Случайно беременна, или Позволь тебя любить (СИ) - Касс Вероника

— Я говорил тебе вчера, что то, что ты живешь в моей квартире, может вызвать много лишних вопросов. Вот итог.

— За это он захотел меня убить? — взвизгнула я. Пожалуй, кто-то назвал бы меня сейчас истеричкой или трусихой, но он не ушел бы далеко от правды, ведь мне действительно было очень-очень страшно.

— Это преувеличение. — Руслан сжал губы, а затем, не разрывая нашего зрительного контакта, провёл пальцами по моим щекам, наверное вытирая слёзы.

— Уверен?

— Уверен, что он старается загнать меня в угол. Манипулируя тем, что мне нужно. Но не думаю, что он все же способен на такое. — Его взгляд словно потемнел на несколько тонов, став похожим на взгляд дикого зверя.

Руслан спустил пальцы к скулам и подбородку, а затем пробежался ими по моей шее, прикрыл глаза, шумно вдохнул, выдохнул, а когда распахнул веки, его взгляд опять был холодным и словно безучастным. Как будто его не трогали ни мои слезы, ни моя близость, ни вообще все то, что происходит.

— Руслан, пожалуйста, объясни мне от и до, что случилось. Чем я так разозлила твоего отца? Почему ты идешь у него на поводу? Ты ведь из-за него развёлся, да? Но почему именно так? Почему не пришёл и не поговорил со мной? Ты же мог объяснить… — я запальчиво шептала, хотела взять Руслана за лицо, и только тогда осознала, что его костюм был все еще в моих руках.

Востров проследил за моим взглядом и усмехнулся, потом с усилием забрал у меня вешалку. Мои пальцы к ней словно приросли, но все же пиджак с брюками полетели на кровать.

— Я был в поездке и в какой-то момент испугался. Меня не было рядом с тобой. И поэтому пришлось так.  Оглаской я привлёк внимание к тебе, хотел обезопасить.

— А предупредить?

Руслан поморщился, мотнул головой и нехотя произнёс:

— Из тебя отвратительная актриса, Лия. Все на лице написано. Знала бы ты заранее — никто бы не поверил.

Чертова кроличья нора. Куда я попала? Параллельная вселенная какая-то. Я слышала слова Руслана, но никак не хотела их воспринимать. Потому что то, что он говорил, было слишком жестоко.

— Хорошо, допустим. — Я отошла еще на шаг. Но Руслан поймал мои ладони и крепко их сжал. — А зачем все это было нужно? За-чем?

— Очень крупное слияние. И я непосредственный участник.

— А чем я мешала этому слиянию?

Рус как-то странно улыбнулся, почти пошло, а у меня участилось дыхание. В самом начале Востров говорил про какого-то Максимова и его дочь.

— О нет… — Я все же вырвала свои ладони и, отойдя еще на шаг, прижала их к груди. — Нет... нет... это же так…

— Банально? — Руслан вздернул бровь и зло улыбнулся.

— Так архаично.

— Это все равно ненадолго.

— То есть я все верно поняла? И у тебя есть другая?

— Лия, не говори глупостей.

— А что из этого глупости? То, что ты меня убрал с дороги, лишь бы опять стать холостяком и расчистить себе путь к чистоплюйским планам?

— Лия.

— Что Лия? Боже. — Я оглянулась по сторонам, с трудом понимая, где я — да и вообще, что я.

Мир окончательно рушился. И все мои хрустальные замки вместе с ним. Я с самого начала понимала, что Руслану развод нужен был для чего-то. Но и представить не могла, что для расширения бизнеса. Слияние. Твою ж…. Посредством женитьбы. Это было так не по-мужски. И абсолютно не вписывалось в его характер. В характер того Руса, которого я когда-то знала. Да и знала ли я его? Или лишь выдумала?

— Тебе лучше уехать. Окончить институт в Сочи, а потом видно будет.

— Да ты что? — я рассмеялась сквозь слезы. — Сделаешь меня своей любовницей или разведешься? Ну а что? Тебе же будет не впервой.

Руслан долго на меня смотрел. Все время, что я то плакала, то смеялась, то кричала на него, он спокойно меня слушал, а потом, задумчиво кивнув, спросил, вызвать ли мне такси. Я же послала его всеми известными мне матерными словами и направилась вон из квартиры.

