Женитесь на мне, профессор! (СИ) - Николаева Юлия Николаевна

— Ну и здорово, — подытожила Любовь Дмитриевна, — дорогой, тебе это точно не обременительно?

— Что ты, милая, — ответил Городецкий с улыбкой, — я всегда готов.

Я медленно перевела взгляд на профессора, пытаясь хоть как-то зацепить воспоминания о только что случившейся беседе. Должны же были хоть какие-то обрывки пролететь в голове? Пустота. Ладно, вопрос в другом: а куда мы, собственно, едем?

Но тут мне стало не до этого. Потому что я почувствовала, как по моей голой спине скользит палец, едва касаясь, но так чувствительно. С трудом сдержав порыв ринуться всем телом вперед, я застыла, стараясь при этом выглядеть естественно. Правда, как это сделать, когда твою голую спину гладят пальцы самого сексуального мужчины на свете?

В общем, я принялась остервенело кромсать остатки бедного судака, планируя незаметно сдвинуться ближе к краю, чтобы загребущие профессорские руки до меня не достали.

Наконец, мне это удалось, а тут ещё кстати Любовь Дмитриевна пошла в дамскую комнату, и Денис, конечно, тоже побежал, куда же он без мамочки?

Как только мы остались одни, я повернулась к Городецкому, зло шипя:

— Вы совсем из ума выжили?

— Это на меня кризис среднего возраста так влияет, — ласково улыбнулся он. Ух, значит, все-таки задели мои слова. И то ладно, ради этого стоило потерпеть.

— Не надо повышать самооценку за мой счёт, — ответила гордо, — тем более это бесполезно.

— Неужели? — Пал Сергеич изогнул бровь и внезапно добавил. — Мне нравится, что ты без колготок. У тебя такая нежная кожа.

Я предательски сжала колени, а он усмехнулся:

— Да уж, действительно, бесполезно. Ладно, Кулагина, считай на сегодня я достаточно потешил своё самолюбие.

— Вы на что намекаете? — возмутилась я.

— Тсс, — он приложил мне палец к губам, — не кипятись.

Палец он не убирал, а я, вдруг вспомнив зеркальную ситуацию в комнате, взяла да и провела по нему губами. Такого профессор точно не ожидал. Замер, темнея взглядом, глубоко вдохнул. Я продолжала смотреть на него, думая, а не сошла ли с ума?

Заканчивать надо с этим. И отстранилась, взяв меню, стала листать, как ни в чем не бывало, хотя чувствовала, что его взгляд меня прожигает.

— Завтра у тебя мой семинар последней парой, — Городецкий говорил спокойно, словно ничего и не было, — после него съездим в салон.

Так вот о чем они тут сговорились, пока я предавалась глобальному вопросом: Лиза или не Лиза?

— Я сама могу его довезти. Или Дениса попросить.

— Жених не должен видеть платье до свадьбы, плохая примета. Ты веришь в приметы?

Сощурившись, я покосилась в его сторону. Теперь, кажется, верю. Теперь я во все верю, особенно если это поможет мне выйти замуж.

— Ладно, после семинара, так после семинара, — ответила, наблюдая как к нам приближается Денис.

Из института мы выходили отдельно, я настояла. Городецкий только посмеялся, но противиться не стал, забрал меня через остановку.

Я села к нему в машину, ожидая самых разнообразных пакостей, если честно, но он сумел удивить.

— У меня к тебе предложение, Аленка.

— Какое? — напрягалась я.

— Деловое. Поехали со мной в Питер на несколько дней.

— Чего? — удивилась я, уставившись на профессора. — Зачем?

— Подробности я тебе расскажу. Сыграешь мою любовницу.

Глава 7

Нет, я, конечно, от него всякого ожидала, но уж точно не такого. Он сам себя слышит?

— В качестве любовницы? — повторила чуть ли не по слогам. Пал Сергеич бросил быстрый взгляд.

— Только номинально. Посетишь со мной пару мероприятий в таком статусе.

Я еще немного похлопала глазами. Вопросов была куча, но выбрать главный не получалось. В итоге спросила:

— Поподробней можно?

— Можно. Периодически я езжу в Питер, чтобы посетить, так сказать, неформальную встречу нескольких предпринимателей. Жен туда обычно не берут.

