Патриция Хилсбург - Изгнание из Эдема Книга 1

— Как только мы ликвидируем утечку газа. Мы всех проинформируем.

— Ну, ладно. Только смотрите, чтобы мой дом не обворовали.

Он пошел мимо пожарных и полицейских автомобилей, бормоча про себя:

— Кошмар какой-то… Пусть только мой дом ограбят, я на них в суд подам…

Дождавшись, пока Клифф растворился в толпе, сержант Гроувз — а это была именно она — позвала одетого в такую же пожарную униформу Честона и, сняв с себя противогаз, облегченно вздохнула.

— Заходи! Посмотрим, что он тут для нас припас.

— Уважаемые леди и джентльмены! Я — владелец этого магазина Филлип Голден, а этот пожилой человек, которому вы задавали вопросы последние несколько дней — наш уважаемый Алекс Бройер, известный ювелирный мастер. Сейчас он хочет сделать небольшое заявление.

Посетители магазина, столпившиеся вокруг стеклянного шкафа с бриллиантом Картера, с любопытством смотрели на импозантного старика с седыми волосами и бородой.

— Уважаемые дамы и господа! Я закончил анализ состояния бриллианта и хочу сказать вам, что этот Голиаф будет покорен Давидом, то есть мной. Можно будет получить два практически совершенных бриллианта. Первый — весом от ста пятидесяти до ста семидесяти пяти карат а второй — весом от ста семидесяти пяти до трехсот карат.

В торговом зале пронесся вздох восхищения, раздались аплодисменты.

— А какого цвета будут эти бриллианты? — поинтересовалась одна немолодая особа.

— Цвет, как мы выражаемся в Европе, будет «блонд эксессьонель», то есть это будут сверхчистые камни, — с гордостью ответил старик.

— А какой формы они будут?

— Ну, я думаю, что на первом я вырежу портреты короля Георга и королевы Виктории, а на втором — себя, — засмеялся старик. — Если же это не получится, то первый бриллиант будет правильным шестнадцатигранником, второй будет иметь овальную форму.

— А сколько они будут стоить?

— О, мне трудно сказать, сколько они будут стоить. По этой части, — он повернулся к владельцу магазина, — у нас знаток — мистер Голден. Задайте этот вопрос ему.

В толпе Алекс заметил Джилли и подошел к ней.

— Мистер Филлип Голден наивно думает, что этот бриллиант принадлежит ему, — глядя на Джилли, закончил свою речь известный ювелир. — На самом деле этот бриллиант принадлежит мне. Пойдемте, дорогая. Я думаю, что нам нужно прогуляться.

Джилли рассказала старику о своей любовной истории с Риком Данном.

— Я думала, что, может быть, вы уже знакомы с ним, — закончила она.

— Нет, — покачал головой старик. — Днем я работаю с камнем, потом возвращаюсь к себе в гостиницу.

— Я ничего не могу добиться от него, — грустно сказала Джилли. — Точнее, я не могу добиться, чтобы он рассказал мне о своем прошлом.

— Ну, может быть, он стесняется его, — высказал предположение старик. — Может быть, в молодости он совершил какое-нибудь преступление?

Она улыбнулась.

— Наверное, это было преступление на почве страсти…

Они оба засмеялись.

— Рик… — задумчиво произнес Бройер. — Какое сексуальное имя… Оно напоминает мне Хэмфри Богарта. Помните?

Они снова засмеялись.

— Дорогая Джилли! Если Рик действительно любит вас, он расскажет о своих секретах. И, если вы любите его, то вы должны простить его.

— Я знаю.

Она положила руку на ладонь старика.

— Ну, почему вы не моложе на тридцать лет?

— Потому, что вы на тридцать лет младше, — грустно заключил он.

Сидевшая в комнате контроля за системой сигнализации миссис Грин обратила внимание на то, что показывала камера, установленная с наружной стороны здания. Рик Данн вышел из телефонной будки и, подозрительно оглядываясь по сторонам, остановился у вентиляционной решетки.

Постояв возле нее с безразличным видом несколько секунд, он затем быстро поднял решетку и исчез под ней. Миссис Грин тут же схватила трубку и набрала номер полиции.

— Инспектора Грабителя, пожалуйста.

Спустя двадцать минут Честон вылезал из-под вентиляционной решетки. Инспектор Грабитель, как всегда, пожевывая печенье, стоял рядом с миссис Грин наверху, на тротуаре.

— Ничего нет, — сказал Честон, отряхиваясь от пыли.

— Вы уверены, что он не выходил наружу? — спросил инспектор.

— Абсолютно.

— А ты что скажешь? — обратился Грабитель к подчиненному.

— Я прошел примерно по сто ярдов во всех направлениях, — ответил Честон, — но ничего там не видел.

— Ну, так допросите его, — настаивала миссис Грин. — Узнайте, что он задумал и что он делает.

— Э, нет, нет, — покачал головой инспектор. — Мы не имеем права делать этого.

— Но он же преступник, — не унималась миссис Грин. — Арестуйте его.

Инспектор Грабитель медленно прожевал печенье, и, неотрывно глядя в глаза миссис Грин, сказал:

— Послушайте, дамочка. Занимайтесь-ка лучше своими видеоиграми, а у меня работы полно.

С этими словами он направился к машине, оставив миссис Грин на улице. Она беззвучно, одними губами, выругалась и вернулась в магазин.

Честон и Матришиани снова дежурили в машине возле дома Клиффа Варенхорста. Они увидели, как Данн вышел на балкон и оперся на поручни.

Немного постояв на балконе, он подышал свежим воздухом, а затем вернулся в квартиру.

— Я никогда не видел, чтобы ты перед работой так нервничал, — озабоченно глядя на друга, сказал Клифф.

Рик действительно выглядел удрученным.

— Похоже, я догадываюсь, в чем проблема, — спустя несколько мгновений добавил Клифф. — Дело ведь в ней, правда?

Он подошел к Рику и сел рядом с ним.

— Вспомни Самсона и Далилу. Она отрезала ему волосы, и он стал слабым.

Рик поднял голову.

— Она ничего не знает.

— Да?

— Конечно.

— Ну, так скажи ей правду.

— Тогда я потеряю ее.

Клифф поднялся с дивана.

— Сделай же хоть что-нибудь, а то всем в конце концов будет хуже.

Он стал нервно расхаживать по комнате перед Данном. Рик тяжело вздохнул и потянулся рукой к лежавшему перед ним на диване блокноту.

— Ну, по крайней мере, я хоть нашел вход в магазин, — сказал он.

— Серьезно? — тут же оживился Клифф.

Он подскочил к приятелю и сел рядом с ним.

Инспектор Грабитель со своими подчиненными Честоном и Матришиани приехал в магазин после его закрытия.

— Никто не сможет проникнуть в этот магазин, — гордо заявила ему в присутствии Филлипа Голдена и Литтлфилда миссис Грин.

Посасывая леденцы, инспектор лишь едва заметно ухмыльнулся.