Джуди Кэролайн - Мэгги и Джастина

Именно в этот момент секретарша Джейн Гарфилд получила телефонограмму, которую записала дрожащей рукой. Сообщение было настолько ошеломляющим, что сама Джейн не осмелилась отнести его наверх, в спальню Мэгги. Она выскочила во двор, нашла в домике для охраны Чарльза и протянула ему листок. Прочитав его, Чарли покачал головой и протянул листок назад.

— Вы должны передать это. Ведь вы ее секретарша.

Та испуганно попятилась назад.

— Нет, нет, я не могу.

Чарли пришлось взять на себя эту неприятную миссию.

Парикмахерша уже закончила колдовать над новой прической Мэгги, когда раздался стук в дверь спальни.

— Войдите! — крикнула Мэгги.

— Доброе утро, миссис Уилкинсон, — сказал он.

— А, Чарли! Привет, заходи, — радостно воскликнула Мэгги. — Ну, что скажешь? Нравится тебе моя прическа?

— По-моему, великолепна, — ответил он довольно сдержанным тоном.

Мэгги засияла.

— Спасибо, Чарли. За это нужно благодарить мою парикмахершу. Чак, почему ты такой серьезный?

— На ваше имя пришло важное сообщение.

Она с любопытством смотрела на него.

— Ну так говори, в чем там дело?

Чарли выразительно взглянул на парикмахершу.

— Это конфиденциальное сообщение.

Мэгги обратилась к парикмахерше:

— Оставьте нас, пожалуйста, на несколько минут.

Когда они остались в спальне одни, Чарли мрачно сказал:

— Принц Уэльский не приедет, его задерживают важные дела.

Казалось, Мэгги ничуть не удивилась этому.

— Понятно, — бодро ответила она. — Ну что ж, в таком случае мы можем расслабиться.

Чарли прекрасно понимал, что сейчас творится на душе у Мэгги, а потому был сдержан и немногословен.

— Принц сообщает еще кое-что, — добавил он.

— Что же?

Она все еще пыталась крепиться, но это получалось у нее хуже и хуже с каждой секундой. Губы Мэгги начинали дрожать, глаза вот-вот наполнятся слезами.

— Принц сообщает, что в те же самые сроки визит к нам в Австралию наносит первая женщина-министр по делам Содружества — Матильда Сноугроуф. Принц попросил ее принять участие в церемонии открытия Центра искусств в Сомерсвиле.

Мэгги мрачно кивнула.

— Да? Первая женщина? Ну что ж, прекрасно, — едва слышно сказала она. — Главное, что вам будет легче.

— Да, мэм.

Мэгги еще некоторое время молчала, потом повернулась к большому зеркалу, возле которого она сидела.

— Чарли, позови, пожалуйста, парикмахершу, чтобы она могла собрать свои вещи.

— Слушаюсь, мэм.

Конти медленно удалился, оставив Мэгги в комнате со слезами на глазах.

И хотя известие о том, что принц Уэльский не сможет приехать на церемонию открытия нового Центра искусств в Сомерсвиль, было сильным ударом для Мэгги, на следующий день к моменту начала презентации она была вполне бодра и энергична.

Сам Центр искусств представлял собой небольшую галерею для демонстрации работ современных художников и достаточно большую библиотеку с читальным залом. Именно в читальном зале собрались несколько десятков человек, перед которыми выступила Мэгги.

— Мой муж был бы горд. Этот Центр является центром мысли, центром духа. Ему это очень понравилось бы. Всю свою жизнь он мечтал о том, чтобы человеческая мысль, человеческий дух возвысились над телом. Я горжусь тем, что городские власти Сомерсвиля взяли старое здание и снова поставили его на службу людям. Мне это очень нравится. Может быть, потому, что я сама старею. И в заключение я хотела бы поблагодарить министра Матильду Сноугроуф за то, что она выбрала время в своем столь напряженном графике и приехала сюда, чтобы принять участие в открытии нашего Центра. Благодарю вас.

Как обычно в таких случаях, за презентацией последовали прием и банкет, и Мэгги, чувствуя к себе повышенное внимание, не только осталась на банкет, но и — совсем неожиданно для себя — оказалась там центром всеобщего внимания. На нее были обращены глаза горожан, и она не могла подвести их. Мэгги была вежлива и общительна и за весь вечер ни разу не притронулась к спиртному.

Однако следующее утро она встретила с ужасной головной болью и в отвратительном настроении.

Она лежала в постели, обхватив голову руками, и даже не могла вспомнить половины того, что было вчера вечером. Ее охватила какая-то беспросветная тоска. Мэгги даже не притронулась к завтраку, который ей принес Жерар, о чем француз немедленно сообщил дежурившему Чарли. Конти совершенно справедливо решил, что Мэгги сейчас нуждается в чьей-нибудь поддержке, а потому, ни минуты не раздумывая, направился наверх.

Как обычно оставив пистолет на маленьком столике возле двери спальни, он осторожно постучал в дверь.

— Входите, — раздался слабый голос из спальни.

Чарли шагнул через порог. Здесь было темно и уныло, несмотря на то, что солнечный, пусть даже и прохладный, день был в самом разгаре. Все шторы на окнах были задернуты, и от полной темноты спальню спасала лишь небольшая настольная лампа, которая стояла рядом с постелью. Мэгги встретила его безучастным взглядом. Она сидела на постели, сунув подушку под спину.

— Мэм, вы хорошо себя чувствуете? — осторожно спросил Конти.

Последовавший ответ удивил его.

— Вполне, — спокойно сказала она.

Чарли переминался с ноги на ногу, стоя у порога.

— Я могу вам чем-то помочь?

Она грустно усмехнулась.

— По-моему, мне может сейчас помочь только хорошая выпивка. Возможно, тебе покажется это странным, Чарли, однако пить мне не хочется.

— Может быть, вам стоит прогуляться? Воздух сегодня очень хороший, — предложил Конти. — Я мог бы составить вам компанию.

Она вдруг взглянула на него так, что он сам устыдился своего предложения. В ее глазах было столько боли и тоски, что Чарли опустил глаза.

— А что, — неожиданно сказала Мэгги, — я, пожалуй, приму твое предложение. Только пусть это будет не прогулка вокруг нашего дома, а что-нибудь другое.

— По-моему, у вас не слишком хороший аппетит? — сказал Чарли. — Думаю, что вам очень понравился бы обед на свежем воздухе. Нечто вроде пикника. Мы можем установить столик на берегу ручья. Я знаю милях в пяти отсюда очень хорошее место на берегу ручья. Думаю, что мы вполне могли бы организовать там пикник.

Мэгги надолго задумалась. Она полулежала с закрытыми глазами, откинув голову на подушку, и почти не подавала никаких признаков жизни. Чарли уже начал беспокоиться за ее здоровье — после такого нервного шока, который ей пришлось испытать в связи с отменой визита принца Уэльского, Чарли вполне обоснованно боялся за ее здоровье. К тому же в последнее время их дом стала часто навещать медсестра, а это был явный признак того, что здоровье Мэгги начало ухудшаться.