Юлия Чеснокова - Тигриный лог (СИ)

— Ничего, жить буду, — подтянула я колени к подбородку и старалась никак не выдать, что душа страдает. Я всё равно не смогу объяснить другу, в чем моя тоска. Не тоска даже, а раскаяние.

— Точно? — он присел рядом. Я кивнула, но вставать и возвращаться к тренировке не спешила. — Ты устала.

— Не от физических нагрузок, — посмотрев на него, я мотнула головой. — Я зря пришла сюда… это плохо.

— С чего ты так решила? — удивившийся Чимин всматривался в моё лицо, говоря утешающим тоном. — Разве кто-то что-то против сказал? К тебе Рэпмон приставал?

— Нет, — невольно улыбнулась я. При всех сложных ситуация на него все готовы возложить любые грехи. А он не такой уж и злодей. Даже напротив, мне кажется, что Рэпмон один из самых добрых здесь, только слишком поддающийся слабостям и страстям. А я? Точно такая же. — Никто ко мне не приставал… — произнесла я и поняла, что это было правдой. К Джину пристала я, и он ответил, хотя много раз предупреждал, что спровоцировать его нетрудно. Я не пощадила его мужской нервной системы, дав волю своей. Он был честен, а я ломалась и уверяла, что не совершу недозволительное, а в результате выступила катализатором преступления.

— Это хорошо, — наивно принял Чимин заверение. — Но если бы больше ребят узнало, кто ты, наверняка бы начали…

— Нет, вряд ли, — похлопала я его по колену и поднялась. — Я не красавица, чтобы привлекать внимание, — парень встал следом. Потерев ладонями по бедрам, он несмело поднял руку и указал на мои волосы.

— А… ты до монастыря тоже с короткой стрижкой ходила?

— Нет, у меня была длинная коса, — я очертила пальцем по талии, докуда она доходила. — Где-то такая…

— Вау!.. — Мин оглядел меня слева и справа. — Я иногда пытаюсь представить тебя… в женском платье, как девочку. Мне кажется, ты симпатичная. Особенно если бы были длинные волосы…

— Лучше не представляй меня девочкой! — выставила я ладони вперед. — Давай заниматься дальше.

— Прости, я не хотел тебя обидеть… тебя это обидело? — взволновался юноша.

— Нет, всего лишь не считай меня симпатичной и привлекательной, вот и всё.

— Ладно, я… всего лишь сказал, как думал, — смутившись, Чимин замолчал и отошел. Я посмотрела ему в спину и выдохнула. Где вы были, рыцари, считающие меня годной, до того, как я пришла сюда? Возможно, тогда я сюда бы и не пришла. Трусливым лучом просветления на меня тускло снизошло, что, не приди я сюда, никогда бы не почувствовала себя настолько женщиной. Надо же, почувствовать себя женщиной можно, оказывается, только прикинувшись мужчиной! Или очутившись в окружении настоящих мужчин?

За завтраком я не смотрела на столик старших. Не учителей, а Пигуна, Дженисси и Джина. Нет, конечно, играть в молчанку бесконечно мы не будем и сторониться друг друга не вариант, но дальнейшее развитие событий мне пока не представлялось. Стать парой мы никак не можем. Отрицать возможность поцелуев глупо, когда прецедент создан, а продолжать их — бессовестное, грязное дело.

— Хо, раз пошла такая пьянка, — шепнул мне на ухо Шуга. — Ты тут в закромах не видела консервов или вяленого мяса? Давай снова устроим запрещенную вечеринку?

— К сожалению, ничего такого, — пожала я плечами. — Но можно осторожно пробраться в курятник… и сварить яйцо!

— О! — ахнул Юнги, прищурив глаза, как разоблачитель. — Да ты крэйзи!

— И не такое могу, — подмигнула я, поднимая своё настроение общением с товарищем.

— А товар как… качественный? — заговорщически придвинулся он ко мне. — Граммов сто мне бы хватило.

