

Да, отец никогда не был верным. Но сейчас, когда мама на грани жизни и смерти, предательство выглядело особенно чудовищным.

В реабилитационный центр, расположенный в ста километрах от МКАДа, мы добрались спустя три часа. Я как обычно сразу отправился к лечащему врачу. Прогнозы здесь озвучивали крайне осторожно, да я и не просил никакой конкретики. Главное убедиться, что матери оказывают максимальное внимание, что у нее все есть.

Место здесь очень дорогое, но оно того стоит. Похоже на пятизвездочный отель. Все возможные виды сервиса. Все самое лучшее. Очень большая и красивая территория.

— Ты выглядишь замечательно, — поправляю плед. Мы расположились в зимнем саду, здесь прохладно, но в то же время комфортная температура. За окнами промозглый серый день, туманный, вязкий. Внутри — фонтаны, много зелени, скамейки, велосипедные дорожки. Мама сидит на диване-качелях, под пушистым пледом, рядом с ней Саида, прижалась как котенок, свернувшись клубочком.

— Спасибо, милый. Знаю, что это ложь, но все равно приятно, — улыбается нежной улыбкой.

***

— Она все знает, — говорит во время обратной дороги Саида. — Спрашивала, как выглядит эта стерва… Хочет увидеть фотографию. Я не могу так больше. Хочу рожу расцарапать этой Нелли! Если мама еще и о беременности узнает, это ее убьет!

— Успокойся. Она сильная, справится. Даже без отца можно жить счастливо.

— Давай уедем из нашего дома. Пусть один останется! — горячо восклицает сестра.

— Хочешь оставить все Нелли? Серьезно? — усмехаюсь. — Это ее точно порадует.

— Он никогда не приведет ее к нам в дом! Не посмеет!

Я совсем не был в этом уверен. Отец словно совсем с катушек съехал. Ему было наплевать на мнение друзей, коллег. Не скрывал Нелли, везде с ней появлялся.

Чем она его зацепила? Красивая? Да, вполне. На этом достоинства заканчивались. Я не видел в этой женщине ни ума, ни интеллекта, ни души. Пустышка. Красивая картинка, но такая пустая… Даже в ее дочери куда больше чувств.

Девчонка явно понимала всю неприглядность истории, в которую ее мать втянула. Еще и Рашиду в дом притащила! Мой второй отец — так он любит себя называть, обожает молоденьких. То, что Ульяну притащили словно на смотрины, даже меня покоробило.

Не получалось до конца разобраться в этой девке. Больше всего взбесило, что за ужином и отец, и Рашид,