Угрозы Вострова-старшего отошли на второй план, они где-то затерялись в моей голове, их вытеснило осознание предательства Руслана. Хотя ударило по мне сильнее всего не оно, а скорее понимание того, что Рус не такой, каким я его видела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сильный и мужественный, самодостаточный и самостоятельный, волевой и надежный. Верный и преданный, черт возьми.

Не было этого ничего. Он просто пошёл на поводу у своего отца, растоптав наши отношения ради желания наживы. Растоптал меня, наигравшись, да ещё и пытался притворяться, что заботится обо мне.

К родителям отправлял. Хотя теперь эта идея не казалась такой уж и непривлекательной. Возможно, все они правы и мне больше нечего делать в этом городе. Хотя бы пока мои чувства к этому мужчине не остыли.

А ребёнок? А ребёнок был и будет моим. Главное, чтобы Руслан ничего не узнал, а то еще решит, что и малыш ему может помешать. Смахнула слёзы с щёк и, сев в машину, начала подыскивать билеты к маме с папой. А потом оглядела салон и поняла, что небольшое путешествие мне сейчас как раз не повредит.

Глава 8

Я тяжело выдохнул, прижав сложенную в кулак ладонь ко лбу. Больше всего на свете сейчас хотелось пойти следом за ней. Остановить. Не дать ей уехать. А ещё лучше — схватить ее в охапку и спрятать туда, где, кроме меня, никто не сможет ее видеть и прикасаться.

Когда сегодня мне позвонила мама и притворно-бодрым голосом поинтересовалась, как скоро я вернусь домой, я насторожился, а потому спешил, чувствуя что-то неладное. Дома меня ждал отец и… закрытая дверь спальни, которую я совершенно точно не закрывал. И дурак бы понял, что мама прятаться от отца не стала бы, а значит, в комнате была не она.

Потому увидеть Лию я был готов. Точнее, я так думал, но на деле все оказалось иначе. Мозг, да и не только он, но и все остальные части моего тела, как всегда, слетели с катушек рядом с ней. Помешательство. Около нее я всегда дурел и ничего не мог с этим поделать.

И так заманчиво было прижать Лию к себе ещё теснее, заткнуться самому и впиться поцелуем в пухлые манящие губы. Что бы раз и навсегда выбить из ее головы любые сомнения.

Че-е-ерт. Она ушла, а я с места не мог сдвинуться, потому что даже сделай я шаг в сторону — не сдержусь, догоню ее. Качнувшись на пятках и прикрыв глаза, я потянулся за телефоном в карман брюк.

— Слушаю, — после короткого гудка раздался быстрый мужской голос.

— Максим, приедь сейчас к Лие.

— Мы так не договаривались. Я и так весь день с ней провёл, у меня есть и свои планы.

— А я думал, что тебе не на что кормить своих многочисленных сестрёнок, — ухмыльнулся я и все же сделал шаг в сторону. Теперь, пожалуй, уже было можно. Лия, наверное, добралась до машины и, возможно, выехала со стоянки. А потому уже не увидела бы, если бы я сорвался и побежал за ней.

Подошёл к окну, не глядя вниз. Все равно бы ничего не увидел. На душе стало ещё более гадко.

— И все же мы не договаривались, что я стану нянькой.

— Тебе не привыкать.

Я поджал губы и отбил вызов. Моя жизнь с недавних пор начала напоминать мне бульварный детектив или малобюджетный сериал про шпионов. Казалось, ещё чуть-чуть, вдох-выдох — и все наладится, все будет как прежде, но, увы, просвета не предвиделось.

Резко дернул штору, закрывая окно. Лия увидела свет. Потому пришла сюда. И как же вовремя. Увидь ее отец, он бы в край озверел. Почему он так невзлюбил мою малышку — одному богу известно, хотя в случае с Сергеем Востровым это, скорее, было известно лишь дьяволу.

Я любил отца, но иногда он переходил все допустимые границы. Жесткий делец, с темным прошлым, которое никуда не делось. Образ мысли, так же как и бандитские замашки, не меняется с годами, лишь ещё плотнее вплетается в характер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Когда комната погрузилась во мрак, я пошёл в душ, а после принялся за работу. Нужно было пробежаться ещё раз взглядом по документам, что-то в них не сходилось. Да и вообще слишком гладким казалось.

Максимов не производил впечатления дурака. И все же вёл себя именно так.