Первый... (СИ) - Юдина Екатерина

— Попробуй и мы сразу окажемся на кровати.

Я покраснела и мысленно чертыхнулась. Задалась вопросом, а не издевка ли все это? Этот вариант более правдоподобный.

— Если поменяем уговор, он будет действовать только до тех пор, пока нас не найдут. После этого ты свободна. Ходи в универ и делай все, что хочешь. Ты перестанешь быть моим рабом на месяц и я больше не буду тебя трогать.

Кириан встал с кровати и лениво подошел ко мне. Тоже взял воду, но пока что не открывал бутылку.

— Согласишься — я тебя не обижу, Очкарик. Буду брать свое, но обещаю быть осторожным.

— Ты обижаешь меня уже таким жутким предложением.

Кириан хищно улыбнулся и, наклонившись, положил ладонь мне на шею сбоку, после чего сказал на ухо:

— Я вижу, что ты не тронутая. Не люблю девственниц. С ними столько проблем, но тебя, Очкарик, хочу потрогать.

— Прекрати, — прошептала и хотела отстраниться, но почему-то не смогла даже пошевелиться.

— Нас могут найти в любой момент. Это выгоднее, чем быть моим рабом в течение еще трех с половиной недель. Поверь, я могу быть плохим.

— Я уже это поняла, — буркнула, пытаясь сдержать дрожь от того, как дыхание парня обжигало кожу.

— Я буду осторожным с тобой и все, что произойдет в этом месте, тут и останется. Несколько часов ты можешь подумать.

— Не нужно, — я отрицательно качнула головой. — Я и так могу дать ответ — нет. Лучше я продолжу быть твоим рабом. Это не так унизительно, как то, что ты сейчас предлагаешь.

Я скользнула вбок, наконец-то отстраняясь от Агеластоса и отходя от него на максимально дальнее расстояние.

— Думай, Очкарик, — Кириан открыл бутылку с водой, но, прежде чем поднести ее к губам, сказал: — Привыкай.

— К чему? — настороженно переспросила.

— Ко всему.

— Мне не нравится, когда ты так говоришь.

Кириан пошел к вентиляции и на меня больше не смотрел. Я сразу порывалась пойти за ним и более настойчиво спросить о том, что Агеластос имел ввиду, но вовремя остановила себя. Возможно, эту тему лучше больше не затрагивать. Более того, наверное, стоит сделать вид, что этого разговора вообще не было.

Впервые я убегала от проблемы. Но так же это было впервые, когда я настолько сильно растерялась и просто не знала, как себя повести.

Пытаясь все это обдумать, я поймала себя на мысли, что Кириан вообще во многом становился для меня первым. Именно он затрагивал те грани, которые в моем случае всегда были не тронутыми и делал это в своей манере — жестко и прямолинейно. Пробирался под кожу будоражил.

Вот только, мне это не нравилось. Я желала, чтобы подобное прекратилось, но Кириан не оставлял в покое. Уже сейчас брал то, что хотел.

Глава 9. Боишься

Наступил период затишья. Я взяла книгу и опять села на коробки. Читать не могла, но делала вид, что очень сильно увлеклась строками. Иногда посматривала на Кириана и пыталась предположить в насколько сильный ад превратится моя жизнь на ближайший месяц.

Я ни на секунду не сомневалась в том, что Кириан может быть по-настоящему плохим и вот это меня настораживало.

— Мне нужна твоя помощь.

Я оторвала взгляд от книги и посмотрела на Кириана.

— Какая?

— Достань ту коробку, — Агеластос кивнул в сторону шкафа, на верхней полке которого находилась компактная коробочка из картона.

— Она высоко.

— Ты уже прекрасно показала свое умение лазить по шкафам.

С этим не поспоришь, но тогда я убегала от Агеластоса и не удивилась бы, если бы вообще залезла на стену, но, не желая затрагивать эту тему, я поплелась к шкафу. По полкам полезла вверх, вот только, чуть не свалилась вниз. Удержалась лишь благодаря тому, что ладонь Кириана легла на мою поясницу и придержала.

— Не трогай меня, — зашипела, пытаясь хвататься за полку.

— Предпочтешь упасть и разбить голову о бетон?

— Да, — сказала упрямо.

— Хорошо.

