Лейла Мичем - Перекати-поле

В город сразу же, словно нашествие грызунов, хлынул поток журналистов и корреспондентов, которые, мгновенно забив все немногочисленные мотели округа, теперь толпами шатались между кафе «У Бенни», редакцией местной газеты и управлением шерифа. Чтобы допросить Уилла Бенсона, Рэнди и его заместитель Майк надели бейсболки вместо своих форменных «стетсонов» и выехали со стоянки перед управлением полиции на личном автомобиле Рэнди — дабы их не узнали «эти папарацци», как в сердцах обозвал непрошеных гостей шериф.

Причина, по которой он ехал допрашивать Уилла, была простой. Уилл Бенсон был единственным в городе владельцем джипа, у которого имелся хоть и слабый, но все же мотив убить Трея Дона Холла. Серьезный мотив был у его матери, но она не ездила на джипе. Кэти Бенсон была здесь одной из наиболее уравновешенных женщин, а Уилл был одним из немногих выросших в этом округе молодых людей, кто не увлекался охотой и, вероятно, не имел своего ружья. Успех был самым сладостным способом мести, и эти мать и сын определенно перехватили его у человека, который бросил их. Они вполне могли дать ему самому удавиться от зависти при виде их достижений, но убивать-то зачем?

Однако все равно нужно было с чего-то начинать, и у него нашлась пара поводов, чтобы заехать домой к Уиллу сегодня утром. Наличие отпечатков протекторов джипа — это, конечно, неплохо, но еще раньше он разбудил от сладкого субботнего сна Линду Хэдли, секретаршу в приемной «Морган Петролеум Компани», чтобы узнать, в какое время Уилл Бенсон вчера ушел с работы. Он сделал это с большой неохотой, потому что Линда, славившаяся в городе своим длинным языком, теперь непременно начнет распускать сплетни о том, что шериф интересовался Уиллом. Мальчик и так уже достаточно настрадался от всевозможных слухов и пересудов, бродивших в округе, но в этом смысле Рэнди рассуждал так же, как шериф Тайсон. Если Уилл ушел с работы в обычное время, в шесть часов, то он к нему не поедет, и можно будет просто вычеркнуть его из списка подозреваемых.

Но, увы, Линда сказала ему, что Уилл расписался в журнале регистрации в пять тридцать, что было для него очень необычно, поскольку он соблюдает правила компании «до последней буковки», как выразилась она. Эти полчаса давали ему вполне вероятную возможность оказаться на той дороге в момент убийства ТД. Линда также — уже по собственной инициативе — подбросила ему еще одну интересную информацию. Оказывается, вчера в полдень Кэти Бенсон нанесла неожиданный визит на работу к своему сыну. А вот это уже на самом деле было очень необычно. Рэнди сам регулярно обедал в «У Бенни» и не мог припомнить такого случая, за исключением вчерашнего дня, чтобы Кэти отсутствовала в своем кафе в такое время, ибо она всегда лично приглядывала за тем, как идут дела. Когда он спросил у отца Джона, кто еще знал, что Трей остановится в Доме Харбисонов, тот ответил, что точно сказать не может.

— Ну, тогда назовите хотя бы тех, кто точно знал об этом, — сказал ему Рэнди.

— Деке Тайсон и… Кэти Бенсон, — неохотно ответил тот. — Кэти не знала, что он будет там сегодня только до полудня.

— А когда Кэти вообще узнала, что он здесь?

— Сегодня утром.

То, что Кэти отправилась к сыну, чтобы лично сообщить ему шокирующее известие о том, что его отец в городе, для Рэнди выглядело вполне логичным. Также естественным было бы и то, что Уиллу захотелось встретиться с ним. Это могло объяснить — тут Рэнди поймал себя на мысли, что рассуждает, как Деке Тайсон, — почему руки Трея Холла были сложены на груди, а на рубашке оказались пятна от слез. Сложить руки покойного и поплакать над ним — вполне похоже на то, как повел бы себя сын, все еще испытывающий к отцу какие-то чувства после того, как убил его.

— Странно, что такой красивый и холостой парень, как Уилл Бенсон, снимает жилье здесь, тогда как мог бы вести разгульную жизнь где-нибудь в новом жилом комплексе в городе, — заметил его помощник, когда Рэнди припарковал машину перед домом в стиле ранчо, построенном, похоже, еще во времена набегов индейцев и несметного поголовья бизонов.

— Он хотел, чтобы на подворье можно было держать пару лошадей и имелось место, где могла бы побегать его собака, — сказал Рэнди.

Дом и двор вполне соответствовали тому, что шериф знал об этом мальчике еще с тех времен, когда Уилл с его сыном играли в бейсбол в школьной команде. Уилл уже тогда казался немного нелюдимым и предпочитал компании своих буйных приятелей покой, одиночество и общение с животными. Как отец, Рэнди для себя сделал вывод, что тяга к тому, чтобы больше оставаться одному, сформировалась у этого парня под влиянием обстоятельств его рождения.

Майк молча показал на джип «рэнглер», стоявший под наклонным навесом, пристроенным к дому. Кивнув, Рэнди поднялся по стоптанным ступенькам на видавшие виды крыльцо, ведущее на веранду, которая опоясывала весь дом. Постучать он не успел, поскольку дверь открылась сама.

— Заходите, шериф, — сказал Уилл. — Я слышал, как вы подъехали. Я, признаться, ждал вас.

Парень выглядел так, будто всю ночь не сомкнул глаз. Впрочем, как и Рэнди, — и по той же самой причине.

— Жаль беспокоить тебя в субботу, Уилл, но у меня есть к тебе несколько вопросов.

— Я догадывался.

— Как бы там ни было, я сочувствую твоей потере.

— Потеря невелика, — сказал Уилл, засовывая руки в карманы джинсов. — Может, по чашке кофе?

— Я бы точно не отказался, — ответил заместитель шерифа.

Рэнди согласно кивнул.

— Звучит заманчиво.

Мужчины сели, и к ним, виляя хвостом, подошел пес — голубоглазая сибирская лайка. Он тщательно обнюхал их ботинки, а затем ушел из гостиной к Уиллу в кухню. Когда Уилл вернулся с тремя дымящимися кружками, Рэнди взял свою очень аккуратно, одними пальцами; прекрасно понимая, что без ордера не имеет права ничего выносить из этого дома, он подумал о другом способе легально получить образцы отпечатков пальцев Уилла.

— Уилл, — начал он, вытаскивая из заднего кармана брюк носовой платок, — мы вынуждены рассматривать тебя и твою мать как единственных людей в городе, у которых мог быть мотив убить твоего отца.

— Я понимаю, но моя мать не стала бы убивать даже гремучую змею. И еще… Я был бы вам очень обязан, если бы в дальнейшем вы не называли Трея Холла моим отцом. — Уилл тоже сел, взяв кружку своими крепкими, хорошо развитыми и привыкшими к бите руками — руками настоящего бейсбольного отбивающего.

— Не вопрос. Зная тебя, я с трудом могу поверить в то, что ты в это как-то замешан, но это моя работа, и я обязан спросить у тебя, где ты был вчера вечером между шестью и семью часами. Прошу прощения… — Он поставил свою чашку и громко чихнул в свой платок.