Наоми Хинц - Любовь и смерть на Гавайях

Когда Сара уже миновала его, ей пришла в голову вполне разумная мысль: скорее всего, это был не принц, а просто продавец из ювелирного магазинчика Торгового центра. Впрочем, она поняла, что у нее нет храбрости Элоизы. Если бы она улыбнулась ему в ответ, то вполне могла бы немножко поболтать с ним: ведь в Вудсривере она никогда не встречала мужчин с такой внешностью.

Но теперь уже было поздно. Сара поспешно навела необходимые справки, как попасть в «Летний дворец». Когда она подошла к отелю, то увидела, что у входа стоит Рита Гомес и высматривает ее.

— Где ты пропадала? — осведомилась Рита. На ее лице играла белозубая улыбка, но пальцы крепко стиснули запястье Сары.

— Немножко прошлась по магазинам. И еще заглянула в банк и обменяла доллары на чеки.

— Я страшно волновалась. Никто в гостинице понятия не имел, куда ты исчезла.

— Рита, что ты! Разве со мной может случиться что-то плохое средь бела дня?

— Разве ты не знаешь, что может случиться с девушкой в большом городе, если она оказалась одна? Разве ты не читаешь газеты? Господи, да тебя могли обидеть, ограбить, изнасиловать! С тобой могло случиться все, что угодно. Тебя могла задавить машина! Если бы ты знала, как они тут гоняют!

Саре было неприятно, что с ней обращаются, как с непослушным ребенком. Она резко обернулась и бросила через плечо:

— Пойду приму душ.

— Почему ты так хромаешь? — осведомилась Рита, которая двинулась за ней следом.

— Похоже, натерла себе пятки.

Наверху они разошлись по своим номерам, но почти сразу же Рита постучалась в дверь Сары.

— Вот пластырь. Я подумала, что у тебя его может не оказаться. — Рита дружелюбно улыбнулась и спросила: — Ты, наверное, считаешь, что я сверхмнительная зануда?

— Есть грех, считаю, — откликнулась Сара без тени улыбки. — Но за пластырь спасибо.

Рита увидела на столе открытки, взяла их и сказала:

— Я спущусь вниз и отправлю. А ты побыстрее мойся и тоже спускайся. Есть смысл сначала поесть здесь, а потом уже ехать знакомиться с достопримечательностями.

В комнате было довольно прохладно. Горничная, которая приходила убираться, наверное, включила кондиционер. Сара снова отключила его и раздвинула стеклянные двери, что вели на балкон, как уже делала это утром. В бассейне плескалось несколько человек. Будь Сара сейчас сама по себе, она надела бы новое бикини и отправилась окунуться. У бассейна за маленьким столиком сидел с бокалом в руке очень симпатичный загорелый блондин. Повернувшись, Сара увидела и Риту. Та стояла возле мусорного бака и рвала что-то на мелкие кусочки. Саре показалось, что это одна из ее открыток. Рита бросила клочки в бак и отправилась вниз.

Это смутило и рассердило Сару. Принимая душ, она два раза роняла мыло и, доставая его, намочила волосы. Какую же открытку разорвала Рита? И главное, зачем она это сделала? Что ж, это только начало ее «восхитительного» пятнадцатидневного турне, и оно вряд ли получится восхитительным, если вовремя не поставить эту нахальную особу на место.

Сара ничего не сказала Рите, пока они не уселись за столик в кафе отеля и не сделали заказ. Фразы, придуманные в душе, легко слетали с губ Сары Мур.

— За те немногие часы, что мы успели провести вместе, ты предупредила меня о необходимости выспаться, не загорать на солнце больше чем несколько минут, остерегаться грабителей, насильников и лихачей-шоферов. Но я и не подозревала, что в твои обязанности также входит просмотр моей почты.

— Понятия не имею, о чем ты! — воскликнула Рита, и глаза ее сделались большими и удивленными.

— Я видела, как ты разорвала одну мою открытку и швырнула клочки в мусорный бак.

Рита взяла сигарету и, рассмеявшись, спросила:

— С какой стати мне рвать твои открытки?

— Понятия не имею. Я случайно смотрела с балкона вниз и увидела, как ты это сделала, а потом запихала клочки в мусорный бак.

Рита положила свою руку на запястье Сары и сказала:

— Какая ты смешная, Сара. Я действительно разорвала и бросила в мусорный бак автобусное расписание. Я взяла его у портье, когда выяснилось, что ты куда-то исчезла и никто не знает куда.

Сара промолчала.

— С такого расстояния, конечно, нетрудно принять расписание за открытку. — Рита наклонила голову и лукаво спросила: — Может, этим милым голубым глазкам нужны очки?

— У меня стопроцентное зрение, — буркнула Сара, глядя в сторону.

Рита снова коснулась пальцами ее руки.

— Мы что-то начали не в такт, верно? Мне это самой не доставляет никакого удовольствия. Наверное, я не права. Но просто я только осваиваю эту работу и стараюсь изо всех сил. Хочу сделать как лучше.

Принесли еду. Рита сделалась сама любезность. Ей явно очень хотелось как-то успокоить Сару, развеять все ее подозрения.

Но Сара испытывала странную неловкость и тревогу все то время, пока они осматривали музей Бишопа. Она честно пыталась усвоить историю гавайского народа, который еще два столетия тому назад жил в каменном веке. Она смотрела на травяную хижину, на инструменты и утварь, которыми пользовались в своей повседневной жизни представители низших сословий народа канака.

Она смотрела на сокровища гавайских королей, разукрашенные троны, россыпи драгоценных камней, на огромную мантию из перьев — желтую с черными и красными геометрическими узорами. Понадобились полмиллиона крошечных перышек и десятилетия кропотливой работы, чтобы создать это бесценное чудо человеческой изобретательности.

Саре было нелегко усвоить все это обилие сведений, даже если бы и она не испытывала убеждение, что объяснение Риты — всего-навсего ловкая отговорка.

Впрочем, подумаешь, пропало великое сокровище — какая-то почтовая открытка! Когда они оказались в Парке морской фауны, Саре удалось загнать это беспокойство куда-то в самые глубины сознания. Под стеклянным полом плавали сотни рыб и рыбок, полосатых, пятнистых, ярких, словно цветы, затейливо разрисованных, словно бабочки.

Затем они посмотрели представление на открытом воздухе, где дрессированные дельфины и киты прыгали, выполняли разные поручения и проявляли большую сообразительность.

Они пообедали в ресторане «Ла ронд», который был расположен в башне высоко над Гонолулу и раз в час начинал медленно вращаться. Когда обед окончился, было всего девять часов, и Рита сказала:

— Я знаю, ты сегодня с удовольствием легла бы спать пораньше.

— Нет, нет, — растерянно забормотала Сара. — Я могу гулять допоздна. Давай посмотрим еще что-нибудь. В том журнальчике, который мне дали в отеле, я вычитала про разные интересные места.