Женщин обижать не рекомендуется - Виктория Осадчая

— Если у тебя есть оружие, лучше спрячь, иначе я тебя точно пристрелю.

Размазанная по лицу тушь, грязная обувь, дрожь… За это он и сам готов был себя прибить. Проигнорировав то, что его ударили, Егор усадил девушку в автомобиль и сам устроился рядом, включив обогрев посильнее.

— Рассказывай.

— Какие-то уроды поджидали меня у больницы, — она говорила, а он старался выудить у нее каждую незначительную деталь.

— Отец? А кто твой отец?

— Я его никогда в жизни не видела, не слышала о нем и не знаю вообще, кто этот человек.

— Значит, нам нужно его найти. Но сначала я разберусь с ними.

— Тебе тоже есть послание, Джокер. Им не нравятся твои махинации с боями. Я не знаю, что это все значит, но по морде ты получил за дело.

— Черт, похоже я знаю, кто это был, — и если он начнет с ними войну, шеф его за это по головке не погладит.

— Судя по твоему выражению лица, месть отменяется, — хмыкнула Полина.

— Не отменяется ничего, Принцесса. И я тебе самой дам в руки ствол, чтобы ты с ними разобралась.

— Решил моими руками? Мужик! Оставь их в покое. Найди лучше моего папашу. У меня есть к нему несколько вопросов.

— Это может занять некоторое время, — предупредил Егор.

— Я двадцать пять лет ждала, — хмыкнула Полина. — Так что несколько месяцев для меня роли не сыграют. Отвези меня домой.

— Ко мне? — уточнил Егор.

— Нет, в твоей компании я хочу меньше всего находиться.

Вздохнула, укуталась в пальто и закрыла глаза. Бедная уставшая девочка…

7. ПРИНЦЕССА ПОЛИН

Ты всегда таинственный и новый

Я тебе послушней с каждым днём.

Но любовь твоя, о друг суровый,

Испытание железом и огнем.

А. Ахматова

Май. Я всегда любила май, до безумия, до одурения в мозгу. А ещё мне нравилось, что всё вокруг начинает оживать, словно природа, как реаниматолог, вдыхает жизнь в умершие, казалось, тела. Моё тело тоже умирало.

Нет, не так, душа. Она болела. Я спасалась работой, где теперь чувствовала себя более комфортно. На кафедре все удивлялись, что я смогла пробиться к Порошину, это мне давало большой авторитет на защиту моей научной работы. В итоге я стану дипломированным врачом. Даже не врачом, а хирургом.

Однако, науку оставлять я не собиралась, потихоньку думая над темой докторской диссертации. Конечно, до этого времени мне было как до Парижа, но с моими успехами энтузиазм заряжался с каждым днём.

Пострадала только личная жизнь. Времени хватало на редкие встречи с подругами, двое из которых страдали от своей неуклюжести и были похожи на бегемотиков. Рима должна была родить в середине июня, Алиске срок ставили на сентябрь, поэтому в их компании иногда приходилось слушать стенания о нелегкой женской судьбе. Но душа болела не из-за этого. И даже не из-за того, что Олег вернулся в свой Новосибирск, а второе свидание нам сорвал Порошин, которому вдруг в срочном порядке потребовалось меня вызвать в больницу. Видите ли экстренная операция. Хотя она действительно оказалась интересной.

Я ведь тогда с большим удовольствием сбежала от Барышникова потому, что я всё время пыталась сравнить его с Егором, который пропал с моего горизонта. Вот по этому поводу было очень хреновастенько. Это когда взяли кусочек чего-то колющего и ненужного и засунули тебе за пазуху. И теперь не комфортно и ты вытащить это не можешь, и не можешь увидеть эту дрянь. А позвонить?

Господи, Да я же девочка! Куда звонить? Нет, у меня же гордость есть.

В субботу вечером после работы захотелось девочкам практиканткам из «рентгена» пойти повеселиться. Мы давненько спелись. Они часто таскались ко мне, вроде как чайку попить, на самом деле поглазеть на Костика и Серёгу, которые у нас пользовались популярностью у женской половины хирургии и травматологии. Мальчики за нами прицепились, как и медсестричка из нашего отделения — Рита. Вот такой большой и дружной компанией было решено идти в клуб.

— Давайте в «Пирамиду» ляпнула я свое предложение после долгих споров с выбором места.

— Ага, весь вечер возле клуба проторчать — скептический настрой Серёжки предавался и другим.

— Обещаю, что сегодня мы повеселимся — зачем-то снова встряла я. Ну, раз головы нет, это не значит, что нужно ещё и опозориться. Подсознание само меня туда вело.

Загрузились по машинам. Парни на своей «Тойоте», которая принадлежала Костику, а девочки выбрали автомобиль посолиднее, то есть мой.

Возле «Пирамиды» снова толпа. И откуда они только здесь берутся? Ну, знают же что не пустят. Меня всю колотило потому, что я могла потерять свой авторитет перед коллегами. А это ой как нехорошо.

Рожа охранника знакомая. Значит, Женя меня должен вспомнить.

— Добрый вечер, Полина Викторовна, — поздоровался Евгений, что не могло не удивить моих спутников, и не порадовать меня.

— Добрый! Мы можем пройти?

— На них разрешения не было, — указал он на моих друзей.

— И что, нам разворачиваться?

— Нет, конечно, проходите! — улыбнулся он как-то добродушно. Я хотела спросить про Егора, но все не решалась, ожидая пока мои спутники войдут.

— Егора Борисовича сегодня нет, — сообщил Евгений, видимо, прочитав все по моим глазам.

— А Путейцев? — я, кажется, даже расстроилась.

— Туточки. Сообщить?

— Если можно. Спасибо, Жень!

Полумрак, бьющий по глазам свет, моргающий на танцполе, грохот музыки. Бррр! Лучше бы дома в этот момент была. У бара встретил Алешка, который нас уже ждал. Оперативность, однако!

— Привет! Какие гости к нам пожаловали! В следующий раз предупреждай, чтобы вам столик успели освободить. Моя компания вам подойдёт?

— А у нас есть выбор? — улыбаюсь я.

— Нет! Идемте. Я даю знак ребятам, мы поднимаемся наверх, где звук музыки не такой громкий, а уютная VIP комната скрыла нас от любопытных глаз.

— Так мы тебе помешали? — интересуюсь я, видя шикарно накрытый стол.

— Да, нет. Джокер попросил организовать, а сам дома остался. Тёлка его скандал закатила, настроение испортила. Так что, это все вам! За все уплачено!

— Нифига себе, — встряла Ритка, оглядывая «поляну». — Поля, у тебя такие интересные знакомые.

— Алексей, — протянул ей Путейцев ладонь, а я проваливалась в себя. «Тёлка»… У него есть та, которая может испортить ему настроение. Круто! А я дура, которая надеялась на что-то. А все оказывается намного проще. Территория занята, и я всего лишь окупант, который попытался захватить. Хотя была ли эта попытка вообще? Я что-то сильно сомневаюсь. Секс у нас был на эмоциях, он спасённый, я —