Львица по имени Лола (СИ) - Волкова Дарья

— Черт! Мы палимся!

— Следи за языком, малыш.

Запрокинув голову, Дина звонко рассмеялась.

— Вы читаете мои мысли, Лев!

— Тогда прошу, — он образцовым галантным жестом подал ей руку. И когда они пошли по набережной рука об руку, Левке показалось, что судьба вдруг сделала ему роскошный подарок — словно сразу отыгралась за все поражения разом.

***

Поздним вечером, раскинувшись на постели в номере, Лев пытался вспомнить, как он провел время с Диной. Тщетно. Он даже не мог сообразить, сколько было того времени. Судя по циферблату, они прогуляли часа три, а то и четыре. Счастливые часов не наблюдают.

Вот это точно.

Он был счастлив, а оттого беспамятен. И на часы не смотрел.

Словно находился в каком-то радужном коконе, который начисто отрезал его от реальности. Она иногда прорывалась — когда надо было заплатить за мороженое или уступить дорогу велосипедисту. Но в остальное время он был там, с ней, с Диной. И только ее видел.

Как дурак, ей-богу. Ополоумевший от счастья дурак. Накрыло его эмоциями так, что до сих пор не мог в себя прийти. Что говорил, что рассказывал, что делал — помнил с трудом. Соображения хватило лишь на то, чтобы по большей части молчать, задавать наводящие вопросы и слушать. И смотреть. И подавать руку. И обмирать от ее прикосновений, близости, аромата волос и кожи, тронутой солнцем.

Что же так накрыло-то так, а? Прямо как мальчика.

Причина, как теперь ему вдруг думалось, была проста и очевидна. Они наконец-то встретились лицом к лицу, без маски Лолы и… И он, он сам, в своем натуральном обличье, Дине… понравился.

Кажется, да.

Иначе не провела бы Дина с ним столько времени, не смеялась бы, не рассказывала, не пригласила завтра составить компанию на очередном просмотре.

Пиликнул телефон.

Дина: Лолочка, прости, я совсем замоталась.

Лев моргнул раз, другой. Возвращаться в образ Лолы было трудно. И не хотелось. Он только-только начал себя чувствовать мужчиной. Но ответить надо.

Лола: Не страшно, голубка. Не отвлекайся на меня, у меня тут тоже дела всякие.

Смайлик, поцелуйчик. Симметричный ответ.

Нет, завтра все будет настоящее, а не на экране гаджетов. Улыбки — точно, уж он постарается, он к утру вспомнит, как очаровывать девушек. А поцелуи… В перспективе. Если быть оптимистом.

— Тебе напомнить про черные узкие плавочки?

— О, проснулась.

— Да я просто не хотела вам мешать.

5.4

***

На следующий день прогноз обещал легкую облачность и отсутствие жары. И Лев решил блеснуть гардеробом. Белая рубашка, узкие темные брюки, туфли на босу ногу — ну чисто приморский жиголо во всей красе. Он повертелся перед зеркалом и махнул рукой. Обычно девушкам такое нравится. Правда, Дина вчера обратила на него внимание, когда он был в шортах и майке. Ладно, переодеваться поздно. Уже пора спешить. Негоже опаздывать на свидание к девушке.

Оказалось, Дина оделась схоже — белая рубашка, темно-синие брюки, такого же цвета босоножки, открывающие узкие ступни и пальцы с черным лаком на ногтях.

— Мы вчера сговаривались? — она еще только подходила, но уже улыбалась и пальцами указывала на его белую рубашку. — Мы договаривались одеться одинаково?

— Если только во сне, — широко улыбнулся Лев. И позволил себе легкое, совсем аккуратное объятье — даже не объятье, а так, прикосновение ладонями к плечам. И едва смог сдержать шумный выдох, когда почувствовал, как к его щеке тоже легко и почти невесомо прикоснулись девичьи губы.

Не зря выбрился, совершенно не зря.

- Ну что, ты готов наслаждаться суровым норвежским кино? — Дина деловито взяла Льва под руку, и они направились к входу в зал.

— Предвкушаю, — совершенно серьезно ответил он.

— Да ты эстет! — рассмеялась Дина.

— У меня есть одна знакомая норвежская девушка, может быть, после кино я стану лучше ее понимать, — Лев повернул голову и увидел, как по лицу Дины промелькнула тень. Ай, молодец, при одной девушке говорить о другой! И Левка поспешил исправиться. — Это жена брата.