Агеластос отпустил меня и я, вскрикнув, тут же поползла вниз. Чуть ли не ломая ногти попыталась удержаться за полки, но пальцы заныли и начали ослабевать.

— Ладно. Держи меня… Быстрее! — вскрикнула, понимая, что, еще немного и точно рухну. К счастью, Кириан вовремя подхватил меня, но уже теперь его руки оказались у меня на попе. — Выше подними их.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что такое, Очкарик? Боишься, что я тебя облапаю? Опорочу и тебя потом замуж никто не возьмет?

— Да мне потом месяц отмываться только из-за того, что я так долго пробыла в одной комнате с тобой.

Кириан подхватил меня и опустил на пол.

— Я не успела достать коробочку.

— Плевать. Обойдусь без нее, — Агеластос сказал с безразличием. — Почему ты мне отказываешь? Бережешь себя для своего друга?

— Может быть. Или, возможно, я отказываю тебе потому, что ты мне просто не нравишься. Такой вариант ты не предполагал? — буркнула, собираясь отойти в сторону, но Кириан меня остановил. Положил ладонь на талию и придержал.

Ткань майки была слишком тонкой, из-за чего я так отчетливо чувствовала ладонь Кириана, сейчас находящуюся у меня на талии. Какая же она у него огромная. А еще грубая, но так же до невозможности горячая.

— С тобой столько проблем.

— Это еще каких проблем? — буркнула и попыталась отойти в сторону, но Кириан сделал шаг вперед и буквально вдавил меня в стену. Нет, мы не прикасались друг к другу, но Агеластос стоял слишком близко и само его присутствие очень сильно давило. — То, что я не согласна отдаваться тебе? О, да, это прямо колоссальная проблема. Но, знаешь, в данном случае мне нравится быть проблемной.

— Ты зажатая.

— Неправда.

Кириан приподнял один уголок губ, а потом опустил свою ладонь немного ниже, буквально кончиками пальцев сбоку проникая под пояс моих джинсов. Он не касался никаких интимных участков тела, но почему-то я ощутила себя так, будто от ладони Агеластоса исходили электрические разряды, вмиг прошедшие по всему телу и как-то странно собравшиеся в некоторых местах.

Кириан провел большим пальцем по коже, вызывая новую волну дрожи и, наклонившись, своими губами прикоснулся к моим. Очень короткий поцелуй и слова сказанные мне в губы:

— Я же сказал, что не обижу. Сразу расстегивать ширинку не буду, — он еще раз поцеловал, а я дернулась так, словно уже теперь губ касался раскаленный метал. Щеки пылали и я ощущала себя так, словно меня бросили в костер.

— Тогда, что ты собираешься делать? — почему-то голос прозвучал слишком тихо.

— Потрогать тебя хочу.

— И променяешь это на месяц моего рабства? — я криво улыбнулась, стараясь скрыть мысленный ураган, сейчас рвущий мое сознание на куски.

Что вообще означало «потрогать»? Кириан сейчас прикасался ко мне и, в принципе, это было не так ужасно, как месяц рабства. Особенно, если учесть то, что нас могли найти в любой момент и после этого я буду полностью свободна.

Осознав, что уже теперь всерьез задумывалась над предложением Кириана, я мысленно влепила себе очень сильный подзатыльник, но, проклятье, думать об этом не перестала.

— Я предпочитаю выбирать то, что на данный момент интересует меня больше всего.

— А потом? Ты действительно не будешь трогать меня, после того, как мы выберемся отсюда?

— Да. Я уже говорил — после этого делай все, что хочешь. Новая сделка не выходит за пределы этого подвала.

Я сделала несколько глубоких вдохов и попыталась собраться с мыслями, но рука Агеластоса, все так же лежащая у меня на талии мешала сосредоточиться.

— Мне нужно подумать, — наконец-то сказала.

— Нет.

Я резко подняла голову и посмотрела на Кириана.

— Почему?

— На это я уже давал тебе время.

— Мне его было мало, — я качнула головой. — Мне нужно еще.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Нет, Очкарик. Все нужно делать своевременно.

Я хотела сказать, что он точно загонял меня в тупик. Можно даже сказать, что в ловушку, но промолчала, а Агеластос наклонился и вновь поцеловал. Очередной разряд тока и я попыталась отстраниться, из-за чего его губы мазнули по моим.