— А берут любовниц, — хмыкнула я, — и что же, позвали бы свою Лизавету?

— Она не сможет, — коротко ответил Городецкий.

— И вы не нашли никого другого, к кому обратиться с подобным предложением? Пал Сергеич, да у вас поди баб, как грязи. Свистните, любая прибежит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Интересного ты обо мне мнения, Аленка.

Я все же немного смутилась.

— Нет, серьезно, почему я?

Он пожал плечами.

— Кого-то нового надо искать, а ты под рукой. К тому же, мы ведь почти семья, так что не в твоих интересах меня подводить.

— Как мило. Семья. В каждой семье, наверное, снохе предлагают играть любовницу?

— Ну и не в каждой семье выходят замуж по расчету. Подумай, это хорошее предложение.

— Чем? — уставилась я на него, проигнорировав первую часть.

— Ты поедешь со мной в статусе помощницы от института. Как раз в это время в Питере будет форум, который я обещался посетить. По приезду получишь зачетку со сданной на отлично сессией.

В общем, все лицеприятные слова в сторону профессора у меня закнчились, потому я прокрутила в голове непотребные. Ну и человек!

— И как вы же договоритесь о сдаче моей сессии? — интересно, право слово, не сам же он будет с зачеткой бегать и жалобно заглядывать в глаза преподавателям.

— Я жертвую туда столько денег, Аленка, что никому в голову не придет возмущаться. Я так понимаю, твои расспросы означают, что ты согласна?

— Ничего они не означают, — буркнула я, — вопросы они и есть вопросы. Вы что, с девушками мало общались?

— С такими, как ты, никогда.

Вот это сейчас что было? Комплимент или насмешка?

Я подозрительно просканировала его лицо, но не обнаружила ничего кроме немного подросшей щетины, которая, кстати, ему очень шла. Да он бы и в мешке из-под картошки выглядел мужественно, особенно, если мешок использовать как набедренную повязку…

— Кулагина, — привычно позвал Пал Сергеич, я вернулась из своих фантазий и уставилась на него, — я жду ответ.

— Как приличная девушка я должна взять время на размышление.

— А ты приличная, Аленка? — он резко тормознул на парковке, так что я слегка подалась вперед и тут же отпрянула назад, сдерживаемая ремнем безопасности.

Городецкий успел свой ремень отстегнуть и, повернувшись ко мне, разглядывал с улыбкой.

— На что это вы намекаете, Пал Сергеич? — демонстративно оскорбилась я.

— Ни на что, Кулагина, упаси бог, — он даже ладони выставил перед собой.

Выйдя из машины, обогнул ее и открыл мне дверцу. И руку подал, гад такой, ну как тут откажешься? Я со всей возможной статностью вышла, а он, притянув, шепнул на ухо:

— И все-таки ты плохая девочка, Аленка.

Плохая. Плохая. Плохая. Ох, какая плохая, Пал Сергеич, вы даже не представляете. Потому что одно это словосочетание, произнесенное Городецким, вызвало во мне множество эмоций, и все известного характера. Что же в этом хорошего?

Но все же я немного научилась справляться с собой, потому, вытащив свою руку из его, небрежно заметила:

— У вас учусь плохому, Пал Сергеич.

И направилась к салону, слыша, как он смеется мне вслед. Что, даже не зайдет, что ли?

Я все-таки не удержалась и у дверей оглянулась, Городецкий так и стоял, прислонившись к дверце своего автомобиля и глядя мне вслед. Хорошо хоть мне, вон тут вокруг сколько глазеющих на него баб. Угомонитесь, он женат.

В салоне я облачилась в выбранное платье безо всякого удовольствия. Еще недавно сам факт скорого замужества будоражил, вызывая радость, теперь же я стояла в зале, рассматривая себя в зеркало и не испытывая ничего. Разве что злость на Городецкого, потому что именно он стал причиной моего равнодушия.

Тут звякнул колокольчик, я посмотрела через зеркало на вход и помимо воли улыбнулась. Зашел-таки. Пал Сергеич рассматривал меня через зеркало, и взгляд его все чаще задерживался в области декольте. Платье было простое: корсет с тонкими лямками и пышная юбка без колец. Строго, классически, стильно, и судя по взгляду Городецкого, сексуально.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})