Воздух, которым мы дышим (ЛП) - Маккензи Елена

В то время возможность иметь дом была для меня чудом, потому что у меня его никогда не было. За короткое время, что я заботилась о своей матери, пока она не умерла, и когда мы не могли путешествовать, наша малюсенькая запущенная квартирка возможно и походила на что-то близкое к понятию дома, но я никогда не ощущала ее таковой. Сколько себя помню, я мечтала о настоящем доме. О месте, где я бы хорошо себя чувствовала, о людях, которых бы я знала, и чьи лица вызывали бы у меня теплые чувства, когда я походила бы по улицам. Все это я нашла здесь. По крайней мере, на какое-то время. Или до сих пор, потому что все еще чувствую себя дома. Я не могу представить, что уйду отсюда.

— На почту. Я хочу посмотреть, может для меня что-нибудь есть, — предлагает он, глядя в боковое окно с таким же задумчивым взглядом, с которым смотрела и я, когда приехала в Гленвуд.

***

Я паркую машину перед небольшим почтовым отделением, расположенным на нижнем этаже двухэтажного дома. Должна признать, у меня ком стоит в горле, но я не хочу, чтобы Лиам заметил, как мне неловко, когда Лиза Джонс как бы невзначай сначала оглядывает мой грузовик, проезжающий мимо нее, а затем бросает на меня уничижительный взгляд. Лиза — единственный парикмахер в городе, который понимает свое ремесло. На самом деле, я могла бы порадоваться, что у меня нет прически. Я просто отращиваю волосы и, если необходимо, то сама отрезаю несколько сантиметров. Два раза в год я еду в Миссулу, чтобы сделать там стрижку. У Марка Лиза постригала не только волосы.

Я слегка морщусь, когда Лиза проходит мимо грузовика, и выхожу, чтобы последовать за Лиамом на почту. Если я уже здесь, почему бы не заглянуть в наш почтовый ящик. В основном его опустошает Джордж, но таким образом я смогу избавить его от лишней поездки в Гленвуд. Почта на ранчо не приходит, только иногда, если это срочная доставка или очень большой пакет. В таких случаях кто-то из городка берет на себя доставку посылки на ранчо.

— Лиам Томпсон! — восклицает позади меня хриплым голосом старушка Уолтерс.

Миссис Уолтерс — одна из немногих в Гленвуде, кому нет дела до проблем Марка с его бывшей женой. Будь это иначе, у меня, вероятно, даже не было бы почтового ящика.

Я отпираю свою ячейку и поворачиваюсь к Лиаму, который через плечо бросает на меня отчаянный взгляд. Старушка Уолтерс — та еще сплетница, так что я не знаю, хорошо ли, что она узнает, что мы с Лиамом не случайно пришли вместе в филиал. Я подумываю остаться на заднем плане, но Лиам бросает на меня еще один молящий о помощи взгляд, когда миссис Уолтерс поднимает прилавок и раскинув руки надвигается на него.

Я спешу к ним и становлюсь у стойки.

— Миссис Уолтерс. Я ожидаю очень срочную посылку. Вы уверены, что для меня ничего не было в почте?

Миссис Уолтерс делает паузу и, морща лоб, смотрит на меня. Один из ее выкрашенных в рыжий цвет локонов свисает ей на лоб, и она нервно облизывает темно-красные губы. Миссис Уолтерс отчаянно пытается выглядеть моложе, чем она есть. К сожалению, она пытается это делать не теми средствами. Почти семидесятилетняя леди похожа на старую стриптизершу. И ей не нравится, когда кто-то сомневается в ее работе.

— Если бы для тебя что-то пришло, это было бы в твоем почтовом ящике, Тесса Кармайкл, — возмущенно говорит она.

Лиам быстро отходит от нее и идет к своему ящику. Бедного парня эта ситуация действительно неслабо так достала. Его ящик находится рядом со стойкой миссис Уолтерс. Ему придется приближаться к ней каждый раз, когда он захочет посмотреть свою почту.

Миссис Уолтерс становится рядом с ним и разглядывает, сжимая его предплечья.

— Мальчик, мы рады, что ты в порядке. Мы видели тебя в новостях. Пенни сказала, что ты был здесь, чтобы открыть почтовый ящик.

Пенни — внучка миссис Уолтерс. Время от времени она заменяет ее, когда старушка плохо себя чувствует.

— Спасибо, Эрин, — говорит Лиам, закрывая ячейку и отходя от старой леди. — Как Пенни?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, как она должна быть, когда знает, что ты вернулся в город? Она полностью сбита с толку. Ты все еще ей нравишься. — Миссис Уолтерс зловеще смеется и поднимает голову, когда кто-то приходит на почту.