— Твой брат женат на норвежке? — тень тут же покинула лицо Дины, и она снова заулыбалась, и глаза снова светились любопытством.

— Она наполовину норвежка, по отцу, — ответил Лев.

— Как ее зовут? — Дина не скрывала интереса.

— Тура.

— О, очень норвежское имя, — закивала Дина. Помахала кому-то рукой и они стали пробираться к своим местам.

Кино было жутко тоскливым, картинка темной, а диалоги занудными. Но Леве было нескучно. Потому что рядом сидела Дина. Они иногда тихим шепотом обменивались репликами, и тогда ее губы почти касались его уха. Иногда касались руками. А еще у него появилась возможность вот именно в эти два часа, в темноте, рядом с ней — сориентироваться в ситуации и просчитать свои действия хотя бы на два шага вперед.

Это оказалось кстати.

После просмотра к ним подошла пара — мужик, чем-то похожий на Разина, Кулика и иже с ними — лысоватый и брутальный, рядом с ним юная глазастая нимфа.

— Диночка! — лысый покровительственно обнял Дину, прижался щекой к щеке. — Что, Игорь тебя бросил на растерзание местным акулам?

— Точно, — беспечно ответила Дина. — Знакомьтесь. Антон Прошин — …

— Лев Кузьменко, — Левка протянул руку, внутренне подобравшись. Руку ему пожали крепко, нимфу представлять не стали. Видимо, одноразовая нимфа.

— Вы, Лев, по какой части в этом бизнесе? — цепкий взгляд у этого Прошина. И вопросы почти неприлично в лоб.

— Лев вообще к кино не имеет отношения, — рассмеялась Дина. — Антон, ты не представляешь, какая это прелесть — смотреть кино в компании человека со свежим взглядом!

— Отчего же, догадываюсь, — улыбка у этого Антона была ровной, зубы белые и ненастоящие. — Как же занесло настолько далекого от кино человека на кинофестиваль?

— Я здесь по делам, — так же фальшиво и ослепительно улыбнулся Левка белыми и ровными зубами. Настоящими. — Смотрел по местным музеям экспонаты для осенней экспозиции, посвященной культуре и быту сарматов.

Ох, вспомнить бы, что там про этих сарматов Викентий Мирославович рассказывал…

Взгляд и улыбка Прошина стали иными. В Левке признали если не равного, то достойного.

- Слышал, слышал о ваших планах, — кивнул он. — Выставка «Золотов скифов и сарматов», верно? — Левка кивнул, а Прошин вдруг спросил с воодушевлением: — Послушайте, что у вас там с коллекцией Каподимонте творится? Не пробиться же!

— Мы делаем все возможное для того, чтобы показать коллекцию всем желающим, — церемонно ответил Лев, точно копируя слова матери. — Если бы не большая подготовительная работа, очереди были бы в разы больше.

— Так, все, — Дина по-хозяйски взяла снова Льва под руку. — О музеях Москвы — поговорим в Москве. Антон, передавай привет Мэри.

Прошин поморщился, но улыбнулся и пожал Льву руку на прощанье.

— Мудак редкий, — отрекомендовала Дина, едва они отошли на пару шагов. — Не стесняясь, в открытую, изменяет жене. И лучший друг Игоря. Игорь — это… Неважно. В общем, к черту их. Что? — она повернула голову на косой взгляд Левки. — Хорошая девочка не должна знать таких слов?

— Знаешь, чем отличаются хорошие девочки от плохих? — он чуть плотнее прижал ее локоть к себе. — Они делают все то же самое, что плохие, только делают это лучше.

Дина захохотала, запрокинув голову. А он любовался ее тонкой красивой шеей.

— Знаешь, — теперь она смотрит на него внимательно, даже разглядывает — как вчера. Наверное. — Глядя на тебя… вот не знаю, сочтешь ли ты это комплиментом. Но скажу как есть… Так вот, глядя на тебя, о тебе можно предположить, что угодно. Что ты актер. Спортсмен. Владелец ресторана. Или… сотрудник музея, — Дина снова рассмеялась. — Но я не предполагала про музей, если честно. Ты вчера так толком ничего не рассказал о себе.

Потому что я не знал, что рассказывать.

— Это потому что я трещала как сорока, — выдвинула свою версию Дина. — Ах, если бы я знала, что в музеях такие работники — я бы бывала там чаще!