Хосе Антонио Бальтазар - Счастливые слезы Марианны

— Ты куда? — спросил он, глядя на ее бледное, испуганное лицо. Фелисия опустила голову, сделала вид, что ищет что-то в сумочке, и тихо сказала:

— У меня дела.

— Какие у тебя могут быть дела? — удивился Бето.

— А тебе что? — девушка оттолкнула его и побежала вниз по лестнице.

В это время суток на улицах Мехико было мало людей.

Девушка шла по грязной улице. Одинокие прохожие бросали на Фелисию подозрительные взгляды. Какой-то нищий попросил у нее подаяния. Фелисия наскребла в кармане джинсов немного мелочи и бросила ее в ветхое, потрепанное сомбреро. Нищий благодарно улыбнулся беззубым ртом и стал молиться за свою спасительницу.

Третьесортный ресторанчик «Белая лошадь» находился в подвале старого здания. Сюда однажды Кики привел Фелисию, и она надеялась его здесь увидеть.

До этого она побывала в фотолаборатории Кики, но она была заперта. Как ни стучала Фелисия, никто ей не открыл…

Из раскрытых дверей ресторана «Белая лошадь» доносились звуки томной музыки. Возле входа крутились сомнительного вида личности.

К хорошему привыкают быстро. Вот и Фелисия, еще совсем недавно обитавшая в таком районе, сейчас с трудом переступила порог этого заведения, испытывая отвращение и брезгливость. Ей вдруг захотелось убежать из этого проклятого Богом места, которое навевало ей грустные детские воспоминания. Но желание отыскать Кики побороло чувство брезгливости, и Фелисия, набрав полную грудь воздуха, вошла в ресторан.

Она не подозревала, что Бето следил за ней.

Он был обеспокоен странным поведением девушки и решил узнать, куда она направляется.

Особенно он насторожился, когда она пришла во двор его школы и долго стучала в дверь фотолаборатории.

«Неужели ее что-то связывало с Кики?» — забеспокоился Бето.

Когда Фелисия скрылась в ресторане, Бето, подождав несколько минут, направился вслед за ней.

Фелисия сразу же заметила двоюродного брата Кики Кандидо. Он сидел за стойкой бара, тянул текилу и одним глазом посматривал на эстраду, где вокруг высокого металлического шеста извивалась кудлатая юная стриптизерка.

Фелисия зло прищурилась. «Такая же тварь, что и Кики! — подумала девушка. — Где может быть этот подонок? Ему наплевать на меня! Ношу его ребенка, а он даже не знает об этом. Ну ничего, посмотрим, какое у него будет лицо, когда я все расскажу!»

С воинственным видом она подошла к стойке.

Кандидо, увидев Фелисию, ухмыльнулся.

— Приперлась? — нагло спросил он, дыша на девушку винными парами. — Давно не встречались, малышка!

Тут он разглядел получше любовницу своего погибшего кузена.

«Неужто у этой поганки дела пошли в гору? — думал он, рассматривая ее одежду и одновременно прикидывая, сколько она теперь может стоить. — Видать, у Фелисии завелись деньжата. Наверняка легла под какого-нибудь толстосума!»

— Хочешь выпить? — Кандидо налил пива в оставленный кем-то, пустой стакан.

— Нет, не хочу. Мне нельзя, — сухо ответила Фелисия.

— Боишься растолстеть? Не дрейфь, это тебе не грозит. Ну, не хочешь пива, тяпни вина.

— Я не буду пить, — упрямо повторила девушка.

— Не хочешь — и не надо, упрашивать не стану. Где ты пропадала?

— Лучше скажи, где Кики?

— А зачем он тебе? — насторожился Кандидо. — Он человек свободный. Сегодня здесь, завтра там… Может, он уже на том свете! Соскучилась по нему?

— Да, очень, — язвительно сказала Фелисия. — Просто деньки считала, когда увижусь с моим любимым Кики?

— Ишь как заговорила. А ну, отвечай, чего тебе от него надо?

— Мне от него? Что я от него могу хотеть?

— Вот и я спрашиваю…

— Единственное, что я хочу, так это чтобы ему было стыдно. Если, конечно, он когда-нибудь испытывал чувство стыда.

— Что за чушь! — лицо Кандидо побагровело: не знает она, что ли, что мертвые стыда не имут! — Интересно было бы узнать, за что ему должно быть стыдно?

— Я беременна от него! — выпалила Фелисия.

— Врешь, — Кандидо чуть не поперхнулся текилой. — Так я тебе и поверил. Кому-нибудь другому сказки рассказывай.

— Я беременна, — Фелисия посмотрела прямо ему в глаза. Кандидо смерил ее оценивающим взглядом, немного помолчал и затем небрежно произнес:

— Зачем убиваться-то? Сделай аборт…

— Нет. У меня будет ребенок.

— Ничего себе, ты дура, что ли? Папа римский не велит? Согрешить боишься? Помнится, ты никогда не была застенчивой…

Он помолчал, наливаясь злобой.

— От кого подзалетела, дрянь?

— От Кики…

— Знаешь что, голубка, не морочь мне голову. Лучше скажи, откуда у тебя такие тряпки?

— При чем здесь… тряпки?

— Как это при чем? — грубо прервал Кандидо. — Интересное дело! Пропадала неизвестно где, а потом является расфуфыренная, вся в коже и на брата моего напраслину возводит! Где взяла куртку? Украла?

— Я не…

— Лучше молчи!.. Встретила хахаля, он тебя пригрел, накормил, приодел. С ним и прижила ребеночка, а теперь, когда он тебя выгнал, хочешь все на Кики свалить, да?!

— Но это его ребенок, его!

— А какая разница? Скажи своему богатею, что это его семя… Или боишься его? Так с вами и надо!

— У меня никого не было.

— Точно, бросил! — и в знак утверждения Кандидо грохнул кулаком по столу. — А ты теперь Кики ищешь, жадюга! Тебе деньги, видать, нужны. Так знай, ни песо от него не получишь, поняла?

— Поняла. — Фелисия открыла сумочку. — Какое счастье, что я не буду больше видеть его рожу. Успокойся, Кандидо, я его грабить не собираюсь. Деньги мне не нужны, тем более от него. Слава Богу, нашлись люди, которые бескорыстно помогут мне в беде…

Она вынула из сумочки деньги и бросила их в лицо негодяю.

— Здесь пятьсот песо. Тебе на выпивку, идиот! — насмешливо сказала она, направилась к выходу, но обернулась. — Скажи Кики, что он был плохим любовником и никогда мне не нравился!

— Сама ты идиотка! Не знаешь, что ли, что Кики пришили?!

Фелисию словно молнией ударило. Она вздрогнула и опустила голову. Потом нервно засмеялась и выскочила из ресторана…

Девушка бежала по улице, не разбирая дороги.

А тем временем Кандидо подбирал с пола разлетевшиеся купюры. За ним наблюдал Бето. Он сидел за столиком неподалеку от стойки бара и был свидетелем напряженного разговора.

Бето мог не опасаться, что Фелисия увидит его, ресторан был окутан плотными клубами едкого табачного дыма. Юноша находился в подавленном состоянии.

«Фелисия беременна. У нее будет ребенок от этого мертвого подонка!» — эта мысль вертелась у него в голове.