Джудит Гулд - Чертовски богат

В «Бергли» они с Арнольдом рассказали друг другу, как прошел уик-энд (попытка втянуть в разговор Аннализу оказалась, как всегда, неудачной), и принялись за работу.

Тут и позвонила мисс Боткин.

Направляясь в кабинет шефа, Кензи слегка волновалась. Похоже, что-то случилось, иначе зачем бы она ему понадобилась.

Мисс Боткин встретила ее со своим обычным каменным видом.

– Присаживайтесь, мисс Тернер. – Она небрежно указала ей на стул. – Мистер Фейри сейчас вас примет.

Кензи кивнула головой и опустилась на стул. Через пять минут раздался звонок, и секретарша проводила ее в святилище.

Шелдон Д. Фейри стоял за своим идеально убранным столом спиной к ней и смотрел в окно.

– Отменный денек, не правда ли, мисс Тернер? – пробасил он.

Кензи подошла и встала рядом с ним. Небо было затянуто облаками, моросил апрельский дождик.

– Вроде дождь идет, сэр, – робко возразила она.

Фейри обернулся, и его губы изогнулись в легкой улыбке.

– Отменный вовсе не обязательно подразумевает хорошую погоду, – строго заметил он.

«Это еще что могло бы означать?» – подумала Кензи, сдвигая брови.

– Вы правы, сэр.

– Присаживайтесь, мисс Тернер.

– Благодарю вас, сэр.

Она подтянула к себе изогнутое кресло черного дерева, шеф же занял свое место за массивным столом и, сплетя пальцы, сосредоточенно посмотрел на потолок. На его губах по-прежнему играла улыбка.

– Скажите-ка мне, мисс Тернер, вы верите в чудеса?

– Это зависит, сэр, от того, что вы называете чудом.

Фейри согласно кивнул и, стерев наконец с лица улыбку, строго посмотрел на Кензи.

– А что, если я скажу вам, что у нас в «Бергли» только что произошло маленькое чудо?

– Я спрошу, что это за чудо, и тогда уж решу, что отвечать.

– Понятно. Осторожность, как всегда, превыше всего. – С довольным видом он надавил на кнопку вызова секретаря. – Мисс Боткин?

– Да, сэр?

– Можете рассылать меморандум по отделам.

– Слушаю, сэр.

Фейри уперся локтями в ручки вращающегося кресла и побарабанил пальцами по столу.

– Скажите, мисс Тернер, будь в моих силах выполнить одно ваше пожелание, о чем бы вы попросили?

– Боюсь, вы застали меня врасплох, сэр. Надо подумать.

– Да бросьте вы, чего скромничать? Чего мы все здесь хотим? Власти. Положения. Повышения в должности, что, естественно, предполагает хорошую прибавку к жалованию.

– Я так понимаю, мы возвращаемся к вопросу о чудесах, – улыбнулась Кензи.

– Чудеса время от времени тоже случаются, – мягко откликнулся он.

Кензи промолчала.

Фейри некоторое время задумчиво смотрел на нее, потом потянул на себя ящик и перебросил Кензи лист бумаги.

– Пока мы тут с вами беседуем, копии этого документа рассылаются по всем отделам учреждения.

Кензи опустила глаза на официальный бланк с внушительной тисненой печатью.

Аукционный дом «Бергли»

Основан в 1719 году

3 апреля 1995 г.

Всем сотрудникам

От Шелдона Д. Фейри

Выражая сожаление по поводу внезапной отставки мисс Барбары (Бэмби) Паркер, мы в то же время рады сообщить, что на должность руководителя отдела картин и рисунков старых мастеров назначена мисс Маккензи Тернер. Назначение вступает в силу немедленно. От имени сотрудников «Бергли» я хотел бы первым поздравить мисс Тернер с новым назначением и выражаю уверенность, что все ее коллеги будут рады сотрудничать с ней.

Шелдон Д. Фейри.

Некоторое время Кензи сидела не шевелясь.

– Э-э, большое спасибо, – вымолвила она наконец, поднимая глаза на Фейри. – Так, выходит, Бэмби ушла в отставку?

– Это возрождает веру в человечество, не так ли? – Вопреки обыкновению Фейри даже засмеялся.

– Именно так, сэр.

– Ну что ж, я не сомневаюсь, что вы станете достойной преемницей мистера Споттса.

Давая понять, что свидание закончено, Фейри поднялся и обошел стол.

– Примите мои поздравления, мисс Тернер. – Фейри тепло пожал ей руку и повел к двери. – Как видите, чудеса все же бывают.

– Похоже на то, сэр.

От Кензи не ускользнуло, что шеф тактично обошел все, что связано с «отставкой» Бэмби.

Едва вернувшись домой, Бэмби ринулась к телефону и набрала секретный номер Роберта.

Автоответчик сообщил, что номер изменился. Бэмби немного подождала, но это был конец записи.

Наверное, не туда попала, решила она и снова набрала номер.

Тот же результат.

Обеспокоенно сдвинув брови, она позвонила на станцию.

– Сожалею, мэм, – ответил оператор, – но этот номер не зарегистрирован.

– Но у меня сроч...

Оператор повесил трубку.

Вне себя от ярости Бэмби позвонила в секретариат Роберта, но дальше помощника не пробилась.

– Прошу прощения, мэм, но мистера Голдсмита нет на месте. Быть может, что-нибудь передать?

Бэмби ушам своим не верила.

«Мне дали отставку, – мелькнуло у нее в голове. – И даже не попрощались. Дерьмо! – Ее глаза наполнились слезами. – Мог бы сам сказать!»

Она яростно швырнула аппарат в стену.

Для начала Дина примерила черно-белый костюм от Шанель.

Слишком официально, решила она.

Попробовала шелковую мини-юбку от Валентино.

Чересчур легкомысленно.

Последовал красный чесучовый пиджак от Сен-Лорана.

«Но я же не на обед собралась».

Свободная вельветовая блуза и расклешенные брюки от Лакруа.

Опять не то.

Все не в масть.

Наконец, посмотрев, словно в поисках вдохновения, на картину Бальдини, Дина остановилась на длинном, до полу, желтом шелковом платье с причудливым узором. Настоящий шедевр моды рубежа веков.

Как раз то, что нужно.

Так, теперь косметика. Совсем немного. Отлично.

Перейдя в гостиную, Дина уселась в позе отдыхающей герцогини из Музея восковых фигур мадам Тюссо: вид томный, расслабленный, нога закинута на ногу, и только кончики туфель высовываются из-под подола платья. На коленях – томик стихов.

Джулио откашлялся.

– К вам мистер Голдсмит, мадам.

– Спасибо, Джулио. Проводите. – Она взяла с колен книжицу и сделала вид, что поглощена чтением.

Два дня и три ночи прошло с тех пор, как Дина настояла на раздельном проживании, и этого времени ей вполне хватило, чтобы взвесить все плюсы и минусы сохранения брака.

Плюсы – богатство, власть, положение.

Минусы... Минус, собственно, один: некрасивый, неотесанный мужлан со специфическими сексуальными наклонностями.

Но в этом нет ничего нового.

К тому же, хотя вышла Дина за Роберта исключительно по расчету, со временем она, что ни говори, привязалась к нему, при всех его недостатках.