Слишком чужой, чтобы быть родным (СИ) - Поздно Джулия

Я продиктовала адрес выставочного центра. По голосу мужа поняла, что он был удивлен.

— Екатерина Юрьевна, к вам посетитель, — раздался звонок с пульта охраны.

— Спасибо, я сейчас подойду.

Не видела смысла приглашать мужа в приемную. Не в моих правилах решать личные вопросы в офисе: и стены имеют уши. В глубине души я обрадовалась его звонку и понадеялась, что Кирилл, наконец оценил, какое место я занимала в его жизни. У меня будет от него ребенок и мне очень хотелось поделиться с ним этой радостной новостью. Ведь мы так давно об этом мечтали…

Он ждал меня у проходной. Прежнего лоска в муже я больше не замечала: его деловой костюм был изрядно помят, ворот рубашки расстегнут и даже виднелось место оторванной пуговицы, из-под рукавов пиджака виднелись застиранные манжеты рубашки.

Сердце сжалось от тоски и в какой-то момент его даже стало жалко.

Я постаралась ничем не выдать интереса к его визиту, показывая напускное равнодушие, хотя в душе творился полный хаос.

— Привет, Кать, — мазанул по мне пустым взглядом Кирилл.

— Привет. Давай сразу к делу!

— Без проблем. Правда, я думал ты пригласишь меня к себе в кабинет, это деликатный вопрос и не терпит посторонних глаз.

«А может все-таки он… Передумал?»

— Извини, но нам не разрешено приглашать родных или друзей.

В руках у него была какая-то папка с документами, он ее быстро раскрыл и посмотрел на меня:

— Я был у знакомого юриста… Мы ведь не заключали с тобой брачного договора, хотя ты и без меня в курсе, что все, что у нас было — куплено на мои деньги.

— Ты хотел сказать наши?! — сейчас я чувствовала, что та жалость, которую я испытывала еще совсем недавно, куда-то пропала, и в груди разгорались чувства совсем другого характера.

— Не передергивай! — муж одарил меня холодным взглядом и достал из кармана ручку. — Ты не думай, ничего лишнего себе не приписал. Подписывай! — и вложил мне в ладонь ручку.

Я бегло просматривала документы и понимала, что он просит отказаться меня от всего имущества в его пользу. Мировое соглашение на стадии досудебного разбирательства. И если я соглашусь, мы избежим досудебных тяжб, которые порой затягиваются на года. Подписав эти документы, мы станем окончательно чужими друг для друга.

«Дура! Меня использовали, как сотрудника по найму, и как истек срок договора, сразу указали на дверь!»

От злости я бросила ручку в папку с документами.

— Неужели ты так ничего и не понял? Кирилл, посмотри на меня! Мне никогда не нужны были твои деньги! Я любила тебя и хотела прожить с тобой, всю свою жизнь…

— Кать, не устраивай истерик! Ты будешь подписывать документы или нет?

В моей голове до сих пор не укладывалось, как можно было так поступить с любящим человеком?

— А знаешь, что дорогой… Катись к своей Гелле! Похоже тебя все очень устраивает, а уж как ее, я лучше промолчу! Ты ведь здесь из-за нее?! Что, у любовницы закончились деньги на СПА, и ты решил подстраховаться, чтобы наивная Катя не прозрела, и не лишила благ и привилегий твою новую пассию?

— Не неси чушь! Ты сама ушла от меня, если ты помнишь! Подписывай! — он перешел на крик и стал силой вкладывать мне в руки папку с документами.

Сотрудники выставочного центра, спешившие на обед, с интересом поглядывали в нашу сторону.

Обида, боль и унижение, которое я только что испытала, подтолкнули к необдуманным действиям с моей стороны.

— Мне не нужны твои деньги, и ты больше не нужен. Я воспитаю ребенка прекрасно и без всего этого, благо есть кому помочь!

«Слово не воробей, вылетит не поймаешь…»

— Какого ребенка? — удивленно произнес Кирилл. — Я понял… На жалость решила надавить и придумываешь все по ходу событий?! Да ты же пустышка! Какие дети, сама-то себя слышишь? Или так завралась, что сама поверила в этот бред?

Мы продолжали ругаться и перекидывать папку с документами из рук в руки, пока за спиной Кирилла, не возник неожиданно Вадим и не схватил мужа за ворот рубашки.