Я автоматически оборачиваюсь, когда слышу звонок над дверью, и застываю. Не хватало еще Молли Теннер. Она смотрит на меня, замечает, что я стою перед ней у стойки и грубо отталкивает меня в сторону.

Молли — что-то вроде городской ведьмы. Она ненавидит всех, кроме себя и отца Марка. Для него она сделает все, только его это не интересует, или он просто не замечает этого.

— Эрин Уолтерс, ты все еще обслуживаешь эту ведьму в своем заведении?

Я сглатываю, чувствуя, как к моим щекам устремляется жар, и опускаю глаза, чтобы Лиам не смог этого увидеть.

— Я здесь закончила, — говорю я, поворачиваясь к двери.

— Ты видишь здесь ведьму? — спрашивает Лиам миссис Уолтерс, удерживая меня за руку.

Молли Теннер опускает взгляд на руку Лиама, держащую меня за запястье, затем смотрит на него.

— Если бы ты не был героем войны... — начинает она, а затем качает головой. — Эта девушка — плохая компания.

— Ты все еще каждый день выпиваешь свою бутылку виски? — Лиам подмигивает миссис Теннер, затем берет меня за руку и покидает со мной почтовый филиал.

Я сомневаюсь, что она поняла, что он хотел сказать ей, что тот, кто выпивает в день бутылку виски, тоже не является хорошей компанией.

— Это было еще довольно мило, тебе не кажется? — спрашиваю я его снаружи, пытаясь не обращать внимания на свою руку в его.

Он смотрит на меня и ухмыляется.

— Так значит ты обзавелась в Гленвуде друзьями? Это должно быть благодаря твоей милой улыбке.

— Это не смешно. — Я забираю у Лиама руку.

— Давай-ка немного прошвырнемся по магазинам. Нам нужна краска для забора, рулон проволоки тоже не будет лишним.

Я смотрю через улицу на единственный супермаркет в Гленвуде, и в животе неприятно урчит.

— Тогда тебе придется идти без меня. У Гарри мне ничего не продадут.

— Значит, ты-таки действительно доставила неприятностей его сыну, — тихо смеется Лиам. — То, что Гарри не обслуживает меня, я это понимаю, но тебя? Ты ничего не сделала кроме того, что вышла замуж за его сына. Он должен быть тебе благодарен.

Взгляд Лиама скользит по моему лицу, и мне хочется убежать.

— Я предупредила тебя, что это не очень хорошая идея, — плотно сжав губы отвечаю я.

— О, нет — наоборот. Потому что сейчас я все это проясню. И когда я проясню все, ты поедешь со мной домой, мы запустим гриль, зажарим несколько стейков, и ты расскажешь мне, что здесь происходит. Почему даже Ольга Хендерсон смотрит на тебя так, как будто у тебя бубонная чума?

Я с тревогой следую за его взглядом. В нескольких метрах позади меня стоит Ольга.

Она — что-то вроде шлюхи Гленвуда. В каждом городе есть подобная особа, которая допускает в свою постель все, что имеет член. В Гленвуде — это Ольга. Она и Марка затащила к себе в кровать, тогда мы все еще были женаты. Я потираю ладонями предплечья.

— Возможно, потому что у меня бубонная чума, — уклончиво отвечаю я.

Лиам наклоняется ко мне и шепчет на ухо. Его теплое дыхание на моей щеке заставляет меня задрожать.

— Мы пойдем к Гарри и закупимся. И я обещаю тебе, Гарри не скажет ни слова. Он не посмеет сказать что-либо против герою войны.

Слова «герой войны» Лиам подчеркивает таким образом, что не остается сомнений, что он не считает себя героем. Я стою и оторопело смотрю на него, чувствуя, что не могу пошевелиться. Я хотела бы сделать это для него, но мое чувство вины не позволяет мне оторваться от места, к которому словно прилипла, и идти к супермаркету. Лиам не знает того, что в моей ситуации виноват не только Марк, но и я сама.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава пятая

Лиам

Не знаю, злиться мне или смущаться. Если бы возмущенное выражение лица Тессы не было бы настолько ужасно сексуальным, что мне с трудом удается сдержать улыбку, то, вероятно, я не смог бы оставаться таким спокойным. Эти надутые полные губки и слегка сморщенный носик заставляют меня успокоиться быстрее, чем хотелось бы. Я бы предпочел сейчас же ломануться к Гарри на разборки.