Дар времени (ЛП) - Бет Флинн

**

На следующий день Мими с Джейсоном забрали, чтобы повозить по местам сьемок фильма «Избавление» (прим. перев: кинофильм режиссёра Джона Бурмена, вышедший на экраны в 1972 году. Экранизация романа Джеймса Дикки. Почти половина от двухмиллионного бюджета ушла на натурные съёмки, которые проходили, по большей части, в округе Рэбан штата Джорджия на реке Чаттуга. После выхода ленты на экраны на места съёмок стали прибывать туристы, чтобы увидеть эти места своими глазами. Спрос рождает предложение — и вскоре целых три турфирмы занимались исключительно такими туристами). Этот фильм никто из нас не смотрел, но после вчерашнего разговора Мике показалось, что им будет интересно посмотреть, как эти места выглядели в семидесятых годах, поэтому он включил DVD и показал те сцены в фильме, которые снимались недалеко отсюда. Дети были восхищены тем, что целый город перенесли для того, чтобы освободить место для озера. Мне пришлось с ними согласиться. Несмотря на то, что тема фильма мне совсем не нравилась, я должна была признать, что переезд целого города это весьма интересно.

После того, как дети уехали на целый день, тетя Тилли присоединилась к нашей тройке, и сейчас мы, рассевшись за кухонным столом, обсуждали реальную возможность поселиться здесь. Каждый раз, когда Мика пытался что-то сказать, тетя перебивала его.

— Мика может жить со мной, а вы поселитесь в этом доме, — постановила она непререкаемым тоном, ясно давая понять, что дальнейшего обсуждения этой темы не будет.

— О, нет! — возмутилась я. — Мы вполне можем позволить себе купить свой собственный дом. Может, на данный момент мы и бездомные, но мы ни в коем случае не бедны.

— Чепуха! — махнула рукой тетя Тилли. — Этот дом идеально подходит для вас четверых, а в скором времени вас будет пятеро. Кроме того…

— Матильда! — Лицо Мики побагровело, и он обернулся, уставившись на нее. — Твоя гулька на затылке слишком туго затянута, сестрица? Пожалуйста, ради всего святого, заткнись и дай мне сказать.

Тетя Тилли возмущенно фыркнула в ответ на выговор и кивнула, когда Мика поблагодарил ее за то, что она заткнула свой фонтан.

— Как уже успела заметить моя старшая сестра, этот дом идеально для вас подходит. Я устал заботиться обо всем этом имуществе. Оно все равно принадлежит тебе, сынок. Я позаботился обо всех формальностях после твоего последнего визита. Это все в твоем полном распоряжении.

Мне пришла в голову одна мысль.

— Что ж, если мы все же переедем, разве ты не можешь остаться здесь с нами? Всем места хватит. — Я обернулась на Гризза, и он согласно кивнул.

Тетя Тилли скрестила руки на груди.

— Нет, потому что…

— Матильда! — судя по голосу, Мика ещё больше занервничал. Он обратился ко мне. — Я привык жить один, Джинни, и это не в обиду вам сказано, потому что мне нравится, когда вы здесь, но скажем так, нельзя научить старого пса новым трюкам.

До меня донеслось, как пробубнила тетя Тилли себе под нос:

— Старый пёс, как пить дать…

Я улыбнулась

— И хоть сам не верю, что такое говорю, но кажется, мне проще будет привыкнуть жить с Матильдой, чем с четырьмя людьми и младенцем. — Я знала, что он говорит неправду, и он понимал, что я это знаю, но улыбнулся мне. — К тому же, милая, это все в новинку для вас четверых. Вам необходимо будет свое собственное пространство.

— Вот это я и собиралась сказать! — торжественно заключила тётя Тилли.

Мика закатил глаза и подмигнул мне.

Я была не в восторге от мысли что мы вытесняем Мику из дома, но он остался непреклонен. Этот вопрос был решен. Гризз поручил Биллу позаботиться о том, чтобы наши вещи доставили сюда со склада в Монтане, а также передали школьные документы детей, а затем сказал уничтожить любые электронные следы. Он не мог стереть бумажные копии документов, хотя должна признать, он проделал большую работу в восьмидесятых, когда собственноручно уничтожил файлы о Гриззе, хранившиеся на микрофише. Но я не считала, положа руку на сердце, что кто-нибудь когда-нибудь станет возиться со всем этим, чтобы нас найти. В конце концов, Гризз был мертв, и у меня не осталось никаких реальных связей.

У меня оставалась последняя нерешенная проблема деликатного характера, и я чувствовал себя немного не в своей тарелке, поднимая эту тему, тем более что Мика был священником, и я не знала точно, считается это святотатством или нет. Тетя Тилли посчитала дело решенным и уже ушла на свой послеобеденный бридж в местную библиотеку.

— Хм, Мика? — позвала я.

— Да, Сладкий Горошек, — отозвался он, назвав меня моим новым прозвищем. Я видела, что он был страшно рад, что мы согласились переехать сюда, и, честно говоря, чувствовала то же самое. Так казалось правильно.

— Полагаю, ты уже понял, что сейчас мы не такая семья, которую большинство людей посчитает обычной. — Я прочистила горло. — Поэтому сомневаюсь, что моя просьба покажется обычной.

— Что такое, Джинни? — В его глазах засветился интерес.

— Ну, Гризз меня спрашивал, что я хочу в качестве свадебного подарка, и я ответила, что ничего не хочу, но это не совсем так.

Я взглянула на Гризза в поисках поддержки. Он кивнул мне, давая знак продолжить.

— Я хотела, чтобы он пообещал мне, что придумает, как это сделать, когда мы наконец поселимся в нашем новом доме. — Я замешкалась. — Что… что он найдет способ взять с собой наших близких.

Я бы сказала, что Мика пришел в замешательство. Поэтому поторопилась объяснить:

— Я имею в виду наших близких, которые ушли из жизни. Томми, Рути. Мои мать с отчимом. Я не могу жить с мыслью, что бросила их во Флориде. Мне невыносимо думать, что на их могилы никто никогда не придёт.

Не в силах встретиться с ним взглядом, я уставилась вниз на стол, сложив руки перед собой, нервно прокручивая обручальное и помолвочное кольцо. Я просила о тайной эксгумации не одной и не двух могил, а целых четырех.

Я почувствовала, как Мика притянул меня к себе тёплыми руками. Подняла голову вверх и не увидела в его взгляде ни отвращения, ни осуждения. Лишь слезы.

— Джинни, у тебя самое большое сердце из всех тех, кого я встречал. Это не так уж необычно, как ты считаешь. Уверен, мы что-нибудь придумаем. Точно знаю, на нашем семейном кладбище хватит места для ещё нескольких родственников.

Я улыбнулась и мне пришлось поморгать, загоняя обратно слезы.

— Я предлагаю, чтобы мы сделали это без шума, — сказал Мика. — Оставьте свои надгробные камни там, где