— Что вы там всё время шушукаетесь? — вклинился Рэпмон. — Больше двух говорят мне.

— А ты научись по губам читать, — улыбнулся Джей-Хоуп, твердя ему, но глядя на меня. — И проблем не возникнет.

— Ты… умеешь… читать по губам? — испугалась я. Мы же постоянно тут секретничаем при нем! Матерь Будды!

— С чего ты взял? Я озвучил выход для Рэпмона, — безмятежно сказал он и продолжил завтрак. Отвлекшись от него, я заметила, что мимо нас проходят Лео и Хенсок. Взяв порцию, первый пошел прочь, к сторожевому посту, а настоятель уселся с мастерами. Нет, он точно кружит не к добру. Может, к дождю, хотя бы?

Когда все поели и стали выходить, старик подошел ко мне и, поймав мой взгляд, произнес:

— Можно тебя ненадолго? — покосившись на задержавшегося на скамейке Ви, я подчинилась и пошла следом. Пусть и произнесенное вежливым тоном, это было приказом, как мне показалось. Любопытство не одолевало, вопреки обыкновению, и даже когда мы вышли из столовой, я шла чуть позади молча. Но когда мы приблизились к башне, и я увидела, что у входа нас ждет Джин, колени стали подкашиваться. Я воззрилась в затылок Хенсока, не предвещая для себя ничего хорошего. Вот нам и пришлось столкнуться, гораздо быстрее, чем мы успели подготовиться. — Поднимайтесь, — пригласил нас обоих учитель и сам поднялся по ступенькам в свою комнату. Мы, поглядывая друг на друга, встали у входа. Хенсок дошел до окна и замер возле него, углубившись в раздумья. Потом, будто вспомнив о нас, повернулся. — Подойдите поближе, — десницей указал он на точку в центре помещения. Мы послушались. — Итак, я знаю, что произошло накануне.

Умение держать себя в руках у Джина поразительное, в отличие от моего. Я ошарашено вылупила глаза, готовая пасть в ноги настоятелю и извиняться, а молодой человек лишь спросил:

— О чем именно?

— О нарушении устава, естественно, — Хенсок впервые не был дружелюбен. Он был строг. Не зол, но охлажден настолько, что мне сделалось дурно до головокружения. Я ущипнула себя, чтобы не упасть.

— Вот как, — тихо вымолвил Джин.

— Но откуда? Кто сказал вам? — растерялась я. Мы были совсем одни в библиотеке! Я повернулась к другу: — Ты?

— Я ничего не говорил, — по его опущенным к полу глазам было видно, что он изумлен не меньше, но не хочет выглядеть глупо, допытываясь до неважных мелочей. А я и так была не в лучшем виде, и мнение обо мне у настоятеля, конечно же, сложилось ужасное. Мне терять уже нечего.

— Откуда вы знаете?!

— Разве это имеет значение? — Хенсок сомкнул руки за спиной. Вздохнул. — Джин, должен ли я напоминать о том, что происходит после таких проступков? Или ты в курсе?

— Я должен уйти, — стиснув кулаки, поджал губы парень. Я открыла рот, глубоко вдыхая воздух и собираясь вставиться. Что? О чем они?! Почему уйти? Есть же какие-то иные возможности?

— Я рад, что мне не пришлось говорить этого тебе, — кивнул Хенсок.

— Стойте! — воскликнула я. Утро было для меня таким туманным и плывучим, что я, несобранная, вынуждена была экстренно собраться с мыслями сейчас, вброшенная во внезапно нарисовавшиеся неприятности. Не так, совсем не так я представляла наши с Джином последующие отношения, которые при данных обстоятельствах… заканчиваются. — Почему он должен уйти? Если вы видели… или вам сказали… или вы просто знаете… вы должны знать, что виновата во всём я! Я заставила его нарушить устав! Джин не хотел! Он не виноват!