Правила бунта - Калли Харт

Они задают тон на весь год. Если ты парень, то хочешь быть ими. Если — девушка, то хочешь с ними встречаться. Так было всегда. Поэтому, когда они выкидывают подобное глупое дерьмо, все всегда спотыкаются друг о друга, чтобы присоединиться к ним.

— Это то, что случилось в ту ночь, когда исчезла Мара? Она пыталась присоединиться к какой-то глупой игре, в которую они играли?

— Да. — В каком-то смысле именно это и делала Мара. Купилась на всю эту ерунду и определенно увязла в ней.

— И что? Я должна просто тащиться туда и выставлять себя дурой, как все остальные? Это то, чего они ожидают?

— Наверное, Пакс и Дэшил. Но не Рэн. Я разговаривала с ним перед тем, как ты появилась, и он хотел, чтобы ты была как можно дальше от этого, Элли. Это хорошо, что ты возвращаешься в академию.

Для нас обеих будет лучше, если мы вернемся в академию. Мысль о том, чтобы вернуться в Бунт-Хаус и снова столкнуться с Дэшем, настолько болезненна, что даже не знаю, что буду делать, если мне придется вернуться туда. Я не смогу, и это факт.

По тому, как Элоди смотрит на меня, жестко и вызывающе, я чувствую, что мне не понравятся следующие слова, которые она произнесет.

— Знаешь что, Карина? Возможно мне стоит присоединиться к этой дурацкой игре. Тогда больше не будет никаких секретов. Я узнаю, если он переспит с половиной академии. Буду точно знать, что произошло, и никто больше не сможет ничего от меня скрыть!

— Элоди! Какого черта ты делаешь? Подожди! Элли, ничего же не видно!

О боже мой. Она меня не слушает. Подруга сошла с дороги и направляется к деревьям в кромешной тьме. У меня нет другого выбора, кроме как следовать за ней.

— Это безумие. Какой во всем этом смысл? Кого волнует, что делает или не делает Рэн?

— Меня. Меня волнует. Он заставил меня влюбиться в него, и теперь мне не все равно. Это самое худшее, что когда-либо случалось со мной.

Я не горжусь этим, но позволяю своему разочарованию взять верх надо мной.

— Тогда просто остановись!

Элоди смеется.

— О, да. Конечно. Как будто ты перестала любить Дэшила? Все так просто, не правда ли? Просто щелчок выключателя? Я видела, как ты смотрела на него прошлой ночью возле беседки.

Значит, она не просто нашла дневник в беседке. Она слышала мой разговор с Дэшем. Стыд и горячее, металлическое смущение наполняют мой язык.

— Ладно, ладно. Притормози немного. Слава богу, я надела туфли без каблуков. Откуда, черт возьми, ты вообще знаешь, куда идешь?

Она тычет пальцем в небо, отказываясь смотреть на меня.

— Я умею читать по звездам. Старый добрый Полковник Стиллуотер научил меня, помимо всего прочего. Кто же знал, что что-то из этого пригодится. Мы направляемся на юго-запад. Если я захочу вернуться на дорогу, это будет легко. А теперь либо молчи, либо возвращайся в Вульф-Холл. В любом случае, с меня хватит разговоров.

Вау. Неожиданная боль взрывается в моей груди. Мы с Элоди никогда раньше не говорили о звездах. Я понятия не имела, что она интересуется астрономией. Я должна была знать это о ней. У нас это общее. Может быть, я смогла бы вернуть свою страсть к звездам, если бы у меня был кто-то вроде Элоди, с кем я могла бы это разделить. Когда, спотыкаясь, иду за ней в темноте, до меня доходит, что я сама держала ее на расстоянии. Я была дурой. Дэшил сломал меня. Мара бросила меня. Я так боялась, что другой человек причинит мне боль, что не позволила себе доверять Элоди так, как она того заслуживает... и это полностью моя вина.

Я обдумываю это, ругая себя, пока Элоди топает вперед, направляясь в одном направлении, а затем, передумав, идет в другом. Примерно через сорок минут после того, как мы направились в лес, я наступаю на камень, который, как мне кажется, воткнут в землю, но он катится, увлекая за собой мою лодыжку. Боль такая острая и пронзает меня от лодыжки до колена.

Черт возьми. Это безумие. Нам нужно немедленно вернуться в Вульф-Холл, пока одна из нас не пострадала по-настоящему.

В конце концов, я должна что-то сказать.

— Ради Бога, мы можем передохнуть минутку? Моя лодыжка просто убивает меня.

Элоди в своем порванном сказочном платье, неохотно плюхается на плоский выступ скалы, несчастно пыхтя. Я сажусь рядом с ней, благодарная, что она, наконец, дала мне небольшую поблажку.

— Прости, что я не все тебе рассказала, ладно? Я люблю тебя, Элли. Ты моя подруга. Я забочусь о тебе, и все, что случилось с Марой, было таким беспорядком. Я не хотела, чтобы твое знакомство с Вульф-Холлом было таким же хреновым, как и наше, понятно?

— Поэтому ты сказала мне держаться подальше от Рэна? Ты не хотела, чтобы он сделал мне что-нибудь плохое? — бормочет она.

— Нет. Я имею в виду, я уже говорила… Рэн был в доме в ночь вечеринки. Он действительно не уходил. Они с Марой не встречались. — Продолжаю объяснять, но на самом деле мое сердце не здесь. Я снова в ловушке на той кухне, в ночь той вечеринки, ненавидя ссору Мары и Мерси. Я только что оставила там Мару. Даже сейчас не могу заставить себя взглянуть правде в глаза. Я оставила ее, чтобы пойти потусоваться с Дэшем.

Мне следовало бы признаться в этом Элоди, но я чувствую себя слишком глупо, что в тот вечер предпочла его своим друзьям. Впрочем, все остальное — наркотики, Фитц, и полиция, и даже мои самые старые секреты, те, что я все еще ношу с собой из Гроув-Хилла — я передам ей всю эту информацию сейчас.

— Мне действительно очень жаль, Элоди. Пожалуйста, просто поверь, что я держала тебя в неведении не просто так. Я расскажу тебе все, что узнала после той ночи, хорошо? Прямо сейчас. Больше никаких секретов, клянусь.

У Элоди нет