Изабель Вульф - Стеклянная свадьба

– Фейт, а что же ты совсем не загорела? – вдруг спросила Лили. – Ты ведь только что с Карибских островов!

– Я не с Карибских островов, – отрезала я. – Решила отложить поездку.

– Но почему же? – требовательно спросила Лили.

– Не до того было, вот почему. Из-за Джоса, кстати, – «прекрасного», «обворожительного», «обаятельного» Джоса, если верить тебе, – который оказался полным дерьмом!

Я рассказала ей о Бекки и о ребенке, глядя, как она, сидя на маленьком диванчике, хватает ртом воздух.

– Боже мой! – ахнула она. – Какая дрянь. А казался… просто идеалом.

– Да, именно так и казалось – тебе! – прошипела я.

– Так, теперь я понимаю, в чем дело, – сказала она, медленно кивая. – Рождество прошло без индейки, так что теперь ты решила выпотрошить меня.

– Да, это ты во всем виновата, – заявила я.

– Но почему? Из-за Джоса?

– Да, – сказала я, – из-за него. Ты прямо-таки толкала меня к нему в объятия, Лили. С того самого дня, как мы познакомились, ты неустанно нахваливала его, рассказывая мне, какой он привлекательный и как он мне подходит.

– Бог мой, я в это верила! – воскликнула она.

– А ты не могла дать мне разобраться самой? Нет, тебе обязательно надо было вмешаться!

– Но Питер изменил тебе, Фейт, и мне хотелось, чтобы новое знакомство пошло тебе на пользу.

– Да нет, Лили, все было намного хуже. Ты спланировала все это. Ты дергала меня за ниточки, как марионетку, будто преследовала какой-то свой интерес.

Внезапно я вспомнила о Деспине, служанке из оперы «Так поступают все», которую мы слушали в Глайндборне.

Но ведь именно так действовала и Лили. Как сказала тогда Кейти: «Лили непредсказуема». О да, никогда не знаешь, чего от нее ждать.

– Ты одевала меня в дорогие вещи, предлагала посидеть с детьми, сфотографировала нас с Джосом на обложку своего журнала, чтобы все знали, что мы встречаемся, ты вообще устроила ему такую рекламную кампанию, словно он был новой сумочкой от Шанель. Но, несмотря на все это, я чувствовала, что с ним что-то не так, что внутри у него пусто.

– Ну, если ты это чувствовала, не надо было с ним встречаться, – раздраженно парировала она. – В конце концов, это твоя жизнь. Боже мой, ты все еще так наивна, – воскликнула она. – Доверчивая Фейт, какой была, такой и осталась.

– Да, и тебе это было известно. Ты знаешь меня двадцать пять лет. Ты понимала, что я буду слушаться тебя, как всегда. Но беда в том, Лили, что все, что ты мне советовала, было ошибкой.

– Тогда зачем ты слушалась моих советов? – бросила она.

– Ну… потому что мне было плохо, потому что меня больно ранил поступок Питера.

– То, что сделал Питер, было непростительно, – отрезала она.

– Ты уверена? – спросила я. – А я – нет. И в любом случае, не слишком ли это резкое суждение со стороны женщины, встречавшейся с бессчетным количеством женатых мужчин? Да, Лили, Питер мне изменил. Не он первый, не он последний. Ты уверяла меня, что это невозможно простить, но я простила. А когда я сказала, что хочу вернуть его, ты пришла в ужас, ты чуть не взбесилась, и мне твоя реакция показалась странной. Но теперь я понимаю весь смысл твоего поведения: ты жаждала моего развода, – констатировала я. – Мой развод был твоей целью все это время. Ты хотела, чтобы мы с Питером расстались. Видишь ли, я во всем разобралась за время праздников. Еще в «Сноуз», не так ли, ты как бы невзначай обронила ту фразу: «Это просто удивительно, что ты ему так доверяешь». Вот что ты сказала, это и была ложка дегтя, с которой все началось. Вот когда, Лили, я начала подозревать Питера. Вот когда все изменилось. И ты принялась раздувать мои подозрения, как пожар, – продолжала я. – Ты подливала масла в огонь и грелась у этого огня, ты прислала мне статью о неверности и рассказала о том сайте в интернете. Боже мой, ты даже заплатила за частного детектива, – добавила я, – только бы наверняка подбросить мне доказательства неверности Питера. Ты притворялась, что уверена в его невиновности, но делала все, чтобы я убедилась в обратном. Ты заставила меня устроить ему допрос по поводу сигарет и пачки с жевательной резинкой, а я ведь чувствовала, что не надо, не надо этого делать. А как только он во всем признался – ты перешла в наступление.

И каждый раз, стоило мне подумать о том, чтобы вернуться к Питеру, ты убеждала меня остаться с Джосом.

– Я считала, что Джос – отличная партия, – сказала она. – Я не виновата, что он оказался таким подлецом.

– Нет, в этом ты не виновата. Твоя вина в том, что я увязла во всем этом по уши. Если бы я не слушала тебя, я бы давно уже простила Питера. Но я тебя послушала – к моему великому сожалению. Ты разрушила мой брак! – выкрикнула я. – Мы были счастливы, а теперь мы разводимся. И в этом виновата только ты!

Лили потягивала шампанское, глядя на меня с легким презрением.

– Ты дурочка, которая обманывает сама себя, – спокойно отозвалась она. – Вы не были счастливы, ведь так?

– Ошибаешься – были! – крикнула я в ответ. – Мы были счастливы, как голуби, Лили. Как безмятежные свинки в весенней грязи. Счастливы и довольны, как удавы. Так что, отвечая на твой вопрос, Лили, повторяю: мне было хорошо с Питером, спасибо, очень хорошо.

– И очень, очень скучно. Именно так, Фейт. Это было у вас обоих на лбу написано. Вы мучительно хотели перемен.

– Да как ты вообще можешь об этом судить? Ты никогда не была замужем.

– Я говорю о том, что видела, только и всего. Вы были скованы вашим браком по рукам и ногам – оба. Это чувствовалось за версту. Я только помогла вам. Конечно, я тоже заскучала бы после пятнадцати лет жизни с одним и тем же мужчиной. Все эти походы в «Икеа», домик, который надоел до смерти, однообразные шуточки по поводу секса.

Но, как тонко заметил Фрейд, не бывает просто шуток, Фейт.

– Я любила Питера, – настойчиво повторила я. – Мы были счастливы.

– Ты могла бы обмануть меня, но не себя, – ответила она. – Ты сама говорила мне, что вы уже больше года не спите вместе. Ты предпочитала спать с собакой.

– И что в этом такого? Мне нравится спать с собакой. Ты тоже спишь со своей. К тому же, у Питера были неприятности на работе, – добавила я, – а у меня, как тебе известно, ужасное расписание.

– Фейт, – сказала она, – вы оба были разочарованы своей жизнью, хотя, возможно, сами себе не отдавали в этом отчета. Тоска сочилась из каждой вашей поры. Помнишь его тост, немного странный, в котором он в шутку назвал ваш брак «бременем»? Так что не корми меня всеми этими сказками про то, как вы были счастливы.

– Были!

– Не были.

– Были!

– Не были.

– Да ты-то откуда знаешь?

– Если бы вы были счастливы, дурья твоя голова, ты вообще не стала бы меня слушать!