Это война, братишка (СИ) - Корр Кристина

– Жаль, – отзывается Аманда. Мы идем в главный корпус относить табель с посещаемостью семинаров. Своего рода отчетность. – Мы уже настроились.

– Мы можем пойти сегодня, – беззаботно предлагает Лесли.

– Слушай, а это идея! – радостно поддерживаю и хлопаю парня по плечу. – Значит, сейчас всё сдаем, обедаем и идём. Скейт, как всегда, при мне.

– Эй! Подожди! – нас кто-то окликивает. Мы одновременно поворачиваемся. Я вижу какого-то незнакомого парня, и буквально перед носом вырастает довольный собой футболист. Сегодня он просто светится: на парне белая рубашка, небрежно повязанный галстук, черные классические брюки, светлые волосы торчком и оскал до небес.

–Так и знал, что ты не глухая, а просто маленькая обманщица, – ласково протягивает он.

Мне бы растеряться… но вот незадача, я забыла, как это делается.

– Аллилуйя! – выкрикиваю, вскинув руки к небу. – Свершилось! Люди добрые, – обращаюсь к прохожим, что косятся на меня, как на сумасшедшую. Кто-то улыбается, кто-то крутит пальцем у виска. – Свершилось божественное чудо! Теперь я могу слышать этот удивительным мир. Спасибо тебе, милый человек, – кланяюсь в пояс растерянному парню. На него тоже все смотрят. – Ну, всего доброго, – козырнула двумя пальцами, подхватила Аманду и шустро почесала на второй этаж под прожигающим взглядом парня.

– Ты уверена, что колледжем не ошиблась? – смеется Лесли. – Кинематограф многое потерял.

– Ты была глухая? – скептически спрашивает Аманда и поглядывает назад. Жалко мне её, зря она на этого мудака запала.

– Временами, – пожимаю плечами. – Как павлинов вижу, так слух пропадает. И зрение.

Мы сдали в деканат табели и зашли в столовую, чтобы получить полноценный обед и уже оттуда отправиться в парк. Я взяла себе тарелку грибного супа и салат. За пироженками не пошла. Развернулась и чуть не врезалась в стоящего позади парня.

– Да что же это такое! – вслух выругалась, обнаружив, что немного разлила суп.

– С какого ты курса? – требовательно спросил высокий и крепкий шатен. Удивленно вскинула брови и, решив с идиотами не связываться, спокойно обошла его по кругу. Приятели – следом за мной. Только устроились за столом, как Идиот сел напротив и хищным взглядом впился мне в лицо. М-да…

– Дарен, отвали от неё, – сердито прошипела Аманда.

– Не лезь, – отмахнулся парень. – Я задал тебе вопрос, – повторил упрямый крендель.

– Хочешь салат? – спокойно спросила, пододвигая к нему тарелку. – Ну, если не хочешь, не мешай нам обедать, пожалуйста. А футболисту своему передай: он очень крутой, безумно красивый и всё такое, но у меня есть парень, в которого я окончательно и бесповоротно влюблена. А ещё я маленькая и вредная дрянь, которая скорее отгрызёт ему руку, чем распрощается со своей невинностью, – улыбнулась и помахала на прощание. Мне бросили вежливое: «Больная!», – и удалились под аплодисменты Лесли. Аманда нахмурилась.

– Зря ты про невинность намекнула. Теперь он точно не отцепится. У Дастина на этом пунктик: пломбы срывать.

– Как бы ему зубы не сломать, – задумчиво бормочу, поглядывая на вход. Вот засветилась на свою голову. Больше в главный корпус ни ногой.

***

Парк оказался самым обычным: даже не парк, а набор трамплинов и дорожек на какой-то стройке, рядом с обычными жилыми домами. Народу тут, правда, много. И зрители и скейтеры. Много крутых ребят, что делают стойки, если выражаться понятным языком, а не сленгом катаются по краям лавок и трамплинов, переворачивают доски в воздухе и делают многое другое. Я не то что бы классно катаюсь, но пару разворотов могу выполнить, проехаться по ребру скамейки или по поручню.

Аманда с Лесли устраиваются на лавке и подбадривают меня криком. Теперь понимаю, зачем сюда приходит Аманда: тут много симпатичных парней и есть на кого глаз положить. Только я думаю о том, что бы приготовить на ужин?

Катаюсь с удовольствием и с радостью общаюсь с другими скейтерами. Несколько ребят вызвались помочь мне отработать трюк, который в конечном итоге у меня получается, и я прокатываюсь по разгонке на двух передних колесах. Многие мне аплодируют, а я шуточно раскланиваюсь.