— Что здесь происходит? Ты кто такой? — раздраженно поинтересовался босс, потряхивая мужа за шкирку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Валил бы ты отсюда, мужик! Не лезь не в свое дело! — дерзко прервал Ковалева Кирилл.

— Что?! — возмущенно проговорил Вадим.

Кирилл не придумал ничего умного, как замахнуться на Вадима, но тот быстро среагировал и уклонился, зато муж не успел и получил кулаком прямо в глаз.

Я металась между ними и пыталась разнять, но это не помогало.

«Двое дерутся, третий не лезет» — хорошая поговорка, но кто бы слушался. Я повисла у босса на локте и слезно проговорила:

— Вадим Денисович, перестаньте… Это мой муж!

Его словно холодной водой облили, он слегка дернулся в сторону и разжал руку, в которой держал Кирилла. Взъерошенные волосы, безумный взгляд, сбившиеся дыхание — я никогда не видела Ковалева таким.

— Извините, Катерина я не знал …

Ему потребовалась ровно минута, чтобы прийти в себя. Поправив выбившийся из узла галстук, и одернув пиджак, Вадим двинулся к проходной.

— Какой же ты придурок! — злобно прошипела я в адрес мужа и бросилась догонять Ковалева.

— Вадим Денисович, подождите!

Когда мы оказались одни в его кабинете, было очень неуютно и, как мне показалось, стало прохладнее.

— Катерина, потрудитесь объяснить, что делал ваш муж на проходной? И почему вы не могли оставить семейные разборки для дома?

Мне не хотелось оголять душу перед ним, но скрывать все дальше не представлялось возможным.

— Вот, — я протянула ему ту самую зловещую папку, из-за которой произошла нелицеприятная сцена.

— Что это? — рассерженно проговорил Ковалев и стал просматривать ее содержимое.

— Эти документы не мои, а мужа, и я их должна подписать. По ним я полностью отказываюсь от совместно нажитого имущества в браке. Мы с мужем на стадии развода, он изменил мне с другой, — мне не хотелось о личном рассказывать вот так, но как-то я должна была оправдаться в его глазах.

Глава 16

Вадим

— Катерина Юрьевна! Что за безобразие вы устроили на служебной территории? Не хватало мне только семейных сцен на работе.

— Я приношу извинения, такое больше не повторится никогда!

— Естественно! Я просто не позволю вам этого.

Она тяжело вздохнула и опустила глаза в пол.

«Не хватало только, чтобы разрыдалась на моих глазах. Терпеть не могу женских слез!» — с раздражением подумал я.

— Да, сядьте вы уже! В ногах правды нет!

— Спасибо, — тихо сказала она и присела на край дивана.

«Какие красивые у нее колени!» — отметил я про себя, невольно обратив внимание на ее позу.

— Что у вас случилось, рассказывайте! — немного смягчившись, произнес я.

— Мне бы не хотелось, слишком личное!

— Да, ладно, бросьте! Я уже, невольно, стал свидетелем вашего конфликта с мужем и принял в нем самое активное участие…

Она посмотрела на меня глазами полными слез, щеки ее раскраснелись, прядь волос выбилась из прически и легкой волной опустилась на плечо.  Катерина сильно нервничала и не знала, как поступить....

«Хрупкая и беззащитная!» — подумал я.

— Мы с мужем разводимся, не смогли справиться с кризисом трех лет.

— Не сошлись характерами?

— Нет, дело не в этом, — она взяла паузу, а потом продолжила, — месяц назад, мы были приглашены на юбилей компании, в которой муж работает на протяжении нескольких лет. В тот вечер, блуждая по холлу «Даймонда» в поисках дамской комнаты, я услышала голос мужа, из-за приоткрытой двери в конференц - зале.

— «Даймонд»? — переспросил я, может я ослышался.

Она кивнула и замолчала. Видно было, что каждое слово ей дается нелегко.

— Продолжайте. Если сказали «а», то говорите и «б».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Он там был не один…— прошептала Катерина. — Никогда не знала, что это так больно!

— Ясно. Как говорится, факт измены налицо…

Неожиданно, в моем сознании всплыло одно из тех неприятных воспоминаний, которое я с удовольствием стер бы из памяти начисто, но не смог — полуобнаженная Ритка и декан, со спущенными штанами. За долгие годы, рана на сердце от предательства женщины, так и не зажила, просто боль стала приглушенной.  Сейчас, я невольно оказался с Катериной, в одной лодке… Лодке, разбитой о берега любви!