Ева Модиньяни - Женщины его жизни

Он попытался отвлечься от мрачных воспоминаний, сосредоточившись на текущих делах.

– Рейган едва успел опомниться от мартовского покушения, – заговорил он, обращаясь к Саре, – и вот уже готовится новое. В мае чуть не убили папу римского. Кто следующий? Юсеф оказал Рейгану большую услугу, но сколько еще наемных убийц ходит среди нас? Сара уверенно и спокойно вела машину.

Она терпеливо слушала и соглашалась с аргументами сенатора, понимая, однако, чем в действительности заняты его мысли: тем, что ждет его в конце короткого пути.

– По-моему, нам следовало бы купить розы для Мэри-Джейн, – предложила Сара, не отрывая глаз от дороги. – Она их очень любит.

– Да, конечно, – с благодарностью согласился Джордж.

Перед въездом на мост Золотые Ворота она остановила машину у дверей большого цветочного магазина.

– Мне этим заняться? – спросила она.

– Нет, спасибо, я сам, – по такому случаю он не мог передоверить выбор даже самой преданной своей сотруднице.

Сара согласно кивнула и осталась ждать в машине. Через полчаса они были уже на лужайке перед входом на виллу Брайанов в Сосалито.

Джордж вышел из машины с охапкой великолепных алых роз. Филип с улыбкой встретил брата на ступенях дома.

– Давненько мы не встречались по-семейному, – пошутил он, как в старые добрые времена, – но целая охапка роз – это, по-моему, уже чересчур.

Они обменялись рукопожатиями и впервые за долгие годы дружелюбно взглянули в глаза друг другу.

– Где твоя прелестная жена? – спросил Джордж.

Сара видела, как они вошли в дом.

«Бедному Бруно пришлось увязнуть по горло в неприятностях, чтобы эти двое наконец помирились», – подумала она. Филип Брайан в эти дни принял участие в секретных переговорах с целью помочь Бруно. Сара была растрогана до слез. Она высморкалась, развернула машину и поехала обратно в Сан-Франциско.

К ПРОПАСТИ

Сверкая холодной красотой алмаза, Франсуаза Бланден держалась с вежливой невозмутимостью крупье из казино.

– Это был один из самых фантастических твоих приемов, – начала она, словно они лишь затем и встретились, чтобы обсудить размах пиршества, устроенного на борту яхты «Сорейя».

– Да, вечеринка удалась, – скромно потупился Омар Акмаль, понимая, что добраться до сути дела, не теряя достоинства, можно, только если играть по ее правилам. С другой стороны, прием на яхте действительно стал событием, которому газеты уделили много внимания.

– А вся эта история с сувенирами тоже правда? – спросила она. Они сидели в кабинете бедуина на борту плавучего дворца.

Акмаль вынул из ящика письменного стола замшевый футляр и протянул его женщине.

Франсуаза открыла его: внутри была точная копия яхты «Сорейя» из чистого золота, усыпанная бриллиантами. Ее губы приоткрылись в ледяной улыбке.

– Настоящий шедевр, – заметила она со знанием дела.

– Всего лишь скромный сувенир, – отмахнулся он.

– Можно мне его взять? – спросила она жадно.

– Если хочешь, – внешнее равнодушие не отражало подлинного состояния его души.

– Ты щедр, как всегда.

Перед приездом на яхту она обнаружила в своих апартаментах в отеле «Куизисана» девять веток зеленых орхидей, стянутых в букет браслетом с рубинами. К букету была приложена визитная карточка с запиской: «Самой красивой». И теперь драгоценность украшала запястье Франсуазы.

– Это самое меньшее, что я мог для тебя сделать, – небрежно заметил он, выслушав слова благодарности.

– Больше всего меня тронула записка, – солгала она, и в ее холодных глазах промелькнула искра гнева. Она была суеверна, как все игроки, и считала, что рубины приносят несчастье.

– Ты действительно прекраснее всех, – заявил бедуин, и плотоядная улыбка заиграла у него на губах. Ему очень хотелось подчинить себе этого сфинкса с холодной кровью, но он был слишком хитер и понимал, что нельзя путать работу с удовольствием. Ей, безусловно, показались бы неприемлемыми любые посягательства с его стороны, а сам он при этом потерял бы ценнейшего помощника.

– Из твоих уст это особенно приятно слышать.

Она великолепно смотрелась в голубом льняном костюме мужского покроя и белой шелковой блузке с галстуком в белую и голубую полоску. Видимость совпала с сутью: она выглядела как настоящая деловая женщина.

– Рад слышать, – сказал он в надежде, что обмен любезностями закончен.

– Надеюсь, тебе тоже приятно будет услышать кое-что от меня, – наконец-то она перешла к делу.

– А именно? – жадное внимание сквозило в голосе бедуина.

– Вроде бы мне удалось решить твою проблему, – объявила Франсуаза.

– За два дня? – Акмаль не верил своим ушам, но решил не вступать в спор. Он хорошо знал способности Франсуазы, отдавал себе отчет в сложившемся положении и понимал, что выбора у него все равно нет. Ему было не до тонкостей: приходилось довериться ей или погибнуть.

– Два дня – срок немалый, – строго заметила она. – А я, согласись, располагаю кое-какими возможностями.

– Да-да, согласен, – торопливо и угодливо воскликнул он, желая загладить промах.

– Тогда давай сразу к делу, – она крепко держала в руках поводья и упивалась своим преимуществом.

– Я только этого и жду, – ответил бедуин, махнув рукой на этикет.

Франсуаза выдержала паузу, чтобы еще больше разжечь его нетерпение.

– Есть одна финансовая группа, – начала она наконец, – готовая купить твой пустой ларчик за двести миллионов долларов.

Его лоб покрылся испариной.

– Когда? – Ситуация в Бурхване могла разрешиться в любую минуту.

– Немедленно, – заявила Франсуаза. – Покупатели готовы совершить сделку в предельно сжатые сроки. Они умирают от желания приобрести контрольный пакет горнодобывающих акций «Ай-Би-Би».

– Оплата в долларах? – Такого везения он не ожидал.

– Оплата в акциях, – отрезала Франсуаза.

Он вытер пот со лба.

– В каких акциях?

– «Текс Ойл энтерпрайз».

Память бедуина включилась, как компьютер, обрабатывая полученные данные. Речь шла о солидной компании.

Омар Акмаль провел рукой по лицу.

– Кто уполномочен вести переговоры? – спросил он.

– Вести переговоры уполномочена женщина, – отчеканила Франсуаза.

– Женщина? – Он был сбит с толку. – Какая женщина?

– Я, – ответила она, буравя его взглядом.

Откинувшись на спинку кожаного кресла и запрокинув голову, Акмаль разразился взрывом булькающего смеха. Белоснежным платком он вытер слезы на глазах.

– Значит, решение проблемы было у нас прямо под боком, а мы об этом не подозревали! – воскликнул он.

– Ты же не мог этого знать, – возразила она.

– Вот именно, – согласился он, приходя в себя. – Я не мог этого знать. Откуда взялось это акционерное общество?