– Держи свой рюкзак, у тебя там телефон надрывается: уже третий раз звонит, – говорит Аманда и протягивает мне воду, а в другой руке держит рюкзак.

Жадно пью, довольная собой, и нахожу телефон. Макс звонил. В душе зарождается тревога, и я отхожу в сторонку.

Брат отвечает после второго гудка.

– Ты где? – сердито спрашивает. Я немного теряюсь.

– Эм-м, катаюсь. Ты же вроде на репетиции должен быть, – ничего не понимаю и смотрю на часы. Всего пять вечера. Что ему нужно?

– Я знаю, где я должен быть. А вот где шляешься ты, это вопрос. Твой семинар закончился два часа назад, я проверял расписание.

Тут я растерялась окончательно.

– Макс? – подозрительно спрашиваю. – Это точно ты? Ты здоров?

Брат хмыкает.

– Я-то здоров. А вот ты? Где ты вообще, мелкая? – уже беззаботно спрашивает он. Я всё ещё в ауте.

– Катаюсь на скейте, – смеюсь, стараясь скрыть нервную дрожь.

– Будь там, я тебя сейчас заберу, – твёрдо произносит Макс и отключается. М-да…

– Всё в порядке? – обеспокоенно спросил Лесли.

– Да, – рассеянно ответила. – За мной сейчас приедут. Если хотите, можете идти, – села на лавку, а рядом бросила рюкзак. Приятели сели по бокам от меня.

– Мы ещё посидим, тебя проводим, а потом пойдем, – улыбнулась Аманда.

– Ага… – задумчиво протянула. Что Максу нужно? Мне совсем не хотелось, чтобы он за мной заезжал, интересовался моими делами и вообще…

– Ты пойдешь на осенний бал? – спросила Аманда, выдёргивая меня из размышлений.

– Я? – изумлённо спросила. Лесли усмехнулся. – Знаешь, такие мероприятия не по мне.

– Странная ты, – добродушно произнесла подруга. – Выглядишь, как девчонка, но катаешься на скейте, на парней не смотришь, может ты… того…

Мои глаза заметно расширились, но я не растерялась.

– Конечно, я лесби! Самая настоящая. Так что берегись, Аманда! – состроила глазки и эротично закусила губу.

Ребята рассмеялись, но тут взгляд Аманды стал хищно-удивлённым, и она подскочила с места.

– Господи! – восторженно вскрикнула она, как будто там и правда Господь Бог. – Извини, Кам, но в другой раз, сейчас я люблю мальчиков, – иронично ответила она и полезла в сумку. Я повернула голову, чтобы понять: что же стало предметом её тревоги? А-а-а, понятно…

– Я на минуточку, – радостно запищала девушка и перешагнула лавку. – Просто обязана взять автограф!

– Ага, – насупилась я и отвернулась. Чёрт! Я и забыла, что Макс популярен в этих краях. Я же ни разу с ним на людях не была и не могла в этом убедиться.

Макс застрял на полпути ко мне. Девчонки с ручками и телефонами облепили его.

– А ты не фанатка «Райских»? – удивленно спросил Лесли. Странно, у нас они «Парадис», здесь – просто «Райские», с этим переводом ничего не ясно, или у нас не переводят? А-а, не важно!

– О-о, ещё какая фанатка, – криво усмехнулась, даже не глядя в ту сторону. Блин, почему так неловко-то? – А ты вроде фанат Аманды, почему не скажешь ей? – решила сменить тему.

Лесли усмехнулся.

– Спятила? Аманда, конечно, симпатичная, умная, интересная, круто рисует и играет в монополию, но вешается на всех смазливых парней. При этом никого не любит, но искренне переживает из-за каждого. Я лучше посмотрю на это безобразие со стороны в качестве друга. Может, лет через пять она остепенится и обратит на меня внимание.

– Да ты оптимист, – улыбнулась в ответ. Аманда уже взяла автограф и, сияя от счастья, направлялась к нам.

– Я реалист, – отмахнулся Лесли.

– Он такой… – восторженно прижимая к груди блокнот, пропищала девушка.

– Идиот? – скептически вздернула бровь. Лицо Аманды вдруг вытянулось от удивления и испуга, она смотрела поверх моей головы. – Он за моей спиной, да? – обреченно спросила. Лесли скрыл смешок.

Макс подхватил мой рюкзак, закинул себе на плечо, а меня по-хозяйски взял